Непотизм - явление довольно неоднозначное. С одной стороны, как родственнику с трудоустройством не помочь, если есть возможность? С другой - если этот родственник твой подчиненный, могут начаться трудности - панибратство, слухи, процветание кумовства и фаворитизма и многое-многое другое. В сериале Великолепный век ситуация обостряется тем, что обе стороны находятся в несколько уязвленном положении. Султану Сулейману с семьей портить отношения не хотелось, а сами зятья, племянники и султанзаде (сыновья сестер и дочерей султана) под страхом смерти не должны были сбиться с верного пути - пятно на репутации члена династии есть автоматическое пятно на репутации самой династии и султана. Конечно, в сериале утрируют переживания падишаха по поводу казненных мужей сестер, но наверняка хоть какое-то тягостное состояние было.
Муж Бейхан-султан пошел по кривой дорожке - коррупция, мошенничество. Сама султанша в это верить не хотела, слезно умоляла брата и мать сохранить супругу жизнь. Однако султан Сулейман, на самом деле, крепкий орешек: у него твердая система принципов и ценностей, центральным стержнем которого является долг перед государством. Даже ради сестры он не решился поступиться со своими убеждениями, чем очень ранил Бейхан. В этой ситуации, безусловно, Сулейман прав. Султанша смотрела на своего супруга сквозь розовые очки и не хотела верить в его виновность. Хотя, наверное, даже если бы она поверила, все равно бы попросила оставить Ферхата-пашу в живых.
Обожаемый Ибрагим - супруг любимицы султана и Валиде-султан, в один момент пошел по наклонной кривой. Это произошло после того, как Хатидже с лихвой во время приступа ревности насыпала пуд соли на и так больную ноющую рану - рабство. Дальше происходило все то, что вы и так хорошо знаете - трон со львами, собственная статуя, Нигяр, идея нового государства и так далее. Такое поведение для правой руки и тени падишаха просто непозволительно, и Сулейман долгие годы прощал все своему другу. Измена Хатидже - ладно, это их семья, пусть сами разберутся; трон со львами - сам позволил вести переговоры подобным образом, ладно; бюст - разозлился, припугнул, но простил и т.д. Все ничего, пока Ибрагим (хоть и несознательно) не начал рушить четко отлаженный механизм, находящийся в основе сознания падишаха. У Сулеймана очень хорошо развитое системное мышление: есть система, в центре которой служба государству и монархия; есть четкая иерархия, в которой падишах должен стоять на вершине. Поведение Ибрагима, связанное с нарушением этой системы (поставить себя выше султана), ценившейся повелителем больше всего (так как это фундамент его жизни), было смертельно опасным. По сути, Ибрагим стал помехой в основополагающей структуре, конструированной в мышлении султана, которую нужно было убрать и ликвидировать.
История с Ибрагимом ожесточила султана по отношению к остальным зятьям. Лютфи-пашу чуть не казнили; с Рустемом он особо не церемонится, держит на расстоянии от себя (как и Рустем соблюдает субординацию) и может спокойно сдать на растерзание янычарам. Но с другой стороны никто не устраивал истерик по поводу сохранения жизни мужа. Третий муж Хатидже-султан нужен был лишь для того, чтобы султанша отвлеклась или успокоилась. Хюсрев - паша спокойный, миролюбивый человек, с теплотой отнесшийся к детям супруги. Другая бы, наверное, хоть немного, но обрадовалась бы - у детей может появиться опора и поддержка в виде отчима. Однако эта ситуация совершенно иная - у Хатидже явные расстройства психики, не позволяющие взглянуть на жизнь трезво, с позиции зрелого человека и любящей матери.
В итоге могу сказать, что в Великолепном веке иметь в подчинении родственников и друзей - вопрос тяжелый и неприятный, заставляющий принимать решения, грозящие разрушить семью и внести хаос.