Внук Бельмондо каким-то чудом унаследовал сокрушительное обаяние своего деда, превратившее комедию «9 причин, чтобы жить» 2021 в идеальный вариант для семейного похода в кино с подростками. Виктор Бельмондо играет мажора, сына детского кардиохирурга, заигравшегося в золотую молодёжь настолько сильно, что однажды после посещения ночного клуба паркует свой кабриолет в отцовском бассейне.
«Девять причин, чтобы жить» — франко-итальянский ремейк успешной немецкой комедии «Это чёртово сердце» 2017, в свою очередь снятый по реальной одноимённой истории писателя Ларса Аменда, подружившегося с мальчишкой, который не должен был дожить до шестнадцати лет.
Не знаю, что в фильме окончательно добило успешного папу-доктора — то, что сынок совсем не умеет вовремя останавливаться (гараж с разгона пройден насквозь), или то, что после инцидента сынуля радостно запостил фоточки, но дальше следует блицкриг — мажор приставлен к мальчику, чудом проживающему каждый следующий день и от вечных и почти бесполезных процедур потерявшему желание бороться за эту самую жизнь. Задача — растормошить доходягу и заставить от души повеселиться.
Мажор, ясен пень, не в восторге от таких «чудесных» перспектив, потому что его человеколюбие имеет вполне разумные пределы, и превращается в старательного «развлекающего» волонтёра только после полного перекрытия краника с отцовскими деньгами — в воспитательном раже отец даже меняет ключи от своего дома, окончательно выкручивая руки.
Не без труда встав на путь очеловечивания, мажор с болью отрывает от себя ночные загулы, случайных подружек и сомнительных друзей, чтобы... подружиться по-настоящему. Кино жизнеутверждающее, но при этом сдобрено известной долей сарказма, чтобы избежать приторности.
Конечно, сюжет развивается по чересчур идеальной траектории — сценаристы не утруждались никакой достоверностью в развитии личности мажора, но всё с лихвой компенсируется харизмой пары главных героев.
Каковы параллели с реальной историей? Кроме плохих прогнозов по мальчику и проработки списка его желаний — больше особо никаких. На самом деле писатель был в затяжном творческом кризисе, но случайно услышал, как персонал обсуждает бедолагу, и сам захотел как-то помочь.