Борьба с ИГ стала важнейшим фактором, во многом определяющим ситуацию на Ближнем Востоке. Государства региона в разной степени вовлечены в противодействие этой организации и в той или иной мере испытывают на себе последствия ее действий. В то же время роль, которую играет Иран в противодействии ИГ не совсем раскрыта.
Безусловно, Иран не остался в стороне от борьбы с ИГ. В то же время, участвуя в борьбе с ИГ, Иран действует обособленно, придерживаясь самостоятельной линии. После успешного продвижения ИГ в Ираке и Сирии Иран начал в одностороннем порядке оказывать поддержку Багдаду и Дамаску, помогая таким образом шиитским партнерам. Достоверных данных о начале участия Ирана в борьбе с ИГ по-прежнему нет, но по информации из различных источников вооруженные силы Ирана, а именно КСИР, начали проведение военных операций против ИГ в Ираке с июня 2014 г.
О вовлеченности кадровых военных в борьбу с ИГ говорят публикации о гибели офицеров. По просьбе Багдада Тегеран направил авиацию в зону конфликта и содействовал всем силам, борющимся с ИГ. Несмотря на то, что в дальнейшем Иран не участвовал в образованной США международной коалиции по борьбе с ИГ, фактически Багдад и Вашингтон в Ираке действовали как тактические союзники, противодействуя общему врагу. Однако общая цель - уничтожение террористической организации -так и не привела к налаживанию военных контактов между Ираном и США, а существующие между Тегераном и Вашингтоном противоречия только усилились.
В Сирии у Тегерана и Вашингтона совершенно разные цели. Иран оказывает помощь действующему президенту Б. Асаду, в то время как США обозначили режим Б. Асада одним из своих противников. Иран в Сирии не только борется с террористической организацией, но и защищает свои интересы. С начала сирийского кризиса в 2011 г. иранские службы безопасности и разведки действовали на стороне правительственных войск. Точное количество иранских военных не раскрывается, а оценки независимых экспертов разнятся от нескольких сотен до десятков тысяч человек. В Сирии и Ираке Иран опирается на ливанскую шиитскую «Хезболлу».
В свою очередь США изначально не выделяли сирийское направление антитеррористической борьбы как основное, сосредоточившись главным образом на борьбе с боевиками ИГ в Ираке. США неоднократно подвергались критике за то, что под видом борьбы с террористами уничтожают правительственные войска Сирии.
Концентрация всей власти в Иране в руках консерваторов не означает автоматическую радикализацию внешней политики Исламской Республики. Сегодняшняя правящая элита Ирана, прежде всего, прагматична. Она очень далеко ушла от идеалов экспорта революции, которые Тегеран пытался продвигать в 1980-е годы.
Главное, чего хочет Иран сейчас – обеспечить свою безопасность в условиях враждебности США и ряда региональных держав. Ракетная и ядерная программа, поддержка негосударственных формирований на Ближнем Востоке – все это в Тегеране рассматривают как способы защитить себя.
В тоже время общая позиция по борьбе с ИГ и оказанию поддержки режиму Б. Асада сблизила Россию и Иран. Активное военно-политическое взаимодействие России и Ирана по сирийскому конфликту началось в 2014 г. с вхождения в состав четырехстороннего Военно-информационного центра по борьбе с терроризмом, расположенного в Багдаде, партнерами в котором выступают правительства России, Ирана, Ирака и Сирии. В 2015 г. Россия и Иран заключили соглашение о военном сотрудничестве, которое охватывает в том числе и сферу борьбы с терроризмом.
В последние годы эксперты отмечают особый характер взаимоотношений России и Ирана, а некоторые из них приходят к выводу, что российско-иранское партнерство трансформируется в стратегическое союзничество. В Москву с визитом приезжает новый президент Исламской Республики Ибрагим Раиси.
Между Ираном и Россией есть спорные моменты – в частности, стороны выступают конкурентами на рынке нефти, а также по-разному смотрят на принципы урегулирования сирийского конфликта. Однако общие интересы двух стран настолько велики и важны, что главными пунктами повести все-таки является именно совместная деятельность по ряду регионов и направлений. Поэтому формально главная цель поездки — подписание соглашения о стратегическом партнёрстве между Ираном и Россией до 2041 года. По факту же иранская сторона очень хочет наполнить это партнерство практическим содержанием.
Таким образом, анализируя подход Ирана к борьбе с ИГ, можно сделать следующие выводы. Посредством борьбы с ИГ Иран защищает свои интересы на Ближнем Востоке и обеспечивает региональное присутствие. В Сирии противодействие террористам является одним из направлений поддержки правительства Б. Асада в продолжающемся вооруженном конфликте. Для ведения боевых действий Иран задействует ливанскую «Хезболлу». Если в Ираке Иран и США преследуют общие цели в борьбе с ИГ, то в Сирии их намерения противоположны. Борьба с ИГ сблизила Тегеран и Москву и способствовала усилению сотрудничества сторон.