Савва Тимофеевич Морозов был потомственным купцом и меценатом. Его знаменитый дед Савва Васильевич происходил из крепостной семьи, но уже в юные годы обнаружил в себе предпринимательскую жилку.
Ткач по профессии, Морозов-старший продавал товар скупщикам. С разрешения своего барина Николая Рюмина предприимчивый крестьянин в конце 18-го века даже открыл свою собственную ткацкую мастерскую.
После отечественной войны 1812 года дела у Морозова пошли резко в гору. Да так, что спустя некоторое время Савва Васильевич сумел выкупить себя и свою семью от крепостной зависимости.
Все сыновья основателя купеческой империи получили хорошее наследство. Четверо из них смогли приумножить деньги, а пятый занялся коллекционированием. Дальше всех пошел младший сын Саввы Морозова - Тимофей. Он расширил влияние торгового дома отца, освоив благодатные рынки Средней Азии.
Излишки денег купец вкладывал в благотворительность. Однако с рабочими на своей фабрике Тимофей Морозов был слишком строг. Впрочем, содержал потомственный купец в строгости и своих собственных детей. Их не баловали и заставляли целыми днями постигать азы науки.
И хотя Савва Морозов-младший проявлял упрямство, науки наследнику купеческой империи давались легко. Тимофей Морозов видел в мальчике, названном в честь деда, большой потенциал. Поэтому купец не жалел денег на обучение наследника.
Домашние педагоги, лучшая гимназия для мальчиков (в которой Савва был круглым отличником), а затем обучение на физико-математическом факультете Императорского Московского университета.
После чего Савва Морозов и вовсе отправился на стажировку в Кембридж – Альма-матер Дарвина и Исаака Ньютона. Также будущий купец заинтересовался развитием текстильного дела на фабриках Манчестера. Вернувшись домой, 25-летний Савва Морозов доказал, что готов встать у руля семейного дела.
Однако за границей Савва Морозов проникся идеями демократии. Наследник Тимофея Морозова не хотел применять к рабочим на своих фабриках жесткие методы наказания, не хотел выжимать из них все соки.
Молодой промышленник понял, что несчастные и изможденные люди не могут хорошо работать, поэтому начал радикальные преобразования. Были отменены штрафы, и впервые в России у рабочих его мануфактуры появилась собственная больница. Также впервые в стране работающие на фабрике Морозова женщины получили возможность уйти в декретный отпуск. Приехавшим издалека предоставлялось жилье.
Ну а способные рабочие получали возможность обучаться ремеслу у лучших мастеров и продвигаться по служебной лестнице. Результаты этих преобразований не заставили себя долго ждать. В конце 19-го века товарищество Никольской мануфактуры стало самым прибыльным предприятием во всей стране.
Демократические идеи, внедренные Саввой Морозовым, работали и приносили плоды. Довольные, здоровые и поощряемые рабочие трудились в разы более эффективно, чем те, из которых по старинке выжимали все соки и без устали наказывали.
По традиции, заведенной знаменитым дедом, Савва Тимофеевич не жалел денег на постройку школ, больниц и даже на строительство театра. Это на его деньги в 1898 году было построено новое здание МХТ.
Наступал 20 век. В царской России крепли позиции социал-демократов. Разумеется, Савва Морозов не мог остаться в стороне. Он, как никто, понимал, что стране нужны глобальные преобразования. Современники отмечали, что Морозов разочаровался в людях своего круга – купцах и мещанах.
Возможно, в тяге Морозова к аскетизму не последнюю роль сыграло детство, проведенное в старообрядческой семье со строгими устоями. Заработанные деньги Савва без тени сожаления раздавал на благие цели. В том числе на помощь социал-демократам.
Забастовка московских рабочих в январе 1905 года вылилась в Кровавое воскресенье. Это событие оставило глубокий след на душе потомственного предпринимателя.
Через три месяца врачи обнаружили у Саввы Тимофеевича тяжелое нервное расстройство, выраженное в приступах тоски, подавленном состоянии, бессоннице, беспокойстве. Иногда тоска сменялась чрезмерным возбуждением.
И хотя Морозов с супругой тотчас же отправился на лечение во Францию, эта мера не помогла. В мае того же года, пребывая в фешенебельном отеле в Каннах, предприниматель пустил себе пулю в грудь. Он улучил время, когда остался в номере один, написал записку и сделал задуманное
Конечно же, по Москве поползли слухи о причастности большевиков к этой драме. Но были и те, кто утверждал, что за гибелью Саввы Морозова могли стоять черносотенцы – радикально правое политическое движение, выступавшее за сохранность самодержавия.
Но вот что писал Владимир Немирович-Данченко:
"Савва Морозов мог страстно увлекаться… личностью, идеей, общественностью… На революционное движение он… давал значительные суммы. Когда же в 1905 году разразилась первая революция и потом резкая реакция, — что-то произошло в его психике..."