Недавно, отдыхая в кругу ровесников, я услышала разговор о том, как люди обращаются за помощью к Высшим силам и получают эту помощь. Звучали самые невероятные истории. И вдруг один из присутствующих с вызовом заявил:
- Фигня всё это, я не верю!
Вот тогда, будто стараясь переубедить его, я решилась рассказать свою историю о семье, которую хорошо знаю и история которой в чём-то тоже сродни чуду.
В эту ночь выпал первый снег, он падал огромными пушистыми комочками, торопясь украсить улицу и спрятать от посторонних глаз, словно нарисованное простым карандашом, серое безобразие поздней осени.
Студенты сельхозинститута высыпали из общежития и вместо того, чтобы, как обычно, поспешить на лекции, начали, словно школьники, лепить снежки и забрасывать ими друг друга. Лена с Катей не отставали от остальных. Пусть они и не были задушевными подругами, но как-то держались друг за друга, находя в этих отношениях душевную опору, а вернее, жилетку, в которую можно было поплакаться такими близкими девичьими слезами.
Вдруг, отряхиваясь от очередного подарка, угодившего прямо за шиворот, Лена сказала:
- Катька, представляешь, меня на свадьбу пригласили… Круто! Поедешь со мной?
- Так то ж тебя пригласили, а я - то тут при чём?
- Как это «при чём»? Тошкин друг женится… В другом городе… Я там тоже никого не знаю, а он зовёт… Поедем… Вдвоём не так страшно… И тебе, глядишь, женишка найдём…
Лена весело расхохоталась и, не дождавшись ответа подруги, побежала к крылечку института.
А Катя чуточку задержалась, вглядываясь в снежную перепалку. Ей вдруг самой показалось странным, что она уже третий год учится среди этих парней, неглупых, молодых, красивых, но почему-то ни один из них так и не ранил её сердце.
Нет, они-то, конечно, пытались порой приударить за ней, недурна была собой, сама это знала, а вот пугалась не на шутку, отбивалась – не унять! Они отходили от неё, да и не подходили больше – других, податливых было хоть отбавляй, на каждого парня по пять девчонок, а то и больше. «Пришли девчонки, стоят в сторонке, платочки в руках теребя…», - звучала в её ушах мамина песня шестидесятых.
Получалась прискорбная по всем параметрам картина - чаще девчонки парней пасли, а не наоборот, ссорились, выясняли отношения, сердились, не разговаривали, строили козни друг другу – чего только не делали, чтобы урвать у жизни свой кусочек счастья.
Кате тоже пора было влюбляться, она и сама это понимала, и мамины подруги в открытую об этом говорили. Да и мама больше всего на свете боялась остаться без внуков. Но вот беда - не звучала в душе Кати заветная мелодия, ни при одном имени, не звучала, и всё тут! А она была уверена, что должна зазвучать, обязательно должна. Потому обычные прижимки на танцах были ей неприятны, и она старалась реже проводить досуг среди сверстников, уезжая домой, к маме, или, гуляя одна по набережной, что было совсем небезопасно. Слыша вокруг себя счастливые похохатывания подруг, их рассказы о любовных похождениях, Катя со страхом думала порой, что с ней что-то неладное происходит, что ущербная она что ли…
А тут предложение Лены по поводу этой свадьбы. Что-то заклубилось в душе, затуманилось, будто там, вдали, был невиданный ранее свет.
Ночью, с головой окунувшись в омут тишины, когда за окном помаргивал одинокий фонарь да слышался вой ветра, она представляла, как встретит там, в этой зовущей дали, своего единственного, пыталась рисовать его портрет, пыталась сочинить интонации голоса…
Улыбалась своим фантазиям, порой даже смеялась потихоньку, чтобы, не дай Бог, не разбудить девчонок. Так до утра и не сомкнула глаз, а утром, неожиданно для Лены, уже и забывшей о своем предложении, она согласилась поехать с ней на чужую свадьбу.
На автовокзале их встретил Ленин парень – Тоша и повёл к себе домой, в маленькую квартирку в старом деревянном доме на окраине городка, где они жили вдвоем с матерью, моложавой симпатичной женщиной, которая, как оказалось, тоже была среди приглашённых на свадьбу. На следующий день намечалась регистрация брака и сразу же венчание в местной церкви.
С утра Лена отправилась в парикмахерскую укладывать сожженные перекисью волосы, а Катя лишь расплела и расчесала свою роскошную косу, которой не касалась ещё ни краска, ни химия. Она сидела в уютной чистенькой комнатке и перебирала семейные альбомы, время от времени тихонько переговариваясь с Тошиной мