Мастин и ещё одиннадцать эсминцев приняли участие в боевых действиях и только семь их них пережили эту войну. По официальным данным эсминец затонул в 1946 году во время испытаний атомной бомбы. Но на самом деле, всё было не так и чуть позже мы узнаем подробности этого невероятного проишествия.
***
Мираэль проснулась на нарах с мыслью: ну вот опять! Голова трещала, а в небольшой комнатке стоял запах перегара вперемешку с хлоркой.
— Что это за странное отделение? — подумала вслух Мираэль, полагая что снова загремела в обезьянник. — Сюда меня ещё не привозили.
И действительно, камера была необычная — ровные стены выкрашены бежевой краской. Рядом с нарами валялась серая тряпка, стояло железное ведро с надписью 348 и швабра. Возле железной двери, к слову, тоже не совсем обычной, а с закруглёнными углами, располагался небольшой шкаф, встроенный в стену. Мираэль осторожно открыла шкаф и увидела на вешалке новенький рабочий комбинезон синего цвета и кеды, стоящие на нижней полке.
— Че за… ? — до Мираэль только что дошло, что из одежды на ней лишь купальник. — Я что ушла с вечеринки прямо так?
Всё вокруг закружилось, накатил приступ тошноты и девушка плюхнулась на нары, схватившись за голову. Кровь пульсировала так сильно, что каждый удар отдавался в ладони и постоянно сбивал с мысли.
Мираэль несколько раз глубоко вздохнула и досчитала до пяти, что помогло ей немного собраться. Тошнота отступила и, погрузившись в воспоминания, наша заключённая прилегла на нары. Она обратила внимание на постельное бельё — старое, но хорошо выстиранное, погладила подушку, которая оказалась необычайно мягкой и стала вспоминать события минувшей ночи.