Глава десятая. Большая кошка
«Очень трудно выследить кошку, особенно, если она этого не хочет и особенно, если это происходит ночью. Правдивей даже сказать, что это сделать практически невозможно, если дело касается баранов, с их медлительностью и слабым ночным зрением» – подумал Чеширски и, прислонившись к холодной стене, отодвинулся глубже в тень.
Луна осветила улицу. Её мягкий свет был чарующе прекрасен. Мягким касанием он преобразовывал обычные улицы в нечто поистине потрясающие и этим сильно отличался от дневного собрата, не терпевшего полутьмы, высвечивавшего абсолютно все.
Бар посмотрел на крышу и почувствовал, что хочет встать во весь рост и пройтись по ней, дойдя до самого конца и, быть может, перепрыгнуть на другую крышу. Какое странное желание для полицейской кошки – прыгать по старым крышам.
Тем временем Вурдок со своими двумя помощниками вывел прихрамывающего Барни на улицу. Бар немного выдвинулся, чтобы лучше рассмотреть своего подопечного. Оказалось, Барни прихрамывал не зря – на боку красовалась повязка. Чеширски снова отсел в тень. Сейчас главное было не спугнуть. Слишком уж много времени он потратил на этого кота с его беготней по городу.
Записав номер машины, Бар спустился к ожидавшему его таксисту. В этот раз он поступил умнее и выбрал в качестве шофёра престарелую львицу, которая не задавала вопросов и ездила без фар. Правда, острые глаза, наверное, единственное, что осталось у неё от былой кошачьей силы. И всё же, найти такую кошку в такси – редкая удача. Видимо, полная луна всегда благоволила кошачьим.
– Желательно, чтобы они нас не заметили, – тихо сказал Бар, указывая на машину.
Львица кивнула. Затем мягко тронулась с места, словно машина была её сплошным хищным продолжением. Без фар, спокойно, она сумела проехать практически весь путь, оставляя Чеширски лишь восхищаться столь искусной ездой. Благо, машин в это время было не так много, как обычно, да и бараны постарались выбрать наименее популярную забитую дорогу.
Выехав на шоссе, машина Вурдока проехала около сорока миль, после чего съехала в сторону старого завода. Львица тут же остановила машину и выключила мотор. Всё также мягко и аккуратно.
– Там тупик, – тихо сказала она.
Чеширски посмотрел в сторону бывшей фабрики по производству кошачьего корма. Он даже вывески разобрать не мог. Видимо, у львов действительно зрение лучше, чем у обычных кошек.
– Подождёшь меня?
– Вот номер, как закончишь, позвони.
Бар посмотрел на мятый клочок бумаги. Это была не визитка, стало быть, она давала его далеко не всем. Ох уж эти львы, с ними всегда всё очень сложно. А с этой и подавно, ведь лев, работающий таксистом – это вообще какой-то нонсенс. Но Бар понимал, что она быстрее удавится, чем начнёт ему исповедоваться в своих жизненных проблемах.
– Спасибо, мэм, – он протянул триста долларов. – За риск и за услуги. Надеюсь, мы продолжим наше сотрудничество. По-хорошему, я бы вас к нам в штат взял – таких водителей поискать надо.
– Я довольна своей работой, – бросила она, принимая деньги и заводя машину.
– Удачи в дороге, – сказал Чеширски, вылезая из машины.
Старый форд тихо двинулся с места, всё так же не включая фары. Бар проводил автомобиль взглядом. Сложно, почти невозможно было объяснить это чувство – чувство сильнейшего благоговения, которое ощущала любая кошка мелкой породы перед львами, тиграми, леопардами, ягуарами. Все они словно подавляли его, ставя себя на природное возвышение в иерархической жизненной цепи. И, что самое главное, они почти ничего не делали для этого. А уж какой с ними секс, такое и вовсе забыть нельзя…
Чеширски тихо вздохнул и, проверив барабан револьвера, направился в сторону фермы. Ему ещё следовало Барни по стене размазать и выбить признание в убийстве. Что может быть важнее этого? И всё же, он снова посмотрел вслед уехавшему такси. Большие кошки действительно удивительные создания.