Влассис стоял, опираясь на копьё, и молчал.
Когда это случилось в первый раз, он без оглядки пошёл дальше. Правда, потом пришлось возвращаться и отбивать своего спутника у банды голодранцев. Во второй раз он ругался на чём свет стоит, пробовал тащить Гериокла за собой, невзирая на сопротивление... Сейчас же он просто ждал.
– ... и у неё, быть может, остались детки! Ты только подумай, как жесток мир! – причитал поэт, усердно работая руками.
Влассис сплюнул.
Наконец, Гериокл закончил и поднялся с колен.
– Я сложу о ней песнь! – воодушевлённо воскликнул он. – И это будет...
– ...самая прекрасная из всех песен, которые когда-либо рождались на просторах Эллады, – скороговоркой договорил за него Влассис, благо слышал эту мантру уже не в первый раз и (боги, пощадите!), видимо, не в последний.
Гериокл отряхнул пыль с длинного хитона и в последний раз оглядел земляной холмик, под которым покоилась раздавленная ящерица.
– Спешу тебе напомнить, что если мы в три дня не дойдём до места и не выполним каприз этой ба... гини, то о нашей судьбе не сложат даже строчки, – поспешил напомнить ему Влассис, сунул поэту кифару и махнул рукой в сторону зависшего над холмами солнца. – Конечно, нас тоже могут раздавить как ящериц, но я предпочитаю думать, что домой вернёмся с победой.
Гериокл только вздохнул. Влассис развернулся и пошёл на восток. Эх, мечтал он в горячей юности повстречать какую-нибудь Горгону. Или там, накрутить хвост зарвавшемуся Минотавру. В общем, сыскать славы... Нет, горгона в его жизни всё-таки случилась. Да так случилась, что хоть из дома беги, что он в общем-то и сделал. Только неудачным побег случился. Ну кто ж знал, что это персидское винишко так в голову даёт? «За осквернение храма...» ой, лучше и не вспоминать.
Теперь вот повязан с этим недоразумением. А Афродита капризной бабой оказалась. Даром что богиня. Не устроили её ни цветы, ни извинения. Пояс из шкуры Пифона ей понадобился. Ишь ты! Да он бы и тут выкрутился, если б не этот певец-недоучка. Вот шёл себе мимо и шёл бы. Так нет же! «Я пойду с тобой и сложу об этом песнь песней!» Ну а попутно неуклюжий Гериокл умудрился запутаться в собственном хитоне и падая, столкнуть богиню в храмовый бассейн. Да-да, в тот самый, в который накануне вечером облегчился Влассис.
Теперь божественная воля подгоняла их проклятиями. И не сбежишь, коли не хочешь, чтоб нос сгнил и отвалился, а то и чего другое.
От мрачных дум засвербило в паху. Влассис хмуро глянул на семенящего рядом поэта.
– Ты б спел что-нибудь этакое, чтоб идти было веселей.
Гериокл замедлил шаг, взял было кифару поудобнее, но потом сунул её обратно подмышку и затянул высоким блеющим голосом:
– Как Геракл с горой не сойдутся,
Так не встретимся вновь мы с тобою.
И пусть вечности две разминутся,
Как мечты, что накрылись пи...
– Пифон!
От неожиданности певец выронил кифару.
– Где?
– Или не он? – задумчиво продолжил Влассис, остановившись на краю ущелья и разглядывая виднеющиеся на дне, утыканные стрелами останки громадного змея. – В любом случае лучше спросить у местных. А вон, кстати, и они – суетятся, шкуру снимают.
И с криком «Да кто ж так пифонов свежует?!» Влассис скинул щит и копьё и кряхтя полез вниз с обрыва. Но не успел он преодолеть и половины пути, как мимо с надрывным воплем пронёсся Гериокл. Эхо гулко ухнуло где-то внизу и вместе с пыльной дымкой до Влассиса донесло обрывки слов:
– ...о-окий ми-ир, -ир, -ир, -ир...
В паху вновь зачесалось, на этот раз сильнее. Влассис стиснул зубы, чтобы не выругаться, но упрямо продолжил спуск.
***
– Значит, Аполлон? – переспросил он, стараясь дышать ртом.
– Он самый, – кивнул дельфиец, уважительно глядя на то, как руки воина ловко подрезают шкуру вокруг головы чудовища.
Влассис шморгнул носом. У самой челюсти, где чешуя потоньше и помягче, кто-то уже срезал кусок шкуры. Что ж такого Аполлон учинил в храме, что богиня и его отправила... Или у них там на Олимпе вечеринка намечается, а ей как любой женщине «нечего надеть»?
В глазах слезилось, в паху свербило, в мыслях он уже видел себя в самом неприглядном положении... Зато не пришлось с копьём на змея кидаться.
