10.05.42 Погода: «Над полуостровом облачность высота облаков между 200 и 400м на западе от 300 до 600м. Легкий моросящий дождь. Видимость от 4 до 10 км. Температура +12 После обеда видимость улучшилась от 10 до 20 км. Температура +18. Ветер сев.-восточный» [1].
Этот день стал днем разгрома основных сил Крымского фронта. Советское командование еще накануне, 9.05 «пропустило гол в свои ворота» в виде «бригады Гроддека». Отступление 404 СД полковника Мотовилова 63 ГСД полковника Виноградова, позволило этому формированию выйти на оперативный простор в тылу советских войск.
Донесение командующего 30 АК (генерала М.Фретер-Пико) в штаб 11 армии (в 10.30, 10.05.42) : «Расположение 170-й ПД севернее Сейджеута. Бригада Гроддека достигла горной местности в районе юго-восточнее Марфовки…»[2]. Все, вот теперь противник, действительно вышел к Узунларскому валу.
А еще эти слова означают, что противник захватил полевые аэродромы 44 армии Марфовка и Харджи Бие со всей материальной частью, пленив военнослужащих из батальонов аэродромного обслуживания.
На аэродроме Харджи Бие советские части потеряли «ночные бомбардировщики» «У-2» 763 и 764 ЛБП, на аэродроме Марфовка противником были захвачены несколько самолетов И-153, И-15 и И-5 из 653 ИАП. Части самолетов при приближении противника удалось взлететь, но большая часть самолетов на аэродроме Харджи Бие стала добычей противника. По данным донесения бригады Гроддека, штурмовые орудия бригады вырвались на летное поле и таранили самолеты, не позволяя им взлететь.
После обеда противник пересек Узуларский вал. Из промежуточного донесения 30-го АК (в 15.45): «Бригада Гроддека овладела господствующей высотой Биегр (144,2) в 6 км южнее Марфовки и зачищает гребень высоты от противника, нанося удар в направлении д.Дженкишель. Южнее Марфовки до обеда захвачено летное поле с выстроенными на нем самолетами». По данным бригады над полем сбит 1 самолет, захвачено неповрежденными 2 самолета, повреждены на старте 23 самолета. Но, может, противник сильно преувеличил свои успехи? Из документов Крымского фронта (за 11 число): « Противник наносил бомбовые удары по Керчи, используя самолеты, захваченные на аэродромах в районе Марфовки». Насколько достоверна информация об использовании трофейных «У-2» немцами, сказать сложно, но факт их захвата подтвержден и немецкими и советскими документами.
По состоянию на 15 часов бригада была уж в районе д. Бикеч, захватив большой участок Узунларского вала.
Не левом фланге немецкого 30-го корпуса продолжались упорные бои. В статье Ю.В.Рубцова «Мы опозорили страну, и должны быть прокляты» указано: « Неразворотливость, растерянность командования фронтом и представителя Ставки служили врагу дополнительной подмогой. Приказ на отвод армий генералы К.С. Колганов и В.Н. Львов получили из штаба фронта лишь к концу 10 мая, а начали его выполнять еще сутки спустя». К сожалению это так.
Из журнала боевых действий 30 немецкого корпуса: «Корпус отразил вражеский танковый удар против левого фланга, и несмотря на состояние дорог отбросил противника назад». Упредив отход 51 и 47 армии на Ак-Монайские позиции начала свой удар в отсекающем направлении к берегу моря 22 танковая дивизия.
Из промежуточного донесения 30-го АК: «Удар 22 ТД 10.05 утром, в двухчасовом бою разгромил танковые части противника наносившие контрудар, и отбросил вражеские танки на аэродром Огуз-Тобе. Возобновив удар, дивизия пехотной бригадой при поддержке отдельных танков, захватила высоту 66,2 (г. Кийман) и продвигается на север» [3].
Подробнее ход боевых действий за этот день описан в журнале боевых действий немецкой 22-й танковой дивизии[4]. Как выяснилось из документов, у немцев с танками были те же проблемы, что и у советского командования.
«10.05.42
С 5 до 6 и с 8 до 9 утра отражены два контрудара противника, поддерживаемые танками. Время удара дивизии было вынуждено перенесено. В 10 часов 140-й и 129 мотопехотные полки начали атаку во взаимодействии с «соединением оберста Родта» (танковый полк), который начал наступление лишь после пополнения боезапасом. Задержка была вызвана плохим состоянием дорог, из-за чего грузовики с боезапасом задержались.
