Бабий кут, солныш - это бабий угол, место у русской печи, где стояли квашены и квасники, горшки и чугуны, то есть утварь домашняя, что в хозяйстве сберегалась, на добрые ноги хозяйство ставила.
В бабьем углу всякой посуде свое место. Ковши, которыми черпали воду, насыпали из ларя крупу, муку; миски и корчаги, оплетенные берестой; подойник, накрытый чистой холстиной для процеживания молока; бочка и ушаты для воды. Они - порядок хозяйки знали.
Про большуху, что была главной по хозяйству, стряпала, обряжала скотину, говорилось: «У нее ковши не дремлют, квашня - не пустеет, печь - не угарна».
Большуха, протопив печь, скутывала ее: подгребала уголья кочергой, выметала помельной сосновой лапой печной под. Ставила в печь чугуны, еду для семьи и для скотины готовила. Она знала, как жар не упустить, дом нагреть, чаду в избу не напустить. Место, где хозяйничала большуха, называли еще солнышем.
О рожденной 25 января наши предки говаривали так: «Она и каравай печет, и половики на реке бьёт, и хоровод ведёт!» Позднее стали величать её Татьяной. Рожденная в этот день пекла хлебный каравай – ковригу, хлеб. Он был горяч, как солнце, и пахуч, как сама Мать-сыра земля. Ждали, когда хлеб чуть остынет и починали, разламывали. Каждому в семье должен был достаться ломоть от хранящего земной дух хлеба.
Половики
Видано ли дело, изношенные рубахи, одежду какую выбросить? В деревне этакого не водилось. Если в доме дочь была, то сызмальства она приучалась прибирать всякую изношенную тряпицу. Разрежет хозяйка тряпицу на длинные полоски, а дочка те полоски обиходит, в клубки смотает. Да не как придется, а на свое разумение. По цвету сложит, сошьет один с другим. А когда в коробе накопятся клубки, то садится хозяйка ткать. А дочка ей пособляет.
Деревянный ткацкий стан. Бегает уток взад-вперед, водит за собой разноцветные полоски неяркие. Но сколько нежности в соединенных розоватых и зеленоватых, в голубоватых и желтоватых цветах! Что ни половик, то трепетный рассказ о девичьей мечте.
В зимние холодные дни согревают половики избу. А босые ноги чувствуют тканую прохладу, ласку земных растений, которые когда-то голубыми головками кивали земле, солнцу.
Половики - это тканые дорожки, что расстилались в избе, чтобы ногам ходилось, чтобы изба не студилась, чтобы половицы дышали, чтобы красота из дома не выводилась.
Особым праздником в деревне было мытье половиков. После Святочных дней в обычае было мыть половики на реке ли, у проруби, у колодца ли. В платках ярких, жарких, не столько, чтобы поработать, сколько себя показать, выходили девушки деревенские на реку «бить» половики. В деревне все жило природной красотой. Девушке мать всегда подсказывала: «Ты на люди выходишь. С крылечка соступить - и то можно по-всякому. Добро, когда люди скажут: «Плывёт, как павушка, снежинки подолом не собьёт».
Сколько звонкого веселья было в этот день! Колотили по студеным дорожкам вальками девушки, и стук вальков был слышен в округе. Парни спешила набросить тулупы. Как же, а кто поможет девушкам донести вымытые половики с реки, развесить по заборам тканые дорожки! На деревню, казалось, радуги сошли. Ведь непрост был труд половики ткать, тряпицы так подбирать, чтобы они, в одном полотне сойдясь, красоту и цвет держали.
Но если в половиках какая-то тряпица выбивалась цветом из сотканного поля, на то сказывали: «Не вышла девка в рукодельницы, не хватило усердия. Басиха, баско - на людях побыла, да напрасно!»