Крепенько в этот раз завернул февраль, практически весь морозный. Вот и последний его день, 28 февраля, не дает спуска: с утра до 30 градусов ниже нуля. Однако, зря старается: для коренных сибиряков морозы, дело привычное.
Пенсионеры Перелюгины, хотя жизнь и подсогнула слегка, в свои «за 80» сохраняют живой ум и определенную резвость. И лишь слега порой ворчат друг на друга, для разнообразия, надо понимать. Еще бы, не за горами рубеж шестидесятилетия совместной жизни.
— Принесла я тебе, Семёнчик, семечки, будь они неладны, — вымолвила бабка Авдотья, перешагнув порог. Скинув с плеч мешок на пол, продолжала: — Целых семь кило, почитай на полтысячи… А твоим прожорливым птичкам этого хватит всего на пару недель!
— Успокойся ты, моя Авдотьюшка, - миролюбиво утешает дед свою бабульку. -Я бы, конечно же, сам бы бегал по магазинам, но вот нога моя, покалеченная в подземном забое угольной шахты, вынуждает сидеть сиднем у окна дни напролет.
— Да я не о том — для меня сходить в магазин не проблема. Но ты же совсем, похоже, не думаешь о том, что у нас с тобой скромные пенсии. А ты, словно олигарх-миллиардер, готов швырять деньги во все стороны!
— Ну допустим, миллиардеры, по моим понятиям, отменные скупердяи, потому и копятся у них миллиарды. А вот касаемо птичек: воробушек, синичек, снегирей да щеглов, так это ж для меня в радость! И, к тому же, тяжело им морозной зимой добывать питание. Как не помочь им до весны выжить…
Дед замолчал на минуту, видно было, что на душе у него что-то остается недоговоренное. И продолжил:
— Надо же случиться такому! И хочется поведать, и понимаю, что никто не поймет… потому что поверить этому невозможно… Да я и сам бы в это не поверил ни за что…
Но тебе все же расскажу, хотя, наверняка, посчитаешь меня выживающим из ума...
— Так вот, хочешь верь, хочешь не верь, как говорится. Только ты не перебивай, дай высказаться, а там думай, что хочешь!
Дед перевел дыхание, глубоко вздохнул и, окончательно решившись, продолжил:
-Сегодня, словно снег на голову, дошло до меня неожиданно, что осознаю, понимаю голоса — разговор птиц!
А все началось в тот момент, когда птички начали ссорится за право залететь в кормушку за очередной семечкой. Самому странно, но как человеческую речь, понимаю щебет Серого воробья. То, как он возмущается:
-Моя очередь! Пропустите! Я давно уже сижу у входа в кормушку, а вы, бессовестные, меня отталкиваете и отталкиваете. Так не честно!
— Отойди в сторону, малявка! — кричит в ответ Щегол. — Пора бы уже знать, что власть у тех, кто сильнее и наглее!
Скромная синичка присела рядом с воробьем:
— Согласна с тобой, Воробей! Такого отношения со стороны Снегирей и Щеглов терпеть нельзя. Надо бы организовать всех птиц, чтобы вход в кормушку был строго по очереди! Соберемся пораньше завтра с утра и обсудим?!
Неожиданно из-за кормушки выскочил огромный Голубь. Оказывается, он подслушал их разговор:
- Предупреждаю, птицам запрещено собираться более одной особи! Взял семечко, отлетай в сторону!
— А вот возьмем и соберемся! — запальчиво на это ответила Синичка.
— А если соберетесь, то пеняйте сами на себя, — ответил Голубь и грубо клюнул синичку в голову.
… Бабушка Авдотья заскорузлой рукой дернула за курчавый ус дедушки Сени, и со словами «Не собирай чего ни попади», включила телевизор смотреть новости человеческой жизни.