Он прилетел в Париж по обмену. Париж встретил его дождем и табличкой с его именем, которую держал его французский коллега Жан.
Жан был истинный парижанин, очень гордился своим городом и повез гостя в отель не кротчайшей дорогой, а старательно проезжая мимо максимального количества достопримечательностей. Всю дорогу до гостиницы он живописал гостю, какие жемчужины архитектуры и изобразительного искусства ждут его на французской земле.
- "У нас тоже в том месяце у вокзала "Жемчужину" открыли", - откликнулся гость. "Мясо по-французски там неплохое подают, а вот французского вина там лучше не брать, дрянь. Если случится вам туда попасть, возьмите лучше водки и обязательно тарелку солений".
Жан недоуменно покосился на него.
- "Да вы, наверное, меня не поняли, я вам о Лувре, об Эйфелевой башне".
- "Башне? Да, на той неделе курьезный случай произошел. Завалилась у нас силосная башня и прямо на новенький Пежо нашего директора. Вот вони-то было, что от председателя, что от его нового автомобиля!"
- Какой силос? Я вам о высоком, об уникальном, о том, чего у вас никак быть не может. Ни у кого в мире этого быть не может. На "Портрет госпожи Лизы дель Джокондо" толпы туристов со всего мира едут посмотреть.
- В краеведческом у нас тоже, один энтузиаст картину откопал, что ваша Лиза. Теперь народ из Москвы к нам автобусами ездит, бабушки в очереди стоят, бывает, плачут. Во, сила искусства!
- "Какие автобусы, какие бабушки? Что вы такое говорите?" - горячился Жан. У нас на Сене, на Лебедином острове стоит настоящая статуя Свободы!
- "Точно, статуя Свободы! В Перхушково, перед мэрией, стоит памятник вождю мирового пролетариата. Так местный плотник ему в ту руку, которой он путь указывал, деревянный факел воткнул и поджег. Дааа, плотнику-то пятнадцать суток выписали, да сразу и отпустили, больно работы много. А вот у вас есть памятник Ленину? Вот видишь, а ты говоришь свобода".
- "Я говорю свобода? Что ты говоришь? Какая-то нелепица! Вон, посмотри, какой грандиозный Нотр-Дам-де-Пари, полюбуйся!
- "Какой-какой матери? Ха-ха, шучу-шучу. Да, слышал краем уха, не углядели вы за ним. Обидно, обидно конечно. У нас когда правление горело, тоже обидно было. Только-только ремонт закончили. По случаю окончания и стол в правлении накрыли. Петарды, хлопушки, салюты. Так доесть-то и не успели. Пожарные только сейф и вынесли.
Так за разговорами они и доехали. Свободных мест на парковке не было, машину пришлось оставить за квартал до отеля.
"Прям как у нас", - констатировал гость.
И уже стоя у входа в гостиницу он успокаивал Жана: "Да ты не серчай на меня. Все я понимаю, и Лувр, и Монмартр, и Божоле. Все посмотрим, все пощупаем, и башню твою, и пирамиду стеклянную, и Мона Лизу".
В этот момент мимо проехала машина, и не то чтобы быстро, но обоих окатила из лужи с ног до головы.
- "О! А это уж совсем как у нас"...
