Утром в выходной Саныч проснулся затемно. Тихонько подошел к спящей жене:
- Люд, я на ярмарку. Схожу, посмотрю, че там продают, мож куплю че-нить. Говорят, там всё дешевле.
Людмила открыла глаза, посмотрела сонными глазами на склонившегося над ней мужа, поморщилась и тут же отвернулась к стенке:
- Да иди ты куда хочешь! Но чтоб к десяти дома был, как штык.
Саныч ходил по рядам, подходил к прилавкам, приценивался. Кругом стояли километровые очереди.
В итоге он приобрел мешок сахара 5 кг, по цене 200 рублей, тогда, как в магазине он стоил 220, масло растительное неизвестного производителя пятилитровую бутыль тоже дешевле, чем в магазине на двадцать рублей, яйца 50 штук (выгода его составила при этом десятка).
Отстояв огромную очередь и даже став свидетелем нескольких потасовок между покупателями, он купил, наконец, кусок говядины для детей. Вид у мяса, прямо сказать, был невзрачный, но, как уверил продавец, зато гораздо дешевле, чем в магазине.
Довольный Саныч отправился домой.
В кухню он занес два огромный пакета с продуктами:
- Не зря сходил! Теперь надолго хватит, - хвалился он, доставая из пакетов и выкладывая на стол яйца, масло и сахар.
Людмила молча наблюдала за ним, стоя у окна с чашкой чая.
- Мяса вот купил девчонкам, говядинки...Свари им, пусть поедят, - и он извлек из мешка грязный кусок мяса с обломками костей, весь в каких-то жилах и непонятного бордово-сиреневатого цвета.
Увидев, какое мясо родной отец приволок своим детям, Людмила поперхнулась чаем:
- Быстро убрал отсюда эту гадость! Такое мясо собакам страшно дать, а ты дочкам купил. Я им парное мясо беру в мясной лавке, как с картинки, всегда самое хорошее, самое дорогое, а ты что припёр? И не стыдно тебе? - выговаривала она мужу и голос ее дрожал от обиды за малышек.
- Ну, знаешь ли, хотел, как лучше. А тебе не угодишь. Если ты такая богатая, то покупай самое дорогое мясо, а я деньгами разбрасываться не привык. Не нравится - сам съем, - и Саныч, нахмурив брови, начал заталкивать своё мясо обратно в пакет.
Вечером он принялся жарить свою говядину на купленном на ярмарке масле. Масло пенилось, будто разбавленное моющим средством, и дымило на всю квартиру. Зато дешево.
Людмила даже не притронулась к этому жаркому. Да и, честно сказать, Саныч и не предложил ей. Скушал всё сам. Ему ведь было обидно.
А в голове Людмилы созрел спасительный план, реализовать который она собиралась в самое ближайшее время.