– Сколько стрел, говоришь? – уточнил он у дельфийца.
– Сто семнадцать. И все отравленные.
Влассис мысленно воздал хвалу Аполлону. Ну ничего, живут же люди и без носа. И без... Правда, не очень долго. И совсем не весело...
Ветер донёс дребезжащий звон кифары, а после и знакомое блеяние:
– И златокудрый Аполлон
Стрелой пронзает змея.
Жаль, это был не я, а он.
Но я ж так не сумею...
Влассис про себя отметил, что падение ничуть не повлияло на «талант» певца складывать рифмы. Откромсал себе солидный лоскут змеиной шкуры (за труды), вытер меч о траву и поднялся. Гериокл тут же помахал ему, отложил кифару в сторону и, подхватив костыль, бодро заковылял навстречу, подволакивая замотанную дельфийцами в лубок сломанную ногу.
– Надо бы это, – поэт махнул нечёсаной бородой в сторону стремительно разлагающейся туши. – оплакать и упокоить с миром.
И Влассис не выдержал. Схватив доходягу за бороду, притянул к себе и прорычал, брызжа слюной:
– Три дня! Ты слышишь меня? Три дня я заканчиваю мочиться и каждый раз мысленно прощаюсь с ним. И для чего? Для того, чтоб узнать, что какой-то божок обскакал нас?
Он отшвырнул Гериокла от себя, а следом кинул костыль.
– Мы отправляемся в путь немедля, – и проревел, оглядываясь кругом: – Волей пресветлой Афродиты лошадей нам! Иначе падёт её гнев на ваши головы! – перевёл дух и добавил: – И Аполлон уж точно поддержит богиню, на пир к которой так спешил, что даже не остался убрать за собой.
***
Как ни гнали они, но на полпути к храму, запах достиг такой мощи, что лошади пали. Влассис кинул бы и своего спутника, если б в голове не сидело предостережение богини о том, что вдвоём отправляются герои на подвиг, вдвоём и вернуться должны. Поэтому закинув на плечо кифару и подхватив поэта, он упрямо продолжил путь.
Их не пускали на постоялые дворы.
В них кидали комьями земли и кусками навоза. К одному селению даже не подпустили – пришлось обходить кругом.
К тому моменту как вдали показались колонны храм, Влассису казалось, что он сам уже напоминает почерневший и вонючий кусок пифона. Поэт выглядел не лучше, но всё же пытался как-то утешить его. По своему, конечно. Бормотал под нос какие-то стишки – Влассис разобрал только розы-навозы.
Внутрь их не пустили, поэтому Влассис кинул кусок скрученной гнойной кожи на ступеньки, отмахнулся от мух, и без того искускавших их троих и просипел:
– Мы пришли. Я, – кивок в сторону повисшего на его плече поэта, – вот он и оно, – пнул ногой шкуру, от чего облако мух снова взвилось в воздух, и взмолился: – Исцеления!
– Что за шум? – раздался спокойный голос, разом перекрывая возмущенный гомон собравшейся толпы.
И Афродита, собственной персоной появилась на пороге храма.
Влассис собрался с последними силами, но тут Гериокл протянул руку и заговорил стихами:
– К тебе взываем мы, богиня!
Будь благосклонна ты к страданьям
и вспомни час, когда во имя
тебя мы шли на испытанье...
– Кажется, что-то припоминаю, – наморщила лобик Афродита. – Но ты продолжай, продолжай.
Поэт выпрямился, по прежнему опираясь на плечо Влассиса, тряхнул запаршивевшей бородёнкой и закончил:
– ...убит пифон и снята шкура,
тебе несли мы – вот оно!
И пусть прекрасная фигура
подпоясается гов...
Влассис громко раскашлялся. Нет, всё-таки для поэта Гериокл слишком прямодушен – что вижу, о том пою.
– Мы добыли шкуру, искупили вину. Сними проклятье, о прекраснейшая из богинь! – почти пропел он, подражая своему спутнику и молясь, чтоб поблизости не оказалось других олимпиек – не хватало только в бабьи распри встрять.
Однако Афродита скептически оглядела нечто, уже скрывшееся под толстым слоем мух и повела плечом.
– Вы не выполнили задание. Не уложились в срок, да ещё и притащили сюда эту гадость, – она скривилась. – Но, так и быть, я дам вам возможность оправдаться. За морем живёт синий бык. Сандалии из его шкуры...
Влассис молчал, покорно склонив голову и чувствовал, как зуд в паху становится всё нестерпимей...
Автор: Весёлая
Источник: https://litclubbs.ru/articles/28401-za-pifonom.html
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
#рассказ #греция #древность #история #юмор #герои #эпика