11.15 Артиллерия доложила о том, что русские танки отступают к станции Ак-Монай. …
12.40 Оберст Родт доложил, что он совместно со 140 мотопехотным полком атакует высоту 66,2
15.30 В бой введена 170 ПД на участке между 28 ЛПД и 132-й ПД. Одному батальону 140 МПП приказано вновь атаковать высоту 66,2, 129 МПП тремя батальонами атаковать высоту 42,7(курган Кара-Оба). Командир 140 МПП оберст Михайлик доложил, что высота 66,2 будет захвачена через полтора часа.
15.37 Танковый полк доложил, что он вышел к аэродрому Ак-Монай, подступы к которому, возможно минированы. Аэродром обойден с востока.
15.55 28-я ЛПД и батальон 140 МПП доложили о захвате высоты 66,2 (г. Кийман) перехвачена дорога вдоль линии англо-индийского телеграфа. По дороге отступают советские танки. …».
Из журнала боевых действий 22 танковой дивизии: «16.50 Танки вступили в бой с русскими танками в районе Огуз-Тобе. С танковым соединением потеряна связь. 16.55 Приказ по дивизии : «Боевой технике подразделения Кютта (противотанковый дивизион 22 ТД) прорываться к железной дороге». Поступила информация, что танки ведут бой с 10-12 русскими танками на дороге к Семисотке. 17.00 Авиация нанесла удар по Семисотке и Огуз Тобе».
В 17.10 из района Минарели Шибань последовал сильный удар советских войск. 51 армия пыталась любой ценой выполнить поставленную задачу, не обращая внимания на то, что ее левый фланг обходит противник.
Части отошедшие по дороге вдоль телеграфа нанесли удар во фланг наступающим силам 22 ТД. В завязавшемся танковом бою 22-й ТД удалось удержаться. Противник отмечает высокую эффективность 12 самоходных орудий, оснащенных 76,2 мм трофейной советской пушкой.
Поступил приказ корпуса – перехватить дорогу, идущую вдоль Азовского моря. В 18.50 новый авианалет на Огуз-Тобе.
Авиация противника совершила 1743 вылета. Потери два «Ю-88», один «Хш-129», один «Ме-109». Вечером, в установленное время, от 22-й ТД донесений не поступало. Остальные части дали свое расположение. Оно изменилось незначительно.
В 22.15 22 танковая дивизия доложила о захвате высоты Огуз Тобе. Что это означает? С высоты Огуз Тобе, на север, простреливается местность вплоть до Азовского моря. Это означает, что значительная часть 51-й и 47-й армии оказались отсечены от основных сил. Образовался большой «котел», который удерживали румынские части 7-го корпуса (командующий – генерал Ф.Митранеску), 42-го корпуса, и частично, 22-й ТД. Но, оказалось, что донесение было запоздавшим, и немцы поспешили с победными реляциями.
Немецкая 22—я танковая дивизия выйдя к берегу Азовского моря израсходовала почти все топливо и боезапас, и в этот момент начался ночной контрудар 77-й дивизии полковника Волкова. Из сообщения 51 армии в штаб фронта:
«КОМАНДУЮЩЕМУ КРЫМФРОНТОМ
1) с 16г. 00 пр-к порешал в наступление силою до 100 танков с пехотой из района г. Сюрук-Оба в направлениях: кург. Кара-Оба, Огуз-Тобе и в направлении Семисотка.
2) 302, 138 СД удерживают ранее занимаемый рубеж 236 СД без артиллерии обороняет район 42.7,кург:. Кара-Оба. 390 сд, по непроверенный данным, занимает оборону района Агибель и частью сил гора Кийман. Связь с 302, 138 - потеряна в 16,30 и 390 сд, связи нет. 40 и 56 тнбр действуют с 138 сд 77 СД без артиллерии, сосредотачивается в районе Огуз-Тобе, там же 55 тнбр.
3) в связи с напряженным боем и плохим состоянием дорог, положение со снарядами тяжелое;. 18 ГМП имеет по одному-два залпа.
Решил: 77 СД с 55 тнбр контратаковать противника из района Огуз-Тобе в направлении курган Кара-Оба . Второй эшелон 138 СД с 56, 40 тнбр, а также второй эшелон 302 сд контратаковать в направлении Семисотка ЛЬВОВ, ГОРБАТЕНКО, КОТОВ».
