Воодушевленные предыдущими успехами десантных операций, немцы начали операцию «Меркурий», стратегическую воздушно-десантную операцию,- высадив тысячи десантников на обороняемый англичанами остров Крит.
К маю 1941 года значение немецких люфтваффе взлетело до огромных высот в течение одного года молниеносной войны в Западной Европе. Во главе с самовлюбленным Германом Герингом, бывшим летчиком-асом времен Первой мировой войны, Люфтваффе было идеальным дополнением к сухопутному Вермахту в первые месяцы войны. Весной 1940 года в Скандинавии и Нидерландах парашютисты легкой пехоты люфтваффе, или Fallschirmjäger, захватили ключевые цели, чтобы ускорить продвижение немецких войск, в то время как горизонтальные бомбардировщики и пикировщики "Штука" ускорили разгром не только войск противника, а и целых стран с помощью преднамеренных, безжалостных бомбардировок европейских городов, которые осмелились бросить вызов Адольфу Гитлеру.
Но положение Люфтваффе пошатнулось во время эвакуации Дюнкерка и последовавшей за ней Битвы за Британию, когда военно-воздушные силы не смогли одержать обещанных побед, что привело к отказу Гитлера от вторжения в Британию. После почти года воздушной войны против Королевских ВВС- Геринг был похож на игрока, которому сильно не повезло. Рейхсмаршал отчаянно пытался восстановить свой престиж и престиж своего любимого люфтваффе. Королевские ВВС, возможно и не одержали решительной победы над люфтваффе в небе над Британией, зато им удалось поставить под сомнение возможности ВВС Германии победить и завоевать господство в воздухе, но десантники Геринга еще не были побеждены. После того, как весной 1941 года нацистские войска ворвались на Балканы, чтобы решить возникшие проблемы в Югославии, заодно и спасая итальянского диктатора Бенито Муссолини в его авантюре в Греции, Геринг надеялся, что у люфтваффе появится еще одна возможность проявить себя перед фюрером, которому трудно было угодить после провала воздушной кампании против Британских островов.
"За честь и гордость Люфтваффе"
Генерал-лейтенант Александр Лёр, командующий 4-м воздушным флотом люфтваффе, и генерал-майор Курт Штудент, командующий XI воздушным корпусом, представили планы вторжения на Крит, которое будет проводиться исключительно десантниками люфтваффе. Геринг сразу же увлекся этой идеей. Успешное воздушно-десантное вторжение на Крит вернет ему благосклонность фюрера. Ставки были высоки: Геринг делал ставку на то, что его воздушно-десантный корпус сможет захватить стратегический остров практически без помощи вермахта.
Остров, расположенный в 110 км от самой южной оконечности материковой Греции, простирается на 300 км с востока на запад и от 20-50 км с севера на юг. Его жители живут в основном на узких полосках плодородной земли на северном и южном берегах. Плодородные пояса уступают место предгорьям, затененным горами, возвышающимися на высоту более 2400 метров. Его стратегическое положение в Восточном Средиземноморье обеспечивало контроль над всем регионом. А большие размеры позволяли разместить несколько аэродромов, огромная естественная гавань в заливе Суда могла принять большое количество судов. План вторжения Штудента на Крит заключался в одновременном десантировании в семи ключевых точках на северном побережье острова и укреплении этих плацдармов, в то время как отдельные группы соединялись друг с другом. Но Лёр хотел сосредоточить все вторжение на западной оконечности Крита, где располагались аэродром Малеме и порт Суда, а затем двинуться на восток, чтобы захватить остальную часть острова.
Чтобы урегулировать спор, Геринг предложил компромисс. Согласно окончательному плану операции «Меркурий», Штудент должен был командовать более чем 22 000 солдат, которые должны были участвовать во вторжении либо в первоначальной серии атак, либо в качестве подкрепления. В состав XI авиационного корпуса входили 7-я воздушно-десантная дивизия, -авиационная (Flieger-Division), а также 5-я горно-пехотная дивизия под командованием генерал-майора Юлиуса Рингеля. Последняя заменила 22-ю десантную дивизию, которая была выделена для охраны румынских нефтяных месторождений. План предусматривал высадку 750 десантников из парашютной дивизии на планерах, 9250 на парашютах, 5000 посадочным способом на борту самолетов на захваченные аэродромы и переброску 7000 по морю. Поскольку транспортных самолетов не хватало, чтобы высадить всех десантников сразу, потребовались бы несколько вылетов. План состоял в том, чтобы сбросить первую волну вскоре после рассвета, а вторую волну — к полудню. Первая сосредоточится на захвате аэродрома Малеме, города Канеи ( совр. по-русски- Ханья) и порта Суда, а вторая сосредоточится на захвате аэродромов Ретимо и города Ираклион.
Утром первого дня четыре батальона штурмового полка 7-й авиационной дивизии должны были спуститься на аэродром Малеме на планерах и парашютах, а 3-й парашютный полк должен был высадиться недалеко от Канеи (совр. Ханья), столицы Крита, и захватить ее, а также порт Суда. Воздушно-транспортный флот из примерно 500 Junkers Ju-52/3 затем вернется на материк, где он дозаправится и вернется с оставшимися десантниками через шесть часов. Во второй волне 2-й парашютный полк высадится на Ретимо, а 1-й парашютный полк приземлится на холмах рядом с Ираклионом.
