У подъезда меня уже ждёт Егор. В его руках небольшой букет цветов. Все как я люблю: много зелени, мелкие бутоны, нежные оттенки. Раньше Егор частенько прихватывал охапку роз по праздникам, зная, что я люблю совершенно другие цветы. Но, по его мнению, розы — особенно с толстыми длинными стеблями — это идеал и высший класс. Лучше просто не бывает. И приходить ко мне с «обычным полевым веником» как-то не комильфо. А я говорила, что если он хочет сделать приятное мне, а не себе, то розы лучше оставить для мамы, например.
Я приближаюсь к мужу молча. Останавливаюсь напротив. Смотрю на него. Разговор начинать не хочется. Подниматься наверх, не зная, зачем он приехал — тоже.
Поэтому просто стою и смотрю. Без слов.
— Оль. До тебя не дозвониться. На работе не застать.
— Потому что я не хочу, чтобы меня застали. Только и всего.
— Прогуляться ты со мной можешь?
— Я очень устала. Буквально с ног валюсь, — это правда. Дорога очень вымотала.
— Пойдём в кафе. Поговорим там, отдохнёшь, — в моих глазах он видит категоричный отказ. Ну не хочу я с ним разговаривать. Если нужно что-то обсудить по делу, могу послушать здесь. Прошло совсем немного времени с той счастливой жизни, но этот мужчина стал для меня бесконечно далеким. Чужим.
Я предполагаю, зачем он приехал. Обсудить раздел имущества.
— Ты приехал про имущество поговорить? — бросаю равнодушный вопрос. Осознание того, что мы с Егором теперь посторонние люди, опустошает. Восемь лет брака, не говоря уже о двух годах отношений до ЗАГСа, и вот мы с супругом друг другу никто.
— Да плевать мне на него. Забирай машину. Забирай квартиру. Больно смотреть, как ты по съёмным живешь.
Я лишь горько улыбаюсь. Егор частенько на эмоциях говорил что-то невпопад. И сегодня — не исключение.
Лицо мужа в свете вечерних огней выглядит осунувшимся.
— Что это ты такой щедрый?
— Потому что я тебя люблю. Потому что я виноват. И потому что я не хочу тебя терять.
— Егор. Темно уже. Я пойду, ладно? Это бессмысленный разговор.
— Цветы возьмёшь?
— Нет.
Кривит губы и отворачивается. Делает два шага в сторону. И с силой вбивает букет в урну. Он тяжелый, видимо. Цветы перевешивают. Крашеный металл опрокидывается, и все содержимое падает на снег. А розовые лепестки украшают пушистое белое одеяло своим нежным оттенком.
— Егор, ты за рулём поаккуратнее, ладно?
— Если со мной что-то случится, ты даже не заметишь.
Я предпочитаю никак не комментировать. Зла ему не желаю. Добра… Тоже. Вот такая я стерва, оказывается. Мужу изменила. Ребёнка не от него ношу. Ещё и расчетливо протягиваю руки на имущество при разводе. И да. На меня уже не действуют голословные «я тебя люблю». Раньше любить надо было, а не врать, что по командировкам мотается, а самому двойной жизнью жить. И пусть меня осудят. Все те, кто не бывал в такой ситуации.