Приехал к тёще в деревню. Зима. Красота. Решил немного погулять, но началась метель. Я поспешил домой. И тут услышал из сугроба жалобное мяукание.
Там сидел взъерошенный котик и смотрел на меня снизу-вверх таким жалобным взглядом, который бывает только у самых голодных и несчастных. Порывы ветра едва не сбивали малыша с ног. Он сильно дрожал. Я присел на корточки. Котик подошёл, потерся о мои ноги, мяукнул как-то совсем безнадежно.
Гори оно все огнём, решил я. Сгреб котика в охапку и побежал домой. Дома никого не было. Жена и тёща ушли на горку с Темкой.
Я положил в миску корма. Малыш сразу набросился на него. Пушок и Мурзик, совершенно ошалевшие от этой картины, сидели под столом и не смели пошевелиться.
Когда мой сиротка наелся, я взял его на руки, чтобы немного погладить. Тут я немного удивился - по весу сиротка был как Пушок и Мурзик вместе взятые.
- Ты зачем притащил домой этого борова? - недовольно шипели под столом Пушок и Мурзик.
Я пригляделся к бездомышу. Малыш и правда, был не таким уж малышом. А точнее, это был взрослый котяра. Шерсть его в тепле распушилась, мясистые бока повисли, а щеки торчали из-за спины. Из-за этих щёк морда у скитальца перестала казаться несчастной. Этот котяра выглядел так, будто он устроен в этой жизни намного лучше меня.
Тут с прогулки вернулись жена с тёщей и Темкой. Тёща стояла в дверях.
- Вот это да! Знакомые все лица! Стасик, и не стыдно тебе?
Я даже не сразу понял, что это сейчас не ко мне обращаются. Оказывается, тёща разговаривала сейчас с котом. Тот как-то мгновенно скис, глазки его воровато забегали. Он спрыгнул с моих колен и попытался выскочить в дверь на улицу. Но тёща успела его перехватить.
- Вот, знакомься, - сказала тёща, держа на руках бездомыша. - Это Стасик. Кот нашей соседки Ильинишны. Местный артист. Всегда пристает на улице к незнакомым людям, изображает вселенское страдание, втирается в доверие. Ест три раза в день, а в особо удачные дни и все пять.
- Но он дрожал... - попытался я возразить.
- О, наш Стасик и не такое умеет!
Стасик недовольно отвернулся. Мол, наговариваете вы, женщина, попробуйте докажите.
- Больше одного на улицу не выпускай, - сказала тёща моей жене. - А то все соседские коты будут у нас дома столоваться.
Пушок и Мурзик были совершенно согласны.