(Продолжение истории Сиделка)
Ноябрьский пронизывающий ветер пробирал до самого нутра.
У края свежевыкопанной ямы стояли четыре фигуры. Головы скорбно опущены. Мужчина нежно обнимал одну из женщин и крепко держал за руку мальчика.
Вторая женщина, легко, не по погоде одетая в тонкий тёмно-серый брючный костюм, замерла чуть поодаль. Её как будто не волновали ни ветер, ни колючий пробрасывающий дождь. Она внимательно наблюдала за лицами скорбящих людей.
Первым прервал молчание Антон:
– Ида,– обратился он к высокой темноволосой женщине, – ты хочешь что-нибудь сказать?
Шатенка подошла ближе, встав рядом со всеми и тихо произнесла, обращаясь к могиле:
– Я буду тебя вспоминать. Прощай.
Антон, и за ним остальные, наклонились, набрав по горсти земли и бросили вниз.
– Начинайте, – негромко сказал Антон двоим мужчинам в чёрном, и отвел женщин и мальчика в сторону.
***
Антон, Зина и их шестилетний сын сидели за накрытым столом в квартире деда. Напротив них, необычно тихая, выпрямив спину и смиренно сложив на коленях руки, замерла роботесса. С лёгкой руки малыша, Антон и Зина привыкли называть её Идой, во избежание путаницы и для удобства малого, который безбожно коверкал длинное имя. Только Борис Иванович всегда своего дорогого робота называл полным именем – Зинаида.
Малыш рассматривал альбом с фотографиями, засыпая вопросами взрослых: кто на фото, где снято, когда и зачем.
– Ида, накрой ещё для одной персоны, ты сейчас за хозяйку. Артём обещал подъехать, – попросил Антон, – Артём Романов, из техобслуживания, по поводу Иды надо что-то решить. – Пояснил он супруге.
Ида двигалась сегодня немного замедленно, на лице её – маска грусти. Она принесла приборы, тарелки и снова тихо присела за стол напротив людей. Внимательно рассматривала лица, что-то анализируя и сопоставляя. Больше других её привлекала Зина. Время от времени Ида копировала мимику женщины – полуулыбка, взгляд в сторону, выразительный прищур глаз. Раньше такого за роботессой не замечали, она всегда была полностью поглощена стариком.
Зина, заметив необычное поведение Иды, тихо спросила:
– Ты скучаешь?
– У меня больше нет задачи,– неуверенным ломаным голосом, словно не сумев подобрать интонацию, ответила та,– если выразить человеческими категориями: “Я не знаю, зачем дальше жить“.
Ида медленно поднялась со стула, выпрямилась и ушла в комнату деда. Встала в нишу между шкафами и замерла, став похожей на манекен.
Другие истории здесь НАВИГАТОР канала