Атакующие силы были разделены на три группы. Генерал-майор Ойген Майндль командовал штурмовым полком, сформировавшим западную группу, генерал-майор Вильгельм Зюссман cкомандовал 2-м и 3-м парашютными полками в средней группе, а полковник Бруно Бройер командовал 1-м парашютным полком в восточной группе. На второй день 5-я горно-пехотная дивизия будет переброшена по воздуху на три захваченных аэродрома, а корабли Оси высадят оставшиеся войска, технику, артиллерию и припасы в портах залива Суда и Ираклиона. VIII воздушный корпус под командованием генерала Вольфрама фон Рихтгофена должен был обеспечивать поддержку с воздуха до и во время вторжения, используя 650 самолетов, в том числе 280 средних бомбардировщиков Do-17, Ju-88 и He-111, 150 пикирующих бомбардировщиков Ju-87, 180 истребителей Bf.109 и Bf.110 и 40 самолетов-разведчиков:
- 2-я эскадра пикирующих бомбардировщиков (Stukageschwader StG 2) — две группы Ju.87 в Микенах и Молаи на полуострове Пелопоннес, одна группа Ju.87 на острове Скарпанто;
- 2-я бомбардировочная эскадра (KG 2) — три группы бомбардировщиков Do.17 на аэродроме Татой севернее Афин;
- 26-я бомбардировочная эскадра (KG 26) — одна группа He.111 на аэродроме Элевсис;
- 26-я эскадра тяжёлых истребителей (ZG 26) — две группы Me.110 на аэродроме Аргос рядом с Микенами;
- 77-я истребительная эскадра (JG 77) — три группы Me.109 на аэродроме Молаи;
- 1-я учебная эскадра (LG 1) — две группы Ju.88 на аэродроме Элевсис в 20 км западнее Афин;
- 2-я учебная эскадра (LG 2) — одна группа Me.109 на аэродроме Молаи (Пелопоннес).
К 14 мая части 7-й авиационной дивизии доложили о прибытии на семь аэродромов, с которых они будут переброшены на Крит. На следующий день командиры полков и батальонов были проинформированы Штудентом в его штабе в отеле Grande Bretagne в Афинах. Хотя высадка планеров и десантирование первоначально были запланированы на 17 мая, задержка с транспортировкой 5000 тонн авиационного топлива танкерами через Адриатическое море вынудила Штудента отложить атаку до 20 мая. Правильно оценить численность сил противника на Крите, несмотря на регулярные разведывательные полеты немцам не удалось. Только в последние часы перед вторжением Штудент и его штаб узнал, что силы союзников на Крите в четыре раза превышают предыдущие оценки в 10 000 солдат.
Когда в апреле материковая Греция пала перед немцами, около 18 000 британских, австралийских и новозеландских (АНЗАК) солдат отправились на Крит, где к ним присоединились 12 000 свежих солдат из Египта. Подразделения союзников теоретически были объединены с 12 000 греческих войск, разделенных на восемь полков, а общая численность союзных войск составляла около 42 000 человек. Генерал сэр Арчибальд Уэйвелл, главнокомандующий британским ближневосточным командованием, вылетел на Крит 30 апреля и сразу же заменил генерала Мейтленда Уилсона генерал-майором Бернардом Фрейбергом, командиром новозеландской дивизии, сражавшийся на материковой части Греции. Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль отправил Уэйвеллу сообщение, в котором ясно дал понять, что союзники не отдадут остров без боя. «Это должна быть прекрасная возможность для уничтожения десанта», — писал Черчилль. «Остров нужно упорно защищать».
«Остров нужно упорно защищать»
Генерал Фрейберг оказался в сложном положении. Войска союзников, эвакуированные из Греции, бросили почти всю свою технику и тяжелое вооружение. На Крите их скудный арсенал состоял из 49 полевых орудий, восьми 3,7-дюймовых (94 мм) гаубиц и 22 танков- "Матильды"и «Виккерс» Mk.IV. Прикрытия с воздуха не было. Все самолеты, которые еще могли летать, вернулись в Египет. Позиции на острове были не укрепленными, и у большинства подразделений не было радиостанций. Что же касается греков, то они были вооружены только устаревшими ружьями и с минимальным количество патронов.
Однако у британцев было несколько преимуществ, которые могли помочь им остановить или дать отпор захватчикам. Самое главное, они контролировали море и, следовательно, могли перехватить любые немецкие подкрепления, технику или припасы, прибывающие на остров на кораблях и малых судах. У союзников также будет больше солдат в первый день битвы в местах высадки, чем немцы смогут сбросить с неба. Благодаря «Ультра» (название, данное расшифрованным немецким кодам), Фрейберг вскоре после своего прибытия узнал, что немцы планируют массированное воздушное вторжение с целью захвата трех основных аэродромов на северном побережье Крита в Малеме, Ретимо и Ираклионе. Но британская разведка ошибочно полагала, что немцы будут штурмовать пляжи в секторе Малеме с помощью итальянского флота, но немцы не собирались штурмовать пляжи.
