А начать я хочу с одного дневника.
8-го января. Суббота.
Ясный морозный день. Было много дела и докладов. Завтракал Фредерикс. Долго гулял. Со вчерашнего дня в Петербурге забастовали все заводы и фабрики. Из окрестностей вызваны войска для усиления гарнизона. Рабочие до сих пор вели себя спокойно. Количество их определяется в 120.000 ч. Во главе рабочего союза какой-то священник — социалист Гапон. Мирский приезжал вечером для доклада о принятых мерах.
9-го января. Воскресенье.
Тяжелый день! В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело! Мама приехала к нам из города прямо к обедне. Завтракали со всеми. Гулял с Мишей. Мама осталась у нас на ночь.
10-го января. Понедельник.
Сегодня особых происшествий в городе не было. Были доклады. Завтракал дядя Алексей. Принял депутацию уральских казаков, приехавших с икрою. Гулял. Пили чай у Мама. Для объединения действий по прекращению беспорядков в Петербурге решил назначить ген.-м. Трепова генерал-губернатором столицы и губернии. Вечером у меня состоялось совещание по этому поводу с ним, Мирским и Гессе.
Обедал Дабич (деж.).
Все знают, что произошло 9-го января (по новому стилю 22-го января). Хотя, сейчас эта дата все меньше и меньше отмечается. Сейчас все больше акцентов делается на том, что главное это не права людей, рабочих, а государство и стабильность. И так, мы видим, что уже снимаются фильмы, которые порочат декабристов. Но итоги 9-го января были такими - погибло двое полицейских. Можно заламывать руки и кричать о том, какие гады эти питерские рабочие, которые убивали мирных полицейских. Но как показало расследование - полицейские были убиты случайно, залпами военных. За 9-е января войсками, которые были во всем городе и цель которых была не допустить мирных и безоружных демонстрантов к Зимнему дворцу, были произведены залпы по мирным людям на Шлиссельбургском тракте, у Нарвских ворот, близ Троицкого моста, на 4-й линии и Малом проспекте Васильевского острова, у Александровского сада, на углу Невского проспекта и улице Гоголя, у Полицейского моста и на Казанской площади. Мирные же демонстранты никого не убили не покалечили.
Количество жертв "Кровавого воскресенье", как это всегда и бывает у нас, осталось до сих пор невыясненным. Есть официальные данные, а есть и неофициальные. После кровавых событий по России и по миру пошла гулять цифра в несколько тысяч убитых и раненых. Скорее всего она сильно завышена и в том числе с агитационной и пропагандистской целью. По официальным же источникам - 96 убитых и 333 раненых. Историками даются разные оценки количества жертв, но средняя цифра раненых и убитых - около тысячи. Согласитесь, что все равно это много.
Дневник, который размещен выше - это дневник русского царя Николая Второго. Самодержца и того человека от которого зависели судьбы миллионов его поданных. А события - 9-го января ни для кого из чиновников и Правительства не стали неожиданностью. О том, что это планируется знали все. Событиям 9-го января предшествовали забастовки по всему Петербургу и всеобщее бурление в рабочей среде. Причем, конечно к 1905-му году накопился клубок проблем. Промышленное производство росло, росло количество рабочих. Условия их работы и жизни часто были скотскими. При этом, высшие слои общества, владельцы фабрик и заводов жили в роскоши. У рабочих отсутствовала медицинская помощь, социальное обеспечение, рабочий день составлял около 12 часов, а условия труда были опасными. И можно еще долго приводить все тяготы простых людей. Но как это бывает, толчком для последующего 9-го января и последующих революционных событий, охвативших всю Россию, стало незначительное событие декабря 1904-го года - увольнение на Путилковском заводе 4-х рабочих, которые состояли в "Собрании русских фабрично-заводских рабочих". Не уволь ретивый мастер этих рабочих и не поиздевайся он над ними напоследок - не было бы, может быть такого хода событий.
