Моя бабушка была актрисой.
Не по профессии.
По жизни.
Дед постоянно попадал в разные неприятности: то с лестницы упадет, то сама лестница на него. Бабушка, как истинная кроткая жена властного мужа, изображала трагедию и всячески сочувствовала. Тут же отворачивалась и складывалась пополам от смеха. И любила по 20-му кругу пересказывать эти истории, продолжая хохотать.
Моя бабушка была актрисой.
И этот чудесный дар перешёл мне по наследству. Но как известно не всяким приданым мы можем воспользоваться здесь и сейчас.
Мне удалось только после 30.
Судьбоносной стала роль на корпоративе. Я тогда играла уборщицу-ведущую на премии Оскар. Стою с ведром и шваброй, сланцы и носки до колена и кричу: «Юра, Юра! Ну где же ты Юра».
Через неделю я записалась на курсы актерского мастерства и моим преподавателем стал Юра Балицкий.
Быть яркой, сумасбродной и переигрывающей актрисой, аля МХАТ, оказалось для меня пустяком.
Но нас учили не этому.
Нас учили органичности. Быть СОБОЙ на сцене оказалось не так то просто.
Представьте, весь этюд молчать. Не истерить, не переигрывать, не скандалить - молчать. Но так, чтобы зритель все понял.
А как играть любовь, если у вас с партнером нет ни грамма симпатии?
Просто представить, что на его месте ТОТ, другой. С кем была симпатия, и боль, и любовь. И тогда играть ничего не нужно. Главное, в жизни потом так не фантазировать.
Нас учили, что эмоции - это не стыдно. Выглядеть дурочкой - это не стыдно.
Мы танцевали в переулке среди множества робко переминающихся людей и великой наградой было, что они, поверив тебе, тоже вышли и танцевали. Потому что очень хотелось.
Нас учили, что слезы - это круто. Заплакать по заказу - это великое искусство.
Я пока научилась только взахлеб смеяться.
Моя бабушка была актрисой. Ее младший сын стал профессиональным актером.
И внучка, не подвела и не разбазарила наследство.
