Автор: Анастасия Талызина.
Человек: Андрей Зиньковский, Мистер Хламщик.
Локация: частная коллекция старинных экспонатов "Суворовские трущобы" / Russian Favelas.
Пока городские власти заявляют о создании Музея истории Ростова-на-Дону, местные коллекционеры, кто потихоньку, а кто и со всем рвением взялись собирать материальные свидетельства давно ушедших эпох. Один из них — Мистер Хламщик Андрей Зиньковский, расположившийся со своими «Российским трущобами» в самом центре города.
Когда я пришла к Андрею в его «Трущобы», хозяин поспешно прятал свои реликвии от начавшегося дождя. Большая часть собранных «экспонатов» находится на улице.
- Недавно общалась с твоим коллегой, коллекционером с Ворошиловского. Ты с ним знаком? Он превратил свой дом в музей всего.
- Да, я слышал о нем, но так в этом доме и не побывал. Хотя интересно познакомиться.
- А к тебе друзья часто приходят сюда в гости? Проводишь экскурсии для туристов?
Почти каждый день. Экскурсии, театр, вечеринки постановочные... Никто особо ничего не сделал. Только Ваня Мирошниченко чаепития устраивает. По понедельникам у нас психологические вечера проходят. В группе шесть психологов. А как сейчас глянцевые журналы живут? Я правильно понимаю, что у журналов сейчас «рулит» сайт?
- Правильно.
- Сейчас всем нужно распечатывать их Инстаграмы — со всеми их комментариями, лайками. После того, как этот Инстаграм «лёг», все хватились «Где мой контент?». Потому что все там свой контент держат. Потому что на устройствах уже памяти нет. У меня самого телефоны складируются. Это мой «банк памяти». 15 тысяч в Ростове стоит восстановить жесткий диск. А еще нужно один новый купить и туда информацию перезалить. У меня 6 «винтов». Я информацию задваиваю. Скомпоновал информационно один винт, очень «жирный» — и бах: полетел! А там — 20 фотосессий, видеосъемок одного артиста... Теперь заново всё делать. Теперь вот думаю: в четвертак мне обойдётся ремонт старого и приобретение нового.
- Ты сейчас организуешь выступления музыкантов, артистов?
- Только на телефоне вот... У артистов гонорар от 30 тысяч до 300. В зависимости от ситуации. Я с Титомиром покатался. Он такой - артист-«попутный ветер». Он меня схемам в шоу-бизнесе поднатаскал малость. Я сейчас работаю с таким музыкантом как DJ LIST. У него там «соточка» за выступление получается, а иногда - 30 тысяч в Москве в целях промо. Бывает и бесплатно. А случается и 300. Так, в конце ноября в Москве какое-то «жирное» мероприятие - «Лучшие люди Москвы». 250 тысяч уже заплатили 2 месяца назад. Прикинь! И перенесли мероприятие на месяц.
- Тебе для твоей профессиональной деятельности пригодилось консерваторское образование, музыкальный менеджмент?
- Можно казать, я там «полировал» грани моего миропонимания, так сказать. Всё, что там было, я на практике «протопал» раньше. Тогда просто пошла такая тема: «Хромая лошадь», кому-то лазером глаза обожгло... И я подумал, что сейчас потребуют государственные лицензии на организацию мероприятий. Поэтому я закончил магистратуру в Ростовской консерватории, а потом еще студентов «прогонял» по этой специальности. Читал лекции там, в ИУБиП и в ЮРГИ. Образовательная часть — она нормально растет. А мне хорошо: я этот опыт приобрёл, теперь при встрече мне какие-то люди говорят «Спасибо». А ты их не помнишь, потому что обычно читаешь лекции в аудитории на 100 человек.
- Да, практика у тебя большая. Ты же еще «Бал младенца» проводил?
- С «Балом младенца» была нормальная коммуникация с властями. Я как-будто попал в подростковый период. Когда ты где-то на заднем дворе меняешься фантиками от жвачки на пистоны для пистолетов. Ты им приносишь жвачки, а они тебе — пистоны. Только эти пистоны уже прострелены все. Я на это всё посмотрел и решил: ну ее, эту политику!
- Ты и в политике засветился?
- Было время, когда я своего друга в Государственную думу выдвигал. Сергей Баштырев. Помнишь такого? Он разбился на самолёте в 2015 году. У него было три маленьких собственных самолета. Он тогда пошёл в депутаты от партии «Справедливая Россия». И нас накануне дня выборов, в пятницу, сняли с избирательного процесса. То есть избиратели на избирательном участке получали бюллетень, где была зачеркнута наша фамилия. Хотя на самом бюллетене было написано, что любые исправления в нём недействительны. Мы были уже там впечатаны. А в понедельник мы пошли в суд на апелляцию, а нам говорят «ой! Действительно! Мы ошиблись...». И на этом, 35-м участке, единственный представленный в списке КПРФник выиграл. Потому что он политолог в ЮФУ. Он ходил и получал информацию по суду. А на нас Гнутов подал в суд, что мы якобы какие-то нормы превышаем , разжигаем криминал... Тогда дворник сорвал наш плакат с выборного стенда, и мы дали ему в нос. Мы хотели сначала самодвиженцами балотироваться, но потом обнаружили, что мы не написали индексы в полном адресе людей, которые за нас подписываются. «Субъект Российской Федерации указан неверно». Это всё контролируется, это всё политика. Это всё самовласть, всё терроризм.
- У тебя в «Трущобах» настоящий музей. Только частный.
- Неправильно. У музеев должна быть дотация государства или какого-нибудь мецената. А тут такого нет.
- Коллекция?
- Уже лучше. Склад. Я предпочитаю называть так. У меня даже есть табличка с надписью «Склад». Если убрать букву «у», то получится - «клад».
- Как юридически оформляются все экспонаты «Трущоб»?
- У меня сейчас такая история заварилась... На меня даже могут в суд подать. Но я там прав! Затронуты интересы великих нынче живущих «художников Всея Руси». Нынче, конечно, уже не ростовских, а живущих уже на Лазурном берегу Франции. У них там все «жирно». Что касаемо того, чем я занимаюсь, т. е. моего хобби... Хобби, конечно, уже перерастает. Нужно куда-то всё это сбыть. А чтобы сбыть, нужно настроить легальный механизм сбыта.
- Откуда ты получаешь все эти предметы, вещи? Как происходит этот процесс?
- Ко мне поступает всякое. Бывает, мне звонят и говорят «Завтра тут всё сносят. Если ты не заберёшь сегодня, мы завтра пригоним сюда экскаватор и всё порушим. Я знаю, что тебе это нравится, разбери фасад здания». И сбрасывает мне фотку, на которой этот домик «мятного» цвета. В каждом городе Ростовской области есть такой домик. На Юге России уж точно. И севернее уж точно будет. И цвет этот тоже приятный - «мятный». Я недавно формлял заброшку... Мне впервые дали денег, чтобы я оформил заброшку. Но оформил в каком плане? Законсервировал его от проникновения. Но я подошёл к вопросу творчески. Законсервировал его с котиками, со всякими такими темами. Единственное, что я там потратил, это баллончик краски. Я выбрал как раз такой цвет. И тут мне присылают фотку дома — я подумал «Это знак!». Там был этот фасад, четыре дома, двор... И оказалось, что бывший хозяин занимался лепниной. И я там взял то, что не потрескалось. Через 10 лет это может оказаться произведением армянского искусства. Армянского жителя сельмашевского района, а его дети когда-нибудь увидят эти произведения и скажут «Наше!».
- С этим художником мирового уровня такая же история?
- Да. Но у меня там всё шикарно. Я на этом «кобылу съел». Я готов отстоять правду, которая была. Потому что в мире высоких денег с высоким искусством для того, чтобы картина не вышла на рынок, будут всеми путями не допускать ее туда. Они могут сказать, что она не принадлежит автору, что они обознались и видели картину только по фото. Всегда там, где есть хит, там есть иск. Так говорят музыканты. Я, кстати, еще и музыку стал писать.
- Ух, ты! А что сочиняешь?
Тоже наткнулся не непонимание этих авторских тем. У меня вокалистки нет. Вокал мой изъянистый. И я подумал «Классный голос у Google. Переводчика! Вот думаю. Сейчас я текст в Google. Переводчик накидаю, и она его и скажет. Оказывается .не я первый это придумал. Давно уже берут голоса с компьютера. И даже в приложении, когда закачиваешь, это прописано. Я записал композицию. А оказалось .что голос неправильно выбрал. Я даже Левитана нашел. У меня есть композиция, где Левитан рэп читает. Это кайф! Но тут вопрос дальнейших юридических договорённостей. Наконец, мир вышел на призму уважения авторских прав, интеллектуальной собственности. Интеллектуальной, не производственной. Я, когда начинал после «Дуньки» (Duncan club) Fashion cafe, там управляющим был Сергей Валентинович Гайдук. Сейчас он занимается социальными делами, урбанист. А тогда он зашёл в этот рынок развлекательный, ресторанный, не зная, что это такое. А ему говорят «Вот тут Зиньковский, он у нас арт-директор». Он попросил объяснить, кто такой арт-директор. И я давай рыться в интернете, а там ничего нет про арт-директора. И я обратился к своей коллеге, которая занималась социальными фестивалями в фонде «Поддержка и сочувствие». Я к ней «Маша, что делать?». А она мне дала совет «Ты главное много там не пиши, а то потом придётся выполнять». И я принёс описание Гайдуку. А он такой «ты, значит, придумываешь какую-то концепцию? И реализуешь в ресторане-кафе-клубе? И получаешь за это деньги? Давай лучше как все бизнесмены: 20% прибыли твои».
- Как пригодился этот твой опыт в дальнейшей работ?
- Все бизнесмены, которые были со мной знакомы, после того, как Российское авторское общество стало на них давить, стали обращаться ко мне. Какую музыку ставить в магазинах, кафе и ресторанах, чтобы не нарушать правила. И я советовал им ставить пение птиц, дуновение ветра и т. п. Сейчас это уже сложнее.
- Как ты планируешь сохранить в сохранности экспонаты «Трущобы» зимой?
- Я скоро переезжаю. Обычно зиму не здесь провожу. Хочу в Сочи заняться строительством помещения для своей коллекции. Будет такая «живая» галерея, «живой» музей. Мне там климат больше нравится. Я как-то на Красной поляне выступал с патефоном на Alfa Future People. Там был такой зимний рейв и плюс тусовочка.