По мнению американских «специалистов», история Нью-Йорка простирается в прошлое на 11 тысяч лет. То есть пока в Междуречье ленивые собиратели раздумывали, не перейти ли к возделыванию почвы, а в Европе умелые первочеловеки обтёсывали кремни в скребки, в Америке местные жители уже навострили палки-копалки и принялись рыть котлован под Empire State Building.
Первые визиты европейцев
На самом деле американские индейцы облюбовали устье Гудзона сравнительно недавно. Городов они тут не строили, да и за лесные угодья не особо держались. Когда в 1524 году здесь появился французский подданный Джованни да Верраццано (по-французски Jean de Verrazane, 1485 — 1528), ему никто не помешал окрестить удобную бухточку Новым Ангулемом — и мирно уплыть восвояси.
Несколько позже эти края посетил португалец Эштеван Гомеш (по-испански Esteban Gómez, 1483 — 1538). Как и многие его предшественники и последователи, Гомеш искал короткого пути в Азию, но не преуспел.
Следующий визит совершили англичане, уже в 1609 году. Henry Hudson (1570 — 1611) прошёл вверх по реке, получившей впоследствии его имя, кое-как обследовал остров Манхеттен (в ту пору безымянный) и вернулся к нанимателям-голландцам.
Голландцы начинают действовать
Предприимчивые граждане Нидерландов нашли отчёт Хадсона вдохновляющим и основали колонию на реке Гудзон в 1614 году. Через десять лет им удалось договориться с племенем делаваров о строительстве форта в устье.
Немного позднее Форт Амстердам был переименован в Новый Амстердам. Это случилось после эпохальной покупки у индейцев земли на островке Манна—Хата («маленький остров» в переводе с алгонкинского). Сделка, по мнению экспертов, обошлась голландцам в 60 гульденов, выплаченных натурой — изделиями из текстиля, металла и стекла.
В соглашении речь шла о площади, на которой ныне помещается нью-йоркский квартал Inwood. Это чуть больше четырёх квадратных километров. В договоре 1626 года нет ни слова об отказе индейцев от прав на весь Манхэттен.
Сомнительность сделки заставляет современных юристов говорить о событиях 400-летней давности как об афере тысячелетия. Но нужно понимать нравы тех времён, чтобы оценить честность губернатора Петера Минёйта (Peter Minuit, 1589 — 1638). Ведь в том же 1626-м именно голландцы привезли на американскую землю первых чёрных рабов...
Из рук в руки
Городок медленно прирастал разношёрстным населением, пока в 1664 году мирное торговое поселение не захватили воинственные англичане. Переименовав New Amsterdam в New York, они ещё немного повоевали с голландцами и даже проиграли им город на целый год. Обрадованные победители сменили имя населённого пункта на New Orange («Новый Апельсин»), но жители возмутились и помогли англичанам вернуться.
В конце концов, европейские короли договорились. Британия стала полноправной владычицей Нового Амстердама, Голландия же взамен получила Суринам.
Смута, поразившая Англию в 1688-м, сказалась и на заокеанских владениях. Джейкоб Лейслер (Jacob Leisler, 1635 — 1691), немец по национальности, захватил город на Манхэттене, в очередной раз переименованный в Форт-Уильям, и начал строить планы нападения на Канаду. Опомнившиеся англичане прислали две роты солдат. Лейслер сдался, но милость властей его не коснулась. Узурпатор был повешен за измену.
Сообразив, что американской колонии остро необходимо внимание метрополии, Лондон принял решение о поступательном развитии Нью-Йорка. Начиная с 1700 года город активно растёт, а в 1788 году, после войны за независимость, даже становится столицей США. Правда, всего на два года.
Напоследок…
Знакомиться с Нью-Йорком лучше лично. Если не удаляться от районов компактного обитания наших соотечественников, можно обойтись и русским языком. Но по-настоящему глубоко и полно город открывается лишь тому, кто говорит по-английски.