Нечеловеческим усилием воли Майя заставила свои ноги двигаться по направлению к дому. Сейчас бы она дорого дала, чтобы оказаться где-нибудь подальше. Вначале малодушно хотела пойти ночевать к родителям, но потом решила не волновать их преждевременно. Да и лишний повод для обвинения тоже давать не хотелось.
Сосредоточившись на повседневных делах, она свернула в супермаркет, где набрала продуктов чуть ли не на неделю. Едва дотащив громадные пакеты до дверей квартиры, Майя позвонила в дверь, чтобы не ставить их на пол. На звонок никто не откликнулся.
Вздохнув, она переложила все пакеты в одну руку, придавила их ногой к двери и, извернувшись, вставила ключ в замочную скважину. Сколько раз просила мужа приделать крючок для сумок возле входной двери! Но он упорно отказывался, утверждая, что крючок у двери – «колхоз». А держать пакеты в зубах – не «колхоз»? Завтра же нужно позвать слесаря! Майя осмотрела дверь. По-хорошему, и ее надо заменить. Поставить металлическую. Конечно, если захотят влезть, то и металлическая дверь не остановит. Но большинство квартирных воров работают без наводки, берут, что легче достать. Сколько же стоит такая дверь и как мне удастся добыть нужную сумму? После развода-то? Она поймала себя на мысли, что рассуждает о разводе как о чем-то решенном. Это плохо. Нужно попытаться развода избежать. По крайней мере, так советует тетушка, а ей Майя доверяла.
Около полутора часов потратила Майя на то, чтобы приготовить мужу ужин из его любимых блюд.
Муж заявился домой ближе к полуночи. Подавив в себе желание выцарапать ему глаза, или, по крайней мере, допросить с пристрастием, Майя сказала:
- Садись кушать.
- Спасибо, я сыт.
Где же он успел поужинать?..
- Как хочешь, – как можно более мягко сказала она, хотя на душе скреблись даже не кошки, а разъяренные тигрицы, делящие территорию в пару квадратных метров.
Лицо расслаблено, губки надуты. Рука нащупала зашитый в кончик повязанного на шее платка авантюрин: «Мы с тобой одной крови, ты и я».
- У тебя что, горло болит? – с подозрением спросил Кирилл.
- Ага! – подтвердила Майя. – Целовалась с начальником, а у него простуда. Вот и подцепила стрептококк.
- Чего? – выпучил он глаза.
- Стрептококк. Микроб такой, – самозабвенно врала она.
- А-а… – протянул он. – Зачем же целовалась, если знаешь, что шеф заразный?
- Так не откажешь ведь, – вздохнула Майя. – Сам знаешь, как сейчас с работой…
- В этом ты вся! – вскипел уже пришедший на взводе супруг. – Думаешь только о себе и своей работе! А то, что в дом заразу принесешь, даже мысли не возникло! Имей в виду, в спальню тебя не пущу! Устраивайся в гостиной на диване.
- Не очень-то и хотелось, – заявила Майя, понимая, что говорит что-то не то, но уже не в силах остановиться. – Ты, можно подумать, стерильный!
Ее взгляд остановился на вазе богемского стекла, которую подарили мужу на тридцатилетие. Вот это-то можно и разбить! Она схватила вазу и занесла ее над головой. Кирилл понял, что вот-вот случится непоправимое, метнулся к жене и схватил за руку.
- Обалдела? Дура!
Майя дернулась, укусив его за руку, и ваза грохнулась на пол. Не так эффектно, как хотелось, но все-таки.
Ошеломленный Кирилл стоял над осколками вазы и общей судьбы.
- Зачем ты это сделала?
Чтобы не отвечать, Майя заплакала. Сделать это было нетрудно, так как сдерживаемые в течение последних дней слезы хлынули без усилия. Кирилл прошел на кухню и принес ей стакан воды, который и сунул в руку без каких-либо комментариев. Потом развернулся и скрылся в спальне.
Слезы лились без остановки. Тело сотрясалось, как будто только что вынутое из проруби на мороз. Подхватив теплый банный халат, она устремилась в ванную.
Продолжение следует