И касалось это именно военных. По мнению императрицы, ареста за содомию было более чем достаточно. Стали ли от этого лучше себя чувствовать гомосексуалисты — не знаем. Но бояться физической боли от порки точно перестали.
И касалось это именно военных. По мнению императрицы, ареста за содомию было более чем достаточно. Стали ли от этого лучше себя чувствовать гомосексуалисты — не знаем. Но бояться физической боли от порки точно перестали.