— Мне мама не разрешает в другой двор ходить. Только в своем могу гулять, — только люди, родом из СССР или России могут понять, о чем идет речь.
В детстве мы точно знали, где кончается "наш двор" и начинается чужой мир. Люди из нашего двора, это не просто наши соседи, они были ближе и роднее, чем земляки. Здесь резались в домино мужики после работы, старушки на скамейках обсуждали погоду, пенсию и правительство, присматривали за сорванцами. Дети играли в вышибалы, догонялки, прятки, классики, резиночку и еще массу каких-то игр. И ведь нам не надо было аниматоров. Сами как-то сорганизовывались. Люди были как на виду: кто переехал, кто купил машину, свадьбы, похороны, пополнение семьи...
Я много лет назад уехала из своего двора. Но временами он мне снится. А в соцсетях иногда пересекаюсь с подружками из "нашего двора". Некоторые, правда, уже сами бабушками стали. Но для меня они по-прежнему те, с кем играли в "баши" и взрослели под гитару и песни с кассетных магнитофонов.
Мне удивительно, что такой опыт есть только у тех, кто жил в в нашей стране. Оказывается, это культурный феномен именно советского градостроительства. Если посмотреть на карты наших городов, то можно увидеть не только уличную сеть, но и кварталы, когда четыре — пять домов образуют некую закрытую территорию — двор. Такое было по всей стране от Москвы до национальных республик. Во всем мире не так. Их дома выстраиваются вдоль улицы.
Помимо того, что такие дворы из комплекса, из несколько пятиэтажных и девятиэтажных дом создавали некое сообщество, были и другие важные моменты. Внутри микрорайонов строились детские площадки с качелями и каруселями, хоккейные коробки, а где-то неподалеку были детские сады. Их преимущественное положение понимаешь сейчас, когда они оказались закрыты домами от выхлопных газов улицы, шума.
Внутри нашего мегаполиса в детском саду живут белки, хотя до соседнего леса довольно далеко. Но здесь они чувствуют себя в безопасности.
Кроме детских садов, школы зачастую располагались так, чтобы дети не переходили улицы, а могли быстро дойти до школы через дворы.
Что изменилось сейчас?
Дома по-прежнему строят микрорайонами или жилыми комплексами. Но пятиэтажные хрущевки сменили огромные дома в 20 этажей. Уже сложно создать сообщество, причем, не просто чат дома, а некое совместное проживание каких-то событий.
А еще грозное слово "реновация" вдруг нависло угрозой над нашим прошлым. Словно вместе со снесенными пятиэтажками разрушатся и наши воспоминания.
Парадоксально, но о культурном феномене советских дворов заговорили из-за границы. Поистине большое видится на расстоянии. Польский архитектор Куба Снопек настолько проникся советской градостроительной идеей, что предложил даже 9 микрорайон в Черемушках внести в список культурного наследия ЮНЕСКО. Именно он стал успешной экспериментальной площадкой, которая распротранилась на весь Союз.
Советское массовое жилищное строительство было не просто машиной для жилья; это было частью культуры. Всякий раз, когда вы приезжаете в Россию и говорите о жилье, 90% людей могут рассказать вам свои собственные истории, потому что они жили в нем. Они понимают, что дело не только в технологическом аспекте. В этих местах есть культура и дух.
Марк Бирнс, boomberg.com
Несмотря на то, что многие эксперты признали достижения советского домостроения, но 9 микрорайон не вошел не только в список ЮНЕСКО, но даже в список культурного наследия Москвы. Мол, дома серийные, что в них уникального.
Безусловно, сами по себе хрущевки изжили свое, планировки квартир морально устарели, дворы не учитывали количество машин, которое растет просто в геометрической прогрессии. С апреля 2017 года в Москве снесено 277 хрущевок. На их месте построено 169 домов от 14 до 20 этажей. Было бы хорошо, если бы новые микрорайоны смогли сохранить ту культуру и дух, что были в советских дворах.