И в словах его не было и нотки злорадства. Недоумение - да. Возмущение? Тоже да, но совсем чуть-чуть. Американец же. Какое ему дело до России? Удивление - так, скорее, прозвучал риторический вопрос американского пенсионера, рождённого ещё до Второй Мировой.
Я опять начинаю издалека, с песни группы Альянс "На заре" 1987 года. Среди комментариев о потрясающей внешности клавишника из далёкого будущего, я наткнулся на слова человека (под кодовым названием Kino Foto), который запомнил то время точь-в-точь как запомнил его и я:
В 1987 году я даже тинейджером ещё не был. Верил в Деда Мороза и благую миссию Советского Союза. Однако атмосферу 1988 года я запомнил уже совсем иначе: цинизм, темень, хулиганы, раздрай, хотя в 1987 году будущее представлялось самым светлым. Казалось, ещё немного, и вот она - Алиса Селезнёва по другую сторону времени. Всего несколько месяцев, а такой контраст. Почему?
Спрашиваю отца, а он у меня - музыкант, радиоинженер, философ, что он думает про переход от 87-го к 88-му? Отвечает:
Видимо, в то время и дали добро на всю пошлость и халтуру на наших экранах.
Как музыканту и гитарных дел мастеру ему обидно было наблюдать скатывание советской эстрады всё ниже и ниже до уровня "Ласкового мая". Если что, к Юрию Шатунову отношусь очень положительно, но "Детство моё, постой" и "Белые розы" - это песни из двух параллельных, то есть никак не пересекающихся, измерений.
А теперь вернёмся к американскому дедушке. В самом конце 1990-х, за несколько дней до ухода в отставку Ельцина, я рассказал американскому товарищу о том, как много русские люди знают о его американской культуре (мне тогда едва за двадцать перевалило):
Арнольд Шварценеггер, Жан-Клод Ван-Дамм, Сильвестр Сталлоне. Да много ещё кого знаем.
Это мне сейчас чудно такие вещи говорить, потому что половина так называемых представителей американской культуры, сами в ней не сформировались, а тогда я взял да и ляпнул, на что дедушка мне ответил:
Это мы, значит, весь наш мусор на вас вывалили...
Много лет уже прошло, и я хорошо узнал Америку с её более интересной культурой, чем той, которой нас, наивных дикарей-туземцев, пичкали в видеозалах как раз после 1987 года: "Коммандо", "Кошмар на улице Вязов", "Рэмбо"... Хорошие и добрые советские фильмы уже не воспринимались нами всерьёз. Мусор на экранах, как Тик-Ток, затягивает до умственного онемения, когда мозги начинают требовать всё больше и больше мусора.
Что до Арнольда с Жан-Клодом, то мои американские ученики что-то отдалённое слышали про Арнольда, а вот про существование Жан-Клода вообще не знают. Да и раньше Арнольд пользовался гораздо большей популярностью среди советских зрителей, чем среди американских.
Чем дольше я живу в Америке, тем больше мне кажется, что Арнольда и ему подобных героев боевиков снимали в Голливуде прежде всего для экспорта в такие страны, как СССР, в целях подрыва вражеской идеологии. Диверсия прошла успешно. Мы до сих пор голову ломаем, пытаясь понять, что произошло, почему страна развалилась.
Конечно, ущерб был нанесён и американским зрителям, но меньше, чем советским. В США существует классификация фильмов. Если в Советском Союзе фильмы делились только на две категории, до 16 и старше, то в США, градаций больше. Например, есть фильмы, которые детям следует смотреть с родителями (PG или parental guidance) или с родителями, пока не исполнится 13 лет (PG-13).
Иными словами, просто так ребёнок в США не попадёт на "Кошмар на улице Вязов" или на фильмы и того хуже. То ли дело советские пацаны в свободной перестроечной стране: всем по десять лет, сидят таращат глаза на американские пулялки, стрелялки, страшилки. Какое после этого "Морозко" или "Двенадцать месяцев"?
Что интересно, многие американцы даже понятия не имеют о влиянии Голливуда на Советский Союз, особенно после 1987 года.
Спасибо, что дочитали статью до конца. Жмите палец вверх и подписывайтесь на канал. Если есть желание поддержать канал бренным металлом, жмите сюда. До новых встреч!
Перепечатка статьи или её фрагментов должна сопровождаться ссылкой на этот материал, а не просто упоминанием моего канала. Заранее благодарю за уважение чужого авторского права.