План союзников
Полагая, что они удержат или вернут себе остров, если немцы высадятся, союзники не стали разрушать взлетные полосы аэродромов, чтобы не дать противнику их использовать. Вместо этого Фрейберг выбрал пять ключевых мест для защиты. Помимо трех действующих аэродромов, он также должен был защищать Канею и порт Суда. Малеме обороняла Новозеландская дивизия, состоящая из 4-й, 5-й и 10-й бригад, а также 1-го, 6-го и 8-го греческих полков. В заливе Суда оборона состояла из обороны мобильной военно-морской базы под командованием генерал-майора Эрика Уэстона, усиленной двумя австралийскими батальонами и 2-м греческим полком. В непосредственной близости и на охране столицы острова- города Канеи находились 1-й батальон (Королевских валлийских стрелков), 1-й батальон рейнджеров и Нортумберлендские гусары. Штаб Фрейберга был спрятан в каменоломне недалеко от Канеи.
Сектором Ретимо примерно в 50 км к востоку от Канеи командовал австралийский генерал-майор Джордж Васи. Для обороны сектора у него была 19-я австралийская бригада, три артиллерийские батареи, 4-й и 5-й греческие полки. Васи управлял бригадой из своего штаба в Георгиуполисе, расположенном на полпути между Ретимо и заливом Суда. Подполковник Ян Кэмпбелл из 1-го австралийского пехотного батальона возглавил австралийцев, которые должны были защищать сектор от первоначальной атаки. Еще дальше в 50 км к востоку находился сектор Ираклиона, которым командовал генерал-майор Б.Х. Чаппел, который будет защищать город и аэродром со своей 14-й бригадой, батальоном, выделенным из 19-й австралийской бригады, а также 3-м и 7-м греческими полками. Из-за острой нехватки транспортных средств силы в Ретимо и Ираклионе во время вторжения будут предоставлены сами себе.
Воздушное вторжение начинается
В предрассветной темноте 20 мая элитные парашютисты 7-й немецкой авиационной дивизии погрузились в транспортные самолеты и планеры на семи захваченных греческих аэродромах для перелета на Крит. Пятнадцать человек поднялись на борт каждого из 502 Ju-52/3, а еще 750 человек поднялись на борт 75 планеров DFS-230, которые должны были доставить их на остров в полном снаряжении для штурма зенитных батарей и различных ключевых объектов. При парашютном десантировании с малых высот -150-300 метров- оружие, снаряжение и боеприпасы, кроме пистолетов, сбрасывали отдельно в контейнерах.
В 4:30 утра первый из тяжело нагруженных самолетов поднялся с взлетно-посадочных полос на юге Греции. Вскоре после рассвета люфтваффе начали серию бомбардировок, готовясь к воздушному штурму. Услышав гул бомбардировщиков высоко над головой, войска союзников бросились в укрытия. Они сгрудились в узких траншеях, когда бомбы взорвались на их позициях, посылая в воздух раскаленные добела осколки. Рихтгофен использовал сотни средних бомбардировщиков, чтобы "размягчить цели" для первой волны воздушного десанта. Как только бомбардировщики повернули назад, пикирующие бомбардировщики «Штука» из StG 2 и «Мессершмитты-109» учебной эскадры LG 2 с бомбами - устремились в поисках целей, во многих местах оборона была дезорганизована и подавлена.
Дым и пыль от бомбардировок едва рассеялись, как пехота союзников, дислоцированная вокруг аэродрома, заметила планеры с десантниками штурмового полка. Одна вереница планеров приземлилась в высохшем русле реки Тавронит, сразу за колючей проволокой позиций подполковника Л.В. Эндрю, 22-й новозеландского батальона. Тем временем над береговой линией пролетели транспортные самолеты и начали выпускать в небо маленькие точки, которые превратились в парашюты множества цветов — белого, красного, зеленого и желтого. Войска спустились на землю под белыми парашютами, а парашюты других цветов обозначали контейнеры с оружием, снаряжение или припасы. Пейзаж взорвался огнем, защитники открыли огонь по низколетящим целям из всего стрелкового оружия. Новозеландцы обстреляли планеры, убив многих штурмовиков, прежде чем они успели покинуть планеры. Одной из первых жертв стал майор Франц Браун, командир 3-го отряда планеров. Несмотря на потерю Брауна, десантники атаковали и захватили мост через Тавронит. Войска с обеих сторон пытались укрыться и занять хорошие боевые позиции.
Штурм аэродрома Малеме
Захват аэродрома Малеме был исключительной целью штурмового полка Майндля из четырех батальонов, который должен был прибыть как на планерах, так и на парашютах. Немцы планировали атаку по трем направлениям, чтобы захватить Малеме. Одна группа десантников должна была приземлиться к западу от реки Тавронит, другая группа должна была приземлиться к востоку от аэродрома вдоль прибрежной дороги, а третья группа приземлилась на высоте 107 непосредственно к югу от аэродрома. Около двух третей планеров, которые сформировали ударную группу, известную как оперативная группа «Комета», должны были захватить ключевые цели, расположенные рядом с аэродромом Малеме. Бойцы оперативной группы были набраны из 1-го батальона штурмового полка майора Вальтера Коха.