Стоит обратить внимание, что даже по состоянию на вечер 10.05 приказ об отходе в армию еще не поступал. Некоторым советским частям в результате этого удара удалось вырваться, однако основные силы 47-й армии генерал-майора Колганова и 51-й армии генерал-майора Львова оказались окружены. По состоянию на вечер 10.05.42г. генерал В.Н.Львов был еще жив, что подтверждает его подпись под сообщением в штаб армии.
В штаб 11 армии в 19.36 поступило донесение от «группы Родта» о том, что она ведет бой в районе южнее Огуз Тобе. Далее записей в журнале боевых действий нет, есть только запись о задачах на следующий день, но в донесениях Группы Родта нашлись сообщения о том, что советские войска отброшены с высоты (в 20.00).
Но противнику не удалось удержать высоту. В вечернем донесении 11 армии содержится фраза: «Попытка удержать г. Огуз-Тобе, оказалась неудачной. Высота частично занята противником». Атака 77 ГСД позволила на одну ночь приоткрыть дорогу вдоль берега Азовского моря. Немцам не удалось в этот день замкнуть кольцо.
Задачи 22 ТД на 11.05 были поставлены следующие : «группа Родта» прорывается к берегу моря, пересекая дорогу вдоль берега. 129 МПП атакует Алибай, 140 МПП прикрывает восточный фланг. Танково-артиллерийский полк (самоходные орудия) одним дивизионом передается «группе Родта» другим 129 МПП.
Несмотря на то, что дорога вдоль берега моря оставалась условно открытой (дорога простреливалась и подвергалась авианалетам) угроза окружения нависла над основными силами 51-й армии. Армия продолжала удерживать позиции, обеспечивая выход частей 47-й армии. Фронт держали 302 СД полковника Зубкова, 398 СД полковника Мухамедьярова, 138-я СД полковника Пименова, 400 СД полковника Вербова, 83 МСБр полковника Леонтьева, прибывшая из фронтового резерва. В районе Огуз Тобе продолжали бой с противником 55 танковая бригада и 77 ГСД полковника Волкова.
В образовавшуюся брешь, по дороге начался вывод армейской артиллерии, 271-й СД, часть 224 СД 47-й армии. Танковым частям Крымского фронта частично удалось вырваться из котла. По состоянию на вечер 11.05 состояние было следующим: «39 ТБр собирается в 3 км. северо-западнее совхоза в составе бригады .МАРИЕНТАЛЬ – «Т-34» -1, «Т-26»-6, «Т-60» -6шт., 40 ТБР «Т-60» -3 шт. выходит в район д. Ивановка. 229 ОТБ –связь отсутствует, данных нет. По 44 армии 126 ОТБ «Т-26» - 5 шт., «ХТ-133» 7шт., бронеавтомобилей «Ба-20» 8 шт. 124 ОТБ совх. МАРИЕНТАЛЬ – «Т-26»-5 шт., «Т-60»-1. Установлена связь с командиром 55 ТБр, сведений о танках бригады у него нет. Вместе с командирским танком следует еще одна машина. Связи с 56-й ТБр нет. В резерве фронта в 79 Уч.ОТБ- САРАЙМИН - Т-26-9. Бронеэскадрон 72 КД - БА-20-3 БА-10-6».
К сожалению, Крымский фронт оперативной информацией не обладал. В связи с тем, что связь с 51 армией была нарушена, связь осуществлялась через делегатов. При этом, информация поступившая от частей не всегда доходила до штаба. К примеру, информация о состоянии 51 армии за 10.05.42 поступила только вечером 11 числа, и в разговоре с Василевским Д.Т.Козлов не смог сообщить ничего нового о ее состоянии.
В связи с тем, что начальник штаба фронта генерал-майор П.П.Вечный пытался навести хоть какой-то порядок в управлении, он обладал более свежей информацией, которая не совпадала с информацией командующего фронтом, что и было отмечено в разговоре Василевским.
Части вели бой сами по себе. Подобие управления боем было только у 51 армии, но она находилась в очень сложном положении. К утру 11.05 ситуация получила дальнейшее развитие.
[1] NARA T-312 R1362 (11 AOK) fr 0086
[2] NARA T-314 R827 (30 АК)
[3] NARA T-314 R827 (30 АК)
[4] NARA T-315 784 (22 PzD) fr 0098-102