В конце 70-ых её называли фантастической и феноменальной партнёршей в парном катании, а ее тандем с Сергеем Шахраем - супер-парой. Трогательной детской улыбкой она покоряла сердца зрителей и строгих судей. Молодому дуэту Станислава Жука пророчили большое будущее в мировом фигурном катании после ухода Ирины Родниной из спорта, но долгой карьеры не получилось - вмешались обстоятельства. Однако Марина Черкасова ни о чем не жалеет... И наш материал о ней.
Наш разговор с Мариной Евгеньевной мы начали с того, почему дуэт Черкасова - Шахрай пользовался невероятной популярностью как в СССР, так и за границей.
- Точно не могу сказать, почему наша пара была так любима людьми, могу лишь предположить, что Станислав Жук захотел сделать из нас некую копию пары Ирина Роднина - Александр Зайцев, - начала свой рассказ Черкасова. - Ирина ведь тоже была маленькая и выступала с высоким партнёром. Так получилось и у нас с Сергеем. Я - маленькая, он - высокий, сильный. Думаю, причина в этом…
- Часто вспоминаете времена, когда блистали на льду?
- Бывает… Несколько лет назад я зарегистрировалась в социальной сети и начала переписываться с ребятами, с кем когда-то каталась. Встретилась и с Сергеем (Сергей Шахрай - Прим.ред.) спустя много лет…
"На каток пришла следом за братом"
Заниматься фигурным катанием маленькая Марина начала случайно. Мама привела брата будущей чемпионки мира на стадион "Юных пионеров" в оздоровительную группу. Дочку, как водится, захватила с собой, однако мальчика не приняли, а вот крепкая Марина тренерам понравилась.
- Я там нашла маленькие коньки, кое-как их напялила и тоже вышла на каток, - вспоминает спортсменка. - Брата не взяли: он, по мнению специалистов, оказался очень слабеньким. "А вот девочку приводите", - сказали маме. Так, собственно, и начался мой путь в большой спорт.
- Я смутно помню, но мне многие рассказывали, что, когда Серёжа Шахрай катал "школу", я тоже была рядышком. Мы ведь оба начинали на стадионе "Юных пионеров". Знакомы, правда, мы тогда не были.
- Получается, что ваша встреча с Сергеем произошла задолго до того, как вы встали в пару…
- Да, но я тогда была маленькая и даже подумать не могла, что рядом со мной катается мой будущий партнёр. Я только училась управляться с коньками, а Сергей уже многое умел.
- Марина Евгеньевна, Вы сразу полюбили фигурное катание, или процесс притирки был сложным и нудным?
- Мне фигурное катание нравилось всегда, но я, как и Сергей, тоже не любила так называемую "школу". Не знаю, может быть, это совпадение. (Смеётся.) Я начинала прыгать на школьных коньках всякий раз, как только тренер отворачивался. Наставник меня за это, правда, постоянно ругал, потому что весь лёд был в маленьких дырочках.
- В воспитательных целях меня даже заставляли брать лейку и заливать неровности на льду, а потом чертить эти скучные круги. Я очень плохо катала "школу", а вот произвольная программа у меня получалась хорошо. Наверное, именно поэтому меня и поставили в пару.
- Помню, как ко мне подошёл мой тренер Сергей Юрьевич и сказал: "Марина, Станислав Алексеевич (Жук - тренер Черкасовой и Шахрая. - Прим. ред.) хочет попробовать поставить тебя в пару с мальчиком". У Серёжи до меня была высокая тяжёлая партнёрша, и ему было непросто её поднимать, поэтому Станислав Алексеевич решил попробовать со мной, чтобы ему было полегче. Я, конечно, как ребёнок, очень сильно испугалась и сказала, что останусь в одиночном катании. Мне тогда было всего лет девять.
- Вас к тому моменту уже заприметили?
- За мной давно наблюдали, несмотря на очень юный возраст, потому что я хорошо прыгала. Но в тот момент вставать в пару мне очень не хотелось. Не поверите, я рыдала. Позднее, когда нас всё-таки поставили в пару с Сергеем, мне понравилось.