Но вернемся к дневнику Николая Второго. Он пишет о священнике Гапоне. Имя Георгия Гапона стало впоследствии известно всем и его спорная слава жива и в наше время. Гапон - это уже больше нарицательное имя. Им называют предателей, людей работающих и на одних и на других. Георгий Гапон стал организатором "Собрания русских фабрично-заводских рабочих" - вполне легальной рабочей организации. Но как потом выяснилось делал он это с ведома вышестоящих царских чиновников и в том числе с ведома генерал-губернатора Санкт-Петербурга. Царь скорее всего не был посвящен во все эти взаимоотношения и вряд ли тогда знал и понимал, кто такой Гапон. Читая дневник Николая Второго часто и сложно представить себе, что это царь, а не рядовой военный средней руки.
Но вернемся к событиям предшествующим 9-го января. В начале января петербургские заводы охватила забастовка. Остановить, притушить и приглушить начавшиеся события можно было. 5-го января Георгий Гапон с депутацией идет в правление Путилковского завода со списком требований. Его выслушивают, но требования принимают не все. Гапон и его соратники понимают, что забастовка проиграна. Но и тут опять был шанс избежать и жертв и дальнейших последствий. Повторюсь, что обо всех происходящих в Петербурге все всё знали. 6-го января Георгий Гапон распространяет среди рабочих петицию политического содержания. Это начинает беспокоить власти. До этого на все власти смотрели спокойно - Гапон руководил легальной организацией и считалось, что протест будет спущен на тормозах и не будет представлять опасности. Но 6-го числа становится ясно, что пошло все не так, как обычно. То ли Гапон увлекся, то ли он не мог уже делать иначе. Так бывает, что даже люди являющиеся "засланными казачками" видя лишения народа, видя реакцию народа и поддержку идут вопреки разума. Ведь если бы Гапон не пошел дальше, остановился - то он бы мог потерять свой авторитет среди рабочих, но многих последствий можно было бы избежать. Но видимо, Гапон уже не мог поступить иначе и им была распространена петиция среди рабочих не только с экономическими, но и с политическими требованиями. Учитывая, что заводчики не хотели идти на уступки, Гапон предлагал подать петицию непосредственно царю в Зимний дворец, для чего организовать шествие рабочих ко дворцу в воскресенье 9-го января. А 6-го января - было только четвергом. Впереди было 7-го января - пятница.
В пятницу Георгия Гапона приглашают на встречу с министром юстиции Николаем Муравьевым. Встреча проходит бурно. Гапон пытается убедить Муравьева в неизбежности политических реформ и произносит пламенную речь перед ним, прося убедить в этом царя. Но все эти слова не производят на царского чиновника должного впечатления. Муравьев говорит о своем долге и остается при своем. В результате, еще очередной шанс оказывается упущенным. Но это еще не все за этот день. Видя, что его встреча ни к чему не привела, Гапон просит его связать с министром внутренних дел Петром Святополк-Мирским. Ему отказывают в этом. Ещё один шанс упущен. Потом Святополк-Мирский оправдывался, что он просто не знал Гапона и поэтому не стал разговаривать с незнакомыми людьми. Звучит неубедительно. Напомню, что в начале 1905-го года в Петербурге уже были телефоны. И Гапон просто хотел поговорить по телефону! Отказали!
Но не все шансы на то, чтобы избежать кровопролития были исчерпаны. Оставалась еще суббота 8-го января. Вечером в этот день собирается совещание самых влиятельных людей Империи. Присутствуют министр внутренних дел Пётр Святополк-Мирский, министр юстиции Николай Муравьев, министр финансов Владимир Коковцов, градоначальник Санкт-Петербурга Иван Фуллон, директор департамента полиции Алексей Лопухин, начальник войск гвардии и Санкт-Петербургского военного гарнизона Николай Мешетич и еще ряд других высокопоставленных лиц. Решают как быть в воскресенье и что делать. Звучат и здравые мысли и откровенно бредовые. Но побеждает жесткая линия. Казалось бы, что тут такого, если демонстрация пройдет по городу и вручит петицию. Это рассматривается, но признается недопустимым. Решают не допускать демонстрантов ко дворцу и расставить войска по городу. Так же решают арестовать Георгия Гапона как опасного человека и организатора этой демонстрации.