Планеры с 1-м отрядом планеров 2-го лейтенанта Вульфа фон Плессена, который был почти таким же по размеру, как и отряд Брауна, приземлились прямо за батареей орудий «Бофорс» в устье реки. Десантники легко сокрушили артиллерийские расчеты, вооруженные только пистолетами. Выведя из строя орудия, люди Плессена продвинулись по северному периметру аэродрома, но быстро оказались скованными солдатами роты "С" 22-го новозеландского полка. При попытке выйти из боя и отступить к немецким позициям вдоль русла реки Плессен был убит ружейным огнем.
В то же самое время, когда отряд Брауна приземлился в русле реки, планеры группы Коха и штаба 1-го батальона штурмового полка сели на высоту 107. Пятнадцать планеров под командованием Коха направились к юго-западному склону холма, а еще 15 планеров приземлились на северо-восточном склоне. Планер, в котором сидел Кох, врезался в каменную стену, развернулся по кругу и раскололся пополам. Несмотря на серьезное ранение головы во время приземления, Кох взял ситуацию под личный контроль, отправив связных, чтобы проинструктировать десантников на его стороне холма собраться возле обломков его планера в защищенном месте на склоне холма. Как и две другие группы планеров, приземлившиеся возле Малеме, десантники Коха попали под шквальный огонь новозеландцев. Потери в группе Коха были столь велики, что только 25 десантников из 150, высадившихся на юго-западной стороне холма, собрались вместе с Кохом при попытке штурма холма. Атака была остановлена огнем, как только она была начата.
Остальные три батальона штурмового полка должны были десантироваться на парашютах вдоль берега дальше от аэродрома Малеме и обеспечить подступы к аэродрому. 2-й и 4-й батальоны Штурмового полка под командованием соответственно майора Э. Стенцлера и капитана Вальтера Герике высадились к западу от русла реки. Эти десантники благополучно добрались до земли, нашли свои контейнеры с оружием и сформировались в сплоченные отряды. Герике приземлился ближе всего к руслу реки, Стенцлер — дальше на запад. В состав батальонов входили две роты тяжелого вооружения, вооруженные горными гаубицами и противотанковыми орудиями. Оценив тактическую ситуацию и поняв, что отряд Коха находится в серьезной опасности, Майндль отправил Стенцлера с двумя ротами 2-го батальона широким фланговым обходом на юг в надежде захватить высоту 107 с тыла. Вскоре после этого генерал- майор Майндль был тяжело ранен в грудь, и Герике принял на себя командование штурмовым полком.
Самой неудачливой группой немцев на участке Малеме был 3-й батальон Штурмового полка под командованием майора Отто Шербера. Вместо того, чтобы высадить этих людей на пляж, как первоначально планировалось, пилоты Ju-52 сбросили их на невысокие холмы за прибрежной дорогой, где они были расстреляны 21-м и 23-м новозеландскими батальонами. «Они были прямо над нами», — написал позже новозеландский офицер. «Вокруг меня трещали винтовки. У меня был автомат Томми, и это было похоже на стрельбу по уткам». Некоторым десантникам удалось прорваться к своим силам, а другие просто заняли оборону на месте приземления в ожидании спасения.
Уход с высоты 107
В течение дня подполковник Эндрю из 22-го полка все больше беспокоился о консолидации немецких парашютно-десантных войск вдоль русла реки Тавронит. К полудню фланговая группа Стенцлера оказывала давление на высоту 107 с запада. Без всякого резерва Эндрю запросил подкрепление у командира 5-го новозеландского генерал-майора Джеймса Харгеста, но просьба была отклонена на том основании, что три других батальона бригады находились в таком же тяжелом положении. Эндрю направил свои единственные два танка в слабую контратаку в сторону моста. Один танк повернул назад, потому что у него быстро закончились боеприпасы; другой застрял на валуне в русле реки. В свете неудачной контратаки Эндрю начал сомневаться, сможет ли он удержать холм без подкреплений. В какой-то момент он сообщил Харгесту по рации, что его могут заставить отступить, на что его командир беззаботно ответил: «Если вы должны, значит должны».
Тюремная долина
Первая волна штурма у Канеи и залива Суда началась одновременно с воздушной атакой аэродрома Малеме. Одна группа из 15 планеров под командованием капитана Густава Альтманна атаковала зенитную батарею на западной стороне залива Суда, но обнаружила, что это была фиктивная позиция с бревнами, устроенными так, чтобы они выглядели с воздуха как рабочая батарея. Десантников заметили и окружили британские резервы, дислоцированные вокруг штаб-квартиры союзников. Второй группе повезло чуть больше. Группа из примерно девяти планеров под командованием лейтенанта Альфреда Генца приземлилась практически над 234-й тяжелой зенитной батареей. Выведя батарею из строя, десантники были отброшены Королевской морской пехотой, когда попытались захватить центральную радиостанцию.
Оставшиеся Ju-52/3 сбросили 3-й парашютный полк к югу от Канеи в долине Айя для общего наступления на Канею и залив Суда. Местные жители называли этот район "Тюремной долиной", потому что несколько больших зданий образовывали там тюрьму на острове. Бойцы трех батальонов полка спустились на землю около 8:15 утра. Со своей позиции они могли слышать бой на севере в направлении Галатоса. 1-й и 2-й батальоны благополучно приземлились, а вот 3-му батальону повезло меньше. Он приземлился на позиции двух батальонов 4-й новозеландской бригады генерала Л. М. Инглиса их постигла участь, аналогичная судьбе 3-го батальона Штурмового полка Шербера. Тем временем четыре планера со штабом дивизии, за исключением планера генерал-майор Вильгельма Зюссмана, который разбился, не долетев до Крита, совершили грубую посадку к северу от городка Агия. Подполковник Ховард Киппенбергер, возглавлявший недавно сформированную 10-ю новозеландскую бригаду, стоящую в Галатосе, совершил серьезную тактическую ошибку, не заняв здания в долине к югу от своей позиции. Незанятый комплекс предоставил 3-му парашютному батальону готовую точку сбора, с которой можно было начинать операции.