"Стасик, можно я у вас покатаюсь?"
В отличие от многих фигуристов, страха и трепета перед Жуком Марина никогда не испытывала. Она знала великого тренера с детства.
- Мне было абсолютно не страшно переходить в его группу, потому что я знала его очень давно. Помню, как прибегала к нему перед тренировкой и спрашивала: "Стасик, а можно мне у вас покататься?" Маленькая была, глупенькая. (Смеётся.) В общем, я кружок пробегала, он меня хвалил, говорил привычное "молодец", и я убегала на маленький каток заниматься своими делами.
Непосредственно к Станиславу Алексеевичу Шахрай и Черкасова попали не сразу: на первых порах ими занималась сестра Жука - Татьяна.
- Она мне не очень нравилась, - вспоминает Марина Евгеньевна. - У неё во всём была виновата я, и мне это было очень обидно. К тому же, она часто жаловалась моей маме. Мол, Марина ничего не делает, ничего не хочет. И мама меня потом за это ругала. А когда нас перевели к Станиславу Алексеевичу, мне было очень хорошо, потому что он меня хвалил. "Какая ты молодец. Маленькая, а у тебя всё получается", - говорил он, и мне, конечно, было очень приятно. Любому ребёнку было бы приятно такое внимание и доброта.
Так начались трудовые будни для ещё очень маленькой Марины. По словам Черкасовой, ей было очень непросто совмещать спорт и учёбу.
- Слава Богу, учителя и директор шли мне навстречу! Я приходила, сдавала экзамены, если не получалось, то со мной занимались дополнительно, объясняли. В фигурном катании было легче, чем в школе. Станислав Алексеевич всегда говорил так: "Если фигурному катанию мешает школа, что нужно бросить?" Мы все замирали в ожидании, а он продолжал: "Ну, конечно, школу!" Мы довольные кричали: "Ура! Бросаем школу!" (Улыбается.)
- Одноклассники успехам не завидовали? Вы ведь вышли на высокий уровень в очень юном возрасте…
- Нет, наоборот, ребята радовались за меня, поддерживали и понимали, так как я училась в спортивной школе. У нас в классе и теннисисты были, и баскетболисты.
- У Сергея остались самые тёплые воспоминания о сборах в Бетте под Геленджиком… Вам тоже нравилось проводить там время?
- Да, очень! Я любила рыбалку с Жуком, подводную охоту! Помню, как мы ныряли и пытались загонять Станиславу Алексеевичу рыбу. Серёжа тогда уже сам ловил, у него и ружьё подводное было - всё-таки он постарше. Нам же оружие не доверяли, давали ласты, трубки и вперед - нырять. (Смеётся.) Помню, как мы ели уху, болтали о том, о сём. Отличное время было.
- А ещё мы в теннис с Жуком играли! Все удивлялись: "Марина, как ты вообще эту ракетку держишь?" Дело в том, что у всех были лёгкие ракетки, а у меня тяжёлая, взрослая. "Мне удобно", - отвечала я, а Станислав Алексеевич шутил: "Ну, конечно! Этой ракеткой как ударишь, так мячик и улетает вместе с тобой". Видимо, рука у меня была крепкая не по возрасту: тяжёлой ракеткой играть у меня получалось, а вот лёгкой - нет.
- Марина Евгеньевна, когда Вы проснулись знаменитой?
- В 1976 году после первых соревнований… Это был турнир "Нувель де Моску". Мне стали приходить письма, фотографии. Но, вы знаете, известность не изменила меня - я осталась тем же человеком, каким и была всегда, и сейчас стараюсь использовать свои титулы только в самых крайних случаях.
- Вы неамбициозный человек?
- Смотря где. В работе - да! Я стараюсь делать свою работу на сто процентов, всё отдавать детям.
- Почему тогда Вы не работаете на высоком уровне с большими спортсменами?