Казалось бы все. Нет, не все. Еще остаются часы до "Кровавого воскресенья" и они могу все решить. И события происходят.
Я не упомянул, что Николай Второй не любил жить в Петербурге. И в эти дни он находился на природе, далеко от города - в Царском селе. То есть демонстрация 9-го января не могла напрямую ему угрожать. 8-го вечером министр внутренних дел Пётр Святополк-Мирский и директор департамента полиции Алексей Лопухин едут к царю в Царское село. Я не упомянул, но стоит об этом сказать, что обо всех действиях, всех петициях Гапона власти знали. У властей был и текст его петиции. 8-го числа царя знакомят с этим текстом и характеризуют Гапона как опасного человека. Мог ли царь что-то сделать в этой ситуации? Мог ли царь поступить разумно и просто по-человечески, по-граждански, ответственно!? Мог, но не поступил. Царь решил оставаться в Царском селе и плыть по течению своей политики и не прерывать сложившееся.
А что такого крамольного стал требовать поп Гапон!? А среди требований у него содержалось очень крамольная вещь - это созыв представительства в форме Учредительного собрания, т.е. по-сути он требовал конституционной монархии. Для начала 1900-х годов и закостенелой системы управления России это было чрезмерными требованиями.
Итак, и еще один шанс был упущен. Вечером отдается приказание арестовать Георгия Гапона. Это решение не выполняется. Здесь уже нижние чины включают разумность. Гапон находится перед демонстрацией не где-то на квартире, а среди рабочих. Если бы его пришли арестовывать, то это привело бы к волнениям, так как причины его арестовать пока никакой нет. Полиция в результате просто боится идти и арестовывать лидера рабочих.
Но еще оставались шансы на мирный исход. Тем же вечером в Петербурге собирается демократическая интеллигенция среди которых много выдающихся людей, например таких, как Максим Горький. Все они понимают, что может произойти трагедия. Видя это они хотят предупредить власти об исключительно мирных намерениях рабочих и для этого направляется делегация к министру внутренних дел. Но министр в Царском селе и делегацию принимает его помощник Константин Рыдзевский, который сообщает им, что правительство не нуждается в их советах и обо всем осведомлено. Но на этом делегация не останавливается. Они идут к Председателю Правительства Сергею Юльевичу Витте. Витте принимает делегацию, но сообщает, что не осведомлен о решениях правительства. Странно, не правда ли! Витте предлагает депутации обратиться к министру внутренних дел Петру Святополк-Мирскому и при депутатах звонит ему по телефону. Святополк-Мирский отвечает, что ему все известно и нужды встречаться с депутатами никакой нет.
И наступает 9-го января. Утром из разных районов города простые люди с портретами царя, хоругвями и в праздничной одежде идут в центр города. Власти же, не посчитав нужным пойти на разумные меры - приняли самые чудовищные меры. Город был разделен на районы - введены войска и расставлены по городу. Всего около 40 тыс. полицейских и военных было отправлено на подавление этой демонстрации.
Люди не верили и не понимали, что в них будут стрелять. Их требования были мирными, а они сами безоружными. Поэтому, рабочие и их семьи шли вперед не реагируя на предупреждения военных. Раздались выстрелы.
Когда все закончилось и в больницы повезли раненых и убитых, вечером состоялось очередное заседание высших чиновников. Без царя. Царь был у себя на природе в Царском селе. Там снег, тихо, спокойно. Чиновники были потрясены. Явно, что они такого не хотели - они хоть и были ретроградами, закостенелыми чиновниками, консерваторами, но не убийцами. Никто не мог понять, как так получилось, что стали стрелять и получилось столько жертв. Никто не мог дать ответа. Никто! Ситуация вышла из под контроля. Сначала раздался один выстрел, потом другой. В результате... Владимир Бонч-Бруевич потом подсчитывал, что 12 ротами различных полков было произведено 32 залпа, всего около 3 тысяч выстрелов. Подсчитывая, он приходил к выводу, что число пострадавших от этих залпов, если еще и прибавить к ним одиночные выстрелы, раны от холодного оружия и копыт лошадей могло составлять до 2 тысяч человек. Но никто не знает - кто первый отдал приказ стрелять и почему.
9-го января, вечером, Гапона спасают, переодевают, остригают и он хоронится на квартире Максима Горького. Там, потрясенный он пишет свои знаменитые слова «Товарищи русские рабочие! У нас нет больше царя. Река крови протекла сегодня между ним и русским народом. Пора русским рабочим без него начать борьбу за народную свободу. Благословляю вас на сегодня. Завтра я буду среди вас». Гапон был убит через год эссерами.
А в России началась первая революция, которая повлекла за собой еще большее количество жертв. Волнения прокатились по всей стране и стали предвестниками еще большей бури, настигшей нашу страну через 10 лет.
Как видно, всего можно было избежать. Были шансы избежать кровопролития. Были шансы мирно решить этот вопрос. Но никто из властей не пошел на переговоры, на уступки. И перефразируя В.И. Ленина верхи не хотели, а низы не могли уже это терпеть. И получается, что вся история 1890-х - 1900-х годов России - это путь в пропасть, к которой семимильными шагами шли царские власти. Можно ли было еще 1895-м году сделать учредительное собрание - можно. Можно ли было пойти на уступки - можно. Можно ли было избежать революций - можно. Но так удобно управлять по-старому, не колыхаясь о возникающих проблемах (я грубо). Так удобно жить своей тихой семейной жизнью и вести свой дневник, и верить в то, что народ тебя любит и ты добрый и справедливый царь. Так удобно не замечать того, что так не хочется замечать...
Через неделю после этих событий Николай Второй пишет следующее в своем дневнике. И от себя замечу, что возможно, он и переживал, но почему-то это не нашло свое отражение в дневнике. Его больше беспокоила его семья и его МаМа...
15-го января. Суббота.
В городе совершенно тихо. Имел три доклада. Завтракали: Ксения, Сандро и П. В. Жуковский. Приняли нового итальянского посла Мерегали. Гулял. Дядя Владимир приехал к чаю. Потом у меня был Сергей. Он остался обедать с нами.
16-го января. Воскресенье.
Утром принял Фуллона, уволенного от должности градоначальника. Были у обедни и завтракали со всеми. Гулял после катания в санях с Аликс, Мишей и Ольгой. Была метель. Много занимался. Обедали и вечер провели впятером.
17-го января. Понедельник.
Утром был по обыкновению у Мама. Имел два доклада. Завтракал дядя Алексей. Приняли нового шведского посланника гр. Врангеля. Гулял, было холодно и ветрено. Много занимался. После обеда принял Трепова с длинным докладом.
Дмитрий Ластов
Посмотрите ещё:
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА НАШ КАНАЛ И ВЫ НЕ ПРОПУСТИТЕ НОВЫХ ВЫПУСКОВ
СМОТРИТЕ ДРУГИЕ НАШИ МАТЕРИАЛЫ
ОБЯЗАТЕЛЬНО СТАВЬТЕ ЛАЙКИ И КОММЕНТИРУЙТЕ НАШИ ПОСТЫ, ДЕЛАЙТЕ ПЕРЕПОСТЫ, ПИШИТЕ ВАШИ ВОСПОМИНАНИЯ И ДЕЛИТЕСЬ СВОИМИ ВПЕЧАТЛЕНИЯМИ - ЭТО ВАЖНО ДЛЯ НАС