3-й парашютно-десантный полк столкнулся с ожесточенным сопротивлением не только войск АНЗАК в секторе Канеа, но и греческих частей, в секторах Канеа и Малеме. 2-й греческий полк был развернут к юго-востоку от Тюремной долины, а 8-й греческий полк удерживал территорию к юго-западу от Тюремной долины, включая Агию и проходящие через нее дороги. Немецкое высшее командование предполагало, что критяне, не питавшие любви к нынешнему режиму на материке, будут приветствовать немцев как освободителей, но всё было не так. Греческие войска и граждане Крита охотились на немецких десантников с той же решимостью, что и британские союзники.
Штудент с тревогой ждал в своем штабе сообщений о битве. Если бы атака прошла успешно, к полудню большинство, если не все цели, были бы в руках немцев. Поскольку из-за диверсии- греки перерезали линию между его штабом и люфтваффе, в первые часы атаки он получил мало информации. Без надежной связи уШтудента не было другого выбора, кроме как позволить операции идти так, как предполагалось. Расписание второй волны, которая должна была начать вылет уже в 13:00, быстро нарушилось, потому что дозаправку приходилось производить вручную, а пыль, создаваемая на грунтовых взлетно-посадочных полосах, ухудшала видимость во время взлета и посадки. В результате самолеты взлетали небольшими группами. В таких условиях подразделения будут сбрасываться в недостаточном количестве, рассеяно и могут быть уничтожены противником по частям.
Ретимо
Около 16 часов над сектором Ретимо прибыли Ju-52/3 со второй волной группы «Центр», состоящей примерно из 1500 человек из 1-го и 3-го батальонов 2-го парашютно-десантного полка. Самолеты пролетели над береговой линией к востоку от зоны сброса и повернули на запад, чтобы произвести сброс. Как и во время сброса в то утро, десантники были широко разбросаны по площади почти в пять км. Подполковник Альфред Штурм, который должен был возглавить атаку на Ретимо, разделил свои силы на три группы. 1-й батальон должен был приземлиться к востоку от взлетно-посадочной полосы и захватить ее в целости, 3-й батальон получил указание приземлиться дальше на запад и захватить город и порт, а Штурм и около 200 человек попытались удивить защитников, высадившись прямо на аэродроме.
Кэмпбелл оставил защиту города Ретимо отряду греческих жандармов численностью 800 человек и направил два австралийских батальона под своим командованием для защиты небольшого аэродрома, расположенного примерно в трех милях к востоку от города. Его батальон 2/1 был развернут рядом с аэродромом на скалистом плато, которое союзники назвали холмом А, в то время как батальон 2/11 под командованием майора Р.Л. Сандовера был развернут на вспомогательной позиции к западу, известном как холм Б. крепко зарылись среди виноградников на склоне холма и решили удержать взлетно-посадочную полосу. В резерве у них было несколько артиллерийских орудий и два танка.
1-й батальон численностью 500 человек приземлился удачно и в хорошей форме в Ставроменосе и его окрестностях, к востоку от аэродрома Ретимо. В состав полка входили взвод тяжелого вооружения из минометов, противотанковых орудий и легкой артиллерии, а также рота станковых пулеметов. 3-му батальону численностью 800 человек повезло меньше. Только половина приземлилась в намеченном месте, а остальные приземлились рядом с восточным склоном холма А, где они были расстреляны батальоном Кэмпбелла. Те, кто приземлился в правильном месте, мало что смогли предпринять против греческих жандармов. Они бросились прятаться среди песчаных дюн вдоль пляжа.
Когда 1-й батальон продвигался к аэродрому, австралийцы встретили их стеной огня. Четыре австралийские пулеметные позиции вклинились в ландшафт на переднем склоне холма А, и их огонь временно остановил немцев. Но нападавшие развернули свои минометы и принялись методично ликвидировать пулеметные гнезда, австралийцы вынуждено отступили к обратному склону.
Танки Чаппеля
Восточная боевая группа численностью 2400 человек во второй волне направлялась к Ираклиону. Чаппел, командующий союзными войсками в Ираклионе, расположил различные батальоны своей 14-й британской пехотной бригады, усиленной австралийским батальоном, вокруг аэродрома к востоку от города и приготовился к предстоящему воздушно-десантному нападению. Транспортные самолеты начали появляться в 17:00, классическим V-образным строем, чтобы высадить свои контингенты парашютистов. Точки сброса, которые были распределены по почти 20 км территории, затянулись намного дольше, чем планировалось, из-за задержек на материковых аэродромах. Когда самолеты пронеслись мимо, пехота обстреляла транспорты из стрелкового оружия с двух скалистых пиков, известных как «Чарли».
