Да, конечно, прекрасно понимаем мы, что литературный герой и его исторический прототип — люди совершенно разные даже в биографических произведениях. Всегда найдется в реальном прототипе что-то такое, что автор не будет афишировать, чтобы не разрушить созданный им образ.
Конечно, знаем. Но когда приходится сталкиваться с этим фактом лицом к лицу, становится не по себе!
Что знаем мы о конце 12 века русской истории? Из скупых строк школьного учебника практически ничего. Татаро-монголы до Руси еще не добрались, значит, все было распрекрасно!
Сказано вскользь о каких-то княжеских междоусобицах и Любечском съезде, который заставил князей заключить формальный мир, который тут же был нарушен. Но весь пафос нашего школьного учебника вселяет в нас уверенность, что это все были досадные мелочи по сравнению с монголо-татарским нашествием. Если бы не эти монголо-татары!… Уж мы бы!… и так далее.
А из летописных фактов картина складывается совсем иная.
«Слово о полку Игореве» заканчивается на св