Самый охмуреж идет!

Дьявол меня забери! Не слыхал про такого, но виду не подаю и пытаюсь изобразить восхищение.
– Тебе, Андрей, выпала честь служить в такой дивизии. Твое командование не хотело отпускать тебя с Сергеем, но с Главкомом не поспоришь. Так что поздравляю! В какой только полк тебя определить? Так… Будешь служить в 129м. Командир полка – подполковник Лосев… Тот самый!
Подполковник многозначительно поднимает кверху палец и смотрит на меня. Мне эта фамилия ничегошеньки не говорит, но я пытаюсь изобразить на лице восторг и энтузиазм одновременно. Актер из меня – никакой. Это не ускользает от проницательного кадровика.
– Ты что, Андрей, Лосева не знаешь, героя ХалхинГола?
– Ну как же, знаю, конечно…
– Нет, с тобой определенно чтото не то… Ты, часом, не перебрал вчера на радостях, что в Москву попал? Смотри, я этого не люблю, ты знаешь. Ну, честно, много вчера пили?
– Если честно, был грех. Сам не знаю, что со мной, но вот коекого действительно как бы забыл…
– Ты, может быть, и меня не помнишь?
– Ну как же, васто я не забыл… – Я мучительно стараюсь вспомнить его имя и отчество.
– Еще бы ты меня забыл, – свирепеет вдруг подполковник, – того, кто тебя летать учил, птенца желторотого!
Вот сволочи! Это же надо, сунуть меня в сорок первый год, а таких вещей не предусмотреть… Вспомнил!
– Да что вы, Иван Дмитриевич! Мы с Сергеем еще вчера, когда документы сдавали, подумали, что это – вы. Только… – я не знаю, что сказать дальше, и умолкаю.
Подполковник добреет и понимающе кивает головой.
– Только не поняли, что это вдруг Батя в штабе оказался а не полком командует? Так ведь?
– Так…
– Отлетался я, Андрей. Ты думаешь, я бы отдал вас с Сергеем Лосеву? Черта с два! Я бы вас к себе забрал. Но отлетался Иван Дмитриевич. Левую ногу я в Испании оставил, Андрей.
– Вон оно как! – У меня вытягивается лицо, на этот раз вполне искренне.
– Да, вот так. Пятерых я там на землю спустил, а шестой мне – пулю в колено.
Подполковник замолкает ненадолго, смотрит на меня и тихо говорит:
– Противник он серьезный, Андрей. Скоро и вы с ним силами тягаться будете,
– И как скоро?
– Не знаю, Андрей, не знаю. Знаю только, что времени у нас в обрез. Потому и торопимся. Не хватает времени всех летчиков на новые машины пересадить да боевой опыт им передать. Потому вашу дивизию и формируем. Вы и технику быстрее освоите, и воевать будете грамотно. Пыль от них полетит. Бояться вас будут, как черт ладана. Верно я говорю?
– Верно, Батя.
– Но и вам достанется. Не хотел бы я быть на вашем месте… Вру, не верь! Завидую вам. Ну, иди. У меня еще народу – полная приемная… Ты чтото сказать хочешь?
– Товарищ подполковник, если можно, то Николаева определите тоже в 129й.
– А как же иначе? Неужели я боевых друзей разлучу? Ну, иди… Назовешь дежурному номер полка, он тебе скажет, куда и когда прибыть.
Через час мы с Сергеем идем по улице Горького. Сергей не перестает восхищаться:
– Это же надо! У самого Лосева служить будем! Он на ХалхинГоле чудеса творил… Ай да Батя, ай да молодец!
А я его почти не слушаю, только киваю и отвечаю односложно. Мне страшно интересно посмотреть на Москву сорок первого года. Она так непохожа на ту Москву, которую я в общемто неплохо знаю. По улицам проезжают редкие автомобили: “эмки”, “ЗиСы” и еще какието, катят непривычно формы троллейбусы и автобусы.