Чаппел приказал своим резервным танкам вступить в бой вскоре после высадки десантников. Две «Матильды», стоявшие на противоположных концах аэродрома, с ревом ожили, как и еще шесть танков из 3-го гусарского полка. Танки атаковали и преследовали десантников. Тем временем Брауэр высадился с 1-м батальоном 1-го полка под командованием майора Эрика Вальтера примерно в миле к востоку от Ираклиона на территории, не занятой союзниками. Десантники Вальтера немедленно двинулись на помощь наступающим товарищам.
На западе 2-й батальон 2-го полка под командованием капитана Герхарда Ширмера высадился и заблокировал позицию вдоль прибрежной дороги, чтобы не дать подкреплениям союзников добраться до Чаппеля. 3-й батальон капитана Карла-Лотара Шульца высадился недалеко от Ираклиона и немедленно атаковал греческий гарнизонный батальон, которому Чаппель поручил защищать город. Когда немцы пытались пробиться в город, завязалась ожесточенная перестрелка. Когда стемнело, контратака танков 3-го гусарского полка отбросила части 1-го батальона Вальтера с восточной окраины аэродрома.
Сумерки в Малеме: держась за кромку
Когда с наступлением темноты бои в секторе Малеме утихли, Фрейберг сообщил в Каир: «Позиция, на которой мы их держим, крайне слабая, и с моей стороны было бы неправильно рисовать оптимистическую картину». Вскоре после полуночи Эндрю отдал приказ 22-му батальону отступить на восток. Не имея радиосвязи со своими ротами, он послал связных предупредить передовые роты о необходимости отступить и начать движение на восток вместе с ротами А и Б. Решение Эндрю было катастрофическим для обороны союзников. Отступая от Малеме, он просто сдал немцам аэродром. К 5 утра весь батальон отошел к позиции, занятой другими подразделениями 5-й новозеландской бригады.
Не зная, что 22-й новозеландский батальон покинул Малеме, немцы опасались, что британская контратака на следующее утро может укрепить позиции союзников у Малеме и оттеснить немцев.
В тот вечер до немецкого командования дошли слухи о возможном разгроме на Крите. Потери первого дня, которые, как позже выяснилось, превысили 1800 человек, потрясли немецкое командование. Под растущим давлением Штудент ломал голову над тем, как повернуть битву в пользу немцев. Исходя из предположения, что на второй день в Малеме можно будет посадить транспортные самолеты, он приказал 600 резервным парашютистам направляться в Ираклион для усиления штурмового полка в Малеме, а Рингелю поручил подготовить первую волну горных пехотинцев для вылета в Ираклион и Малеме в тот день. Транспортные самолеты начали садиться в Малеме в 8 утра 21-го числа с подкреплениями, техникой и боеприпасами, но горные войска прибудут только во второй половине дня. Штудент приказал высадить в этот сектор еще четыре роты десантников в тот же день. Две роты благополучно высадились к западу от аэродрома, но две другие, сброшенные к востоку от аэродрома, были растерзаны 28-м новозеландским полком.
Когда Фрейберг и Уэстон готовились к отбытию в Сфакион, резервные силы приготовились встретить немецкую атаку.
Теперь, когда немцы высадили войска прямо на аэродром, Фрейберг приказал 20-му батальону 4-го новозеландского и 23-му батальону (маори) 5-го новозеландского полка отбить аэродром Малеме. Поскольку атака включала сложную перестановку войск, атака союзников началась только в 3 часа ночи 22 мая. Менее чем за три часа до рассвета новозеландцы продвинулись на запад вдоль прибрежной дороги. 20-й новозеландский полк двинулся к аэродрому к северу от прибрежной дороги, а маори продвинулся к югу от дороги. Новозеландцы быстро увязли в боях за дома с разрозненными группами парашютистов из усиленного батальона Стенцлера. К рассвету силы союзников все еще не достигли взлетно-посадочной полосы и подверглись атаке истребителей и пикирующих бомбардировщиков Люфтваффе. Понеся потери, в тот же день союзники прекратили атаку.
Самолет, благодаря которому- высадка стала возможной в док. кинокадрах:
Немцы пополняют силы
В ходе боевых действий на море, которые начались в ночь на 21 мая и продолжались на следующий день, Королевский флот перехватили два немецких конвоя, направлявшихся на Крит. Первый конвой с 2330 человек был атакован оперативной группой, состоящей из трех крейсеров и четырех эсминцев, когда он находился в 18 милях от Канеи. Хотя большинство немцев в итоге удалось спасти из воды, их суда с оружием и снаряжением были потоплены. Отдельная оперативная группа, состоящая из четырех крейсеров и четырех эсминцев, менее чем через 12 часов перехватила более крупный конвой с 5000 военнослужащих, направлявшихся в Ираклион, и заставила его вернуться на материк.
Несмотря на периодические обстрелы аэродрома, немецкие транспортные самолеты приземлялись до 20 Ju-52/3 в час, в то время как союзные части были истощены и у них заканчивались боеприпасы. После неудачной контратаки 5-й новозеландский полк Харгеста утром 23 мая отошел на восток. В результате Малеме стал полностью безопасным для немцев, и с аэродрома Малеме начали действовать Bf.109. Рингель, прибывший 22 мая, разделил войска на три боевые группы для наступления от Малеме к Канее. На следующий день горные стрелки оттеснила союзников на ряд холмов, известных как Галатос.
Когда 25 мая взошло солнце, пять немецких батальонов с пополненными запасами столкнулись с двумя новозеландскими батальонами, у которых заканчивались боеприпасы. Все утро немцы обстреливали позиции союзников из минометов и артиллерии, готовясь к штурму. В полдень они двинулись через разрывы в позициях новозеландцев . В бою в тот день десантники генерала Германа Рамке окружили роту D 18-го батальона, а остальные три роты батальона отступили. В 16:30 дюжина «Штук» удачно обрушилась на позицию майора Джона Рассела вокруг Галатоса довершив разгром.
Отход союзников
К вечеру непрерывный поток солдат союзников отходил в тыл. С уходом войск от Галатоса испарились последние надежды союзников остановить немецкое наступление и удержать остров. У новозеландской дивизии вместе с двумя австралийскими батальонами-ветеранами Васи не было другого выбора, кроме как отступить к Канеи. На следующее утро Фрейберг сообщил Уэйвеллу, что союзники проигрывают битву из-за ежедневного прибытия новых немецких войск и постоянных атак истребителей -бомбардировщиков и "Штук". «Какое бы решение ни приняло командование, с военной точки зрения наше положение безнадежно», — писал он.
Поскольку ситуация становилась все более неуправляемой и хаотичной, 27 мая Фрейберг сообщил Уэйвеллу по радио, что гарнизон должен быть эвакуирован до того, как он будет уничтожен. Уэйвелл проинформировал Черчилля о ситуации, и премьер-министр неохотно дал свое разрешение британскому флоту еще раз спасти сухопутные силы союзников от полного разгрома. Уэйвелл предложил Фрейбергу отступить на восток, в сторону Ираклиона, но Фрейберг планировал отход с боями через горы к небольшой рыбацкой деревушке Сфакион на южном побережье. Оттуда войска из западного сектора будут эвакуированы на кораблях в Александрию, Египет.
Резервы союзников разбиты
Когда Фрейберг и Уэстон готовились к отбытию в Сфакион, резервные силы приготовились встретить немецкую атаку. Атака началась в 8:30 утра, когда немецкие минометы начали обстрел позиций союзников. Вскоре бойцы на линии фронта услышали сильный огонь в тылу. С продолжающимся притоком подкреплений Рингель реорганизовал свои силы в пять боевых групп размером с полк. Рамке и 100-й горнострелковый связали фронт резерва, в то время как 3-й парашютный полк обошел сзади, поймав союзников в классические клещи. Рингель приказал 85-му и 141-му горнострелковым полкам продвигаться на восток, в сторону залива Суда.
Когда Фрейберг и Уэстон готовились к отбытию в Сфакион, резервные силы приготовились встретить немецкую атаку. Немцы, при помощи авиации, быстро уничтожили резервы союзников. Линия фронта испарилась, и британские солдаты вынуждены были сражаться небольшими изолированными группами. Около одной пятой из 1250 человек удалось бежать, а остальные были убиты или взяты в плен. К тому времени, когда резервные силы были уничтожены, силы союзников на западе Крита уже полностью отступали на юг, в сторону Сфакиона. Рингель поручил подполковнику Августу Виттману, командиру артиллерии 5-го горнострелкового полка, возглавить моторизованный авангард, чтобы сменить 2-й и 1-й парашютные полки в Ретимо и Ираклионе соответственно. В состав сил входили по батальону мотоциклетных, противотанковых, моторизованных артиллерийских и инженерных войск.
Эвакуация
Войска союзников, двигавшиеся к Сфакиону, 28 мая были втянуты серию небольших столкновений с частями 5-й горно-пехотной дивизии, когда различные части отходили на юг через деревни Мегала Хоракия, Стилос и Баба Хани. На следующий день немцы разделили свои силы. Основные силы, состоявшие из авангарда Виттмана, 85-го и 141-го полков, двинулись на восток, не встречая особого сопротивления, пока в тот же день не достигли Ретимо. Обманутый плохой разведкой, думая, что лишь небольшая часть союзников отступает на юг, Рингел отправил единственный полк, 100-й горный, следовать за союзниками к Сфакиону, эта ошибка не позволила сорвать эвакуацию.
Как только Черчилль одобрил просьбу вывести гарнизон с Крита, британский флот ринулся в бой. Поскольку глубоководный порт в Ираклионе мог принимать большие военно-морские суда, Уэйвелл и адмирал сэр Эндрю Браун Каннингем, главнокомандующий Средиземноморским флотом, решили немедленно эвакуировать людей Чаппеля. Ночью 28 мая Королевский флот погрузил почти 3500 человек на два крейсера и эсминцы для обратного пути в Александрию. У сил, защищавших аэродром в Ретимо, не было достойного варианта эвакуации. Не имея глубоководной гавани, Кэмпбеллу пришлось решить, попытаться ли пробиться к Сфакиону или сдаться. Он решил остаться на аэродроме в надежде, что Королевский флот найдет способ эвакуировать его войска с пляжей.
Немецкие войска, прибывшие в Ретимо 29 мая превосходили своих противников численно и вооружением. Мало того, что у Виттмана была артиллерия, противотанковые орудия и минометы, немцы также разгрузили танки в Кастелли, приморской деревне к западу от Малеме, которые присоединились к силам Виттмана. Немцы призвали союзников сдаться, крича: «Игра окончена, австралийцы!» Кэмпбелл сдался вместе с примерно 700 солдатами, но Сандовер и еще 51 человек отступили в горы, где продержались несколько месяцев, пока их не подобрала британская подводная лодка.
Эвакуация из Сфакиона проводилась в течение четырех дней с 28 по 31 мая. Союзники установили заслон из частей на широком фронте, чтобы 100-й горный полк не мешал эвакуации. Оперативная группа, прикрывавшая эвакуацию, отплыла из Сфакиона вечером 31 мая. Почти 4000 солдат были доставлены в Александрию той ночью, когда корабли подняли якорь в 3 часа ночи. Тем не менее, большое количество войск союзников осталось на острове. 1 июня подполковник Тео Уокер сдался с 5000 солдат союзников австрийскому офицеру 100-го горно-пехотного полка.
Из Ираклиона и Сфакиона Королевский флот перебросил в Египет около 16 000 солдат союзников. Немцы, по сути, вытеснили гарнизон с острова и захватили три аэродрома нетронутыми, но они понесли серьезные потери. В десантно-штурмовом отряде, что высадился на острове- численностью 15 600 человек, немцы зафиксировали около 6 500 потерь, в том числе 3 350 человека убитыми или пропавшими без вести. Более половины потерь пришлось на первые сутки среди десантников 7-й авиадивизии. Воздушные части немцев потеряли убитыми и пропавшими без вести ещё 312 человек, было сбито 200 немецких самолётов (в том числе 119 транспортных), ещё 148 самолётов (в том числе 106 транспортных) оказалось повреждено.
Войска союзников, не считая греков, потеряли около 3500 человек, в том числе 1700 человек убитыми. Гораздо хуже было то, что 12 000 британских солдат и солдат АНЗАК были взяты в плен. Поскольку греки не были эвакуированы, примерно 10 000 человек, выживших в битве, также попали в плен или разбежались. Это был разгром.
Потери Великобритании от действий Люфтваффе составили 47 самолётов, 3 крейсера и 6 эсминцев. В общей сложности до 1 июня кораблями с острова было вывезено около 17 000 человек, из которых порядка 600 погибли во время морских переходов. Часть из оставшихся на Крите английских солдат ушла в горы, из них около 500 в итоге смогли выбраться с острова и избежать плена. Таким образом, эвакуировать удалось лишь половину британского гарнизона — 16 500 человек. Почти все греческие солдаты были брошены на острове.
По немецким данным, плен попали 12 245 британцев и 5255 греков. Кроме того, погибло не менее 3000 британских солдат, а также около 2000 моряков на потопленных кораблях — общие потери британцев убитыми оказались больше немецких.
Выводы из битвы
Союзники проиграли сражение во многом из-за путаницы, плохой связи и просчетов в штабах. Если бы они проявили инициативу, у Фрейберга были все ресурсы, чтобы победить немцев в первые несколько дней битвы. Однако он отказался задействовать свои резервы в секторе Канеа-Суда, чтобы удержать аэродром Малеме. На протяжении всего боя Фрейберг оставался зацикленным на идее, что немцы планировали одновременный штурм берега, и он удерживал подкрепления от основного сражения. Тем не менее союзные войска сражались героически, а способность Фрейберга отступить с боями позволила Королевскому флоту вывести более 16 500 солдат.
Для Штудента триумф на Крите оказался горьким. Мало того, что он видел, как его любимая 7-я парашютная дивизия была растерзана врагом, но дни масштабных немецких парашютных десантов прошли. 19 июля Гитлер вызвал Штудента и других старших командиров парашютистов в свою ставку. Поздравив каждого из них и вручив Рыцарский крест, фюрер уделил время отдельному совещанию со Штудентом. Он ошеломил архитектора немецких парашютных войск, сказав ему, что с этого момента десантники будут играть менее активную роль в войне. «Конечно, вы должны знать, генерал, что мы больше никогда не будем проводить воздушно-десантные операции», — сказал Гитлер. «Крит доказал, что дни парашютистов прошли».
Ролик на канале "ВМВ" с документальной хроникой операции "Меркурий":
#вдв #вторая мировая война #сражения #десант #военная история #самолеты #люфтваффе #союзники
Источники данных и изображений : Peter D. Antill. Crete 1941. Germany’s lightning airborne assault. (Osprey Publishing, 2005), Jeffrey Plowman - War in the Balkans The Battle for Greece and Crete 1940-1941 (2014, Pen and Sword), Fallschirmjger. Volume 2. FALLSCHIRMJÄGER: GERMAN PARATROOPERS 1937–1941.FRANÇOIS COCHET. (Pen & Sword Military, 2019).
Читайте также :
Маленький самолет, который смог. Таранто и авиация флота, как самое разрушительное оружие
Битва за Иводзиму. Основные бои на острове-подробно. Итоги сражения и выводы.
Битва за Иводзиму. Единственное сражение корпуса морской пехоту с большими потерями, чем у противника.
Амфибии Корпуса морской пехоты или плавающие танки, они же LVT и Амтраки. Создание и применение во ВМВ.
Крупнейшее воздушно-морское сражение истории. Расцвет плывущей хризантемы в водах Окинавы. Апрель 1945 года.