- Когда я каталась в "Балете на льду", у меня родился сын, затем надо было его воспитывать, поэтому я старалась больше времени уделять семье. И потом, я всегда мечтала работать именно с детьми. Недавно вот пересматривала старые записи, так вот мне, девочке, журналист задаёт вопрос: "Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?" - "Тренером маленьких детей", - ответила я.
- Получается, мечты сбываются?
- Получается, что так. Правда, первое время я плакала, когда уходили хорошие дети. Мне говорили, что потом будет легче. Нет, не будет. Когда от тебя уходит хороший ученик, ты всё равно переживаешь. Думаю, на чемпионате мира за бортиком арены вы меня вряд ли увидите. После смерти сына я стараюсь как можно больше внимания уделять дочери Даше, а также внучке Лизоньке, она, кстати, занимается фигурным катанием.
"Внучка уже прыгает тройные прыжки"
Несколько лет назад Марина Евгеньевна открыла свою школу на базе ледовой арены "Айсберг", и ученики пошли. Тренировалась у чемпионки и ее внучка Лиза.
- Из "Айсберга" мы уже ушли, сейчас работаем на базе ледового дворца "Arena Genesis" в Долгопрудном, - рассказала тренер. - Я по-прежнему работаю на "Умке", но непосредственно школа находится в Genesis. Дети выросли и им понадобилась большая площадка.
- Лиза по-прежнему тренируется у Вас?
- Уже нет! Около двух месяцев назад Лиза перешла к Сергею Розанову в "Динамо". Ей недавно исполнилось 12, и она уже прыгает тройные прыжки.
- Вы видите в ней одиночницу, или у нее есть задатки пойти по стопам бабушки?
- Пока смотрим по росту, но она уже выше, чем я была в её возрасте.
- Не бабушкины гены, получается?
- От бабушки только любовь к фигурному катанию, все остальное - в папу.
- Тяжело было отпускать внучку?
- Я уже давно хотела её отпустить, потому что, во-первых, мне стало с ней сложно. Не потому, что она, например, меня не слушается. Просто она хочет общаться со мной больше как внучка с бабушкой, а не как тренер и спортсменка. Во-вторых, ей нужно двигаться дальше, а у меня и маленькие дети есть и постарше - им надо больше времени уделять.
"Мы с Шахраем постоянно ругались. Наверное, отсюда вся химия"
Но вернемся к Марине... Осознание того, что фигурное катание - дело серьёзное, пришло к девушке ближе к Олимпиаде в Лейк-Плэсиде.
- Мне уже исполнилось 15 лет, я прекрасно осознавала всю свою ответственность, - вспоминает спортсменка. - Не хотелось никого подводить, а в первую очередь - партнёра и тренера. Я понимала, что надо работать, много работать. Особенно в тот момент…Дело в том, что к 15 годам я сильно выросла, что-то перестало получаться из-за резкого скачка в росте, казалось, что мы снова начали осваивать некогда привычные элементы… Но в итоге мы справились.
- Второе место на Олимпиаде в Лейк-Плэсиде после Родниной и Зайцева - это был успех для вашей пары?
- Станислав Алексеевич сказал, что это успех! Для себя мы выступили отлично. Потому что Ирина Роднина - это Ирина Роднина, а мы - это мы. Я считаю, что наша пара ни в коем случае на тех Играх не проиграла, но первой должна была быть Роднина, потому что Ирина - наш эталон. Больше бы таких сейчас…
- Сейчас таких фигуристов нет, по-вашему?
- Не то чтобы нет. Просто сейчас всё быстро происходит. Выиграла пара одну Олимпиаду, и всё — дуэт уходит из спорта. Плюс травмы, конечно, сказываются. Ирина же каталась на очень высоком уровне много лет. Очень хотелось бы, чтобы спортсмены катались дольше. Я с удовольствием смотрю выступления наших девочек.
- Продолжая разговор об эталоне… Вы хотели быть похожей на Роднину? Она ведь была кумиром для очень многих девчонок.
- За Ириной я наблюдала с самого детства, она мне очень нравилась. Мама рассказывала, как я кричала: "Включите мне фигурное катание, я буду смотреть Роднину". На Иру всегда было приятно смотреть, но в душе всегда хотелось её обогнать. И это правильно… Настоящий спортсмен всегда хочет лидировать. Или он не спортсмен.
- Вы начали ездить по заграницам в очень юном возрасте. Вы хоть что-то кроме льда видели? Или Жук держал вас в ежовых рукавицах?
- Честно говоря, мы толком ничего не видели. Так, выходили за сувенирами в магазин, и всё на этом. Взять хотя бы Игры в Лейк-Плэсиде. Мы там как в тюрьме жили. (Смеётся.) Из развлечений в олимпийской деревне были только ледяные горки. Спортсмены на них катались после окончания соревнований.
- Вы тоже прокатились в честь серебряной медали?
- Что вы?! Станислав Алексеевич запрещал мне часто выходить на улицу, потому что взрослых в деревне было много, а я маленькая. Он контролировал каждый мой шаг. Мне уже 15 лет было, а это такой возраст, когда начинаешь думать не только о спорте, но и о противоположном поле, а Станиславу Алексеевичу это не очень нравилось.
- Марина Евгеньевна, а в Сергея влюблённости не было? Всё-таки старше Вас, симпатичный, статный…
- Нет, не было… Маленькой я была очень задиристой, хулиганистой, доставала Серёжу страшно. Он мог меня ударить, я могла его ударить. (Смеётся.) Серёжа часто меня ругал за то, что я отлынивала от тренировок, когда Жука не было на месте. Партнёр призывал меня к ответственности, а я кричала, что не хочу и не буду. Вспылить могли на ровном месте. С другой стороны, может быть, если бы этой химии не было, то пара развалилась бы. Кто знает? А когда я повзрослела, поняла, что так вести себя нельзя. Мне хотелось быть девушкой.
В общем, где-то с 15 лет я стала относиться к Сергею мягче. Мы перестали ругаться, наши отношения вышли на новый уровень, профессиональный.
"Когда Шахрай ушёл, я не знала, что мне делать"
По словам Черкасовой, о назревающем конфликте между Жуком и Шахраем она не догадывалась. Уход партнёра стал для неё настоящей трагедией.
- Я ничего этого не видела и не ощущала, - вспоминает Марина Евгеньевна. - Станислав Алексеевич, конечно, был жёстким тренером, у него были конфликты со спортсменами, плюс у него были свои проблемы, но меня это не касалось. Может быть, Сергей и Станислав Алексеевич не хотели меня, ребёнка, во всё это впутывать, ограждали… Серёжа был уже взрослым и решал проблемы по-своему, так, как считал нужным. Я читала интервью Сергея. Он говорит, что тогда сказал мне: "Давай кататься вместе у другого тренера". Честно, я этого не помню. Я только помню, когда он ушёл, я очень обиделась. Сначала думала, что он вообще закончил кататься, а потом узнала, что он катается у Родниной с другой девочкой. Не знаю, может быть, в моём подсознании осталось то, что мне Жук тогда говорил…
- Знаете, в тот момент, когда Шахрай ушёл, я не знала, что мне делать. Партнёра нет, как быть дальше? Я была растеряна, ещё вес прибавлялся — нагрузки ведь были уже не те. Да и Жуку было не до меня — у Станислава Алексеевича были и другие пары.
- Правда, что Вы могли продолжить карьеру в конькобежном спорт?
- Когда я оказалась на распутье, мне позвонил конькобежец Владимир Лобанов и предложил перейти в конькобежный спорт. Я отказалась, потому что фигурное катание - это моё всё. К тому же я совсем не видела себя накачанной, мощной. Конечно, из меня можно было бы вырастить эдакую машину, но меня это не привлекало.
Продолжение следует...
Из второй части интервью с Мариной Черкасовой вы узнаете, как она попала в "Балет на льду", кто помог ей пережить гибель сына и кого она считает фаворитами на грядущих Играх в Пекине.
Часть 2
Автор: Оксана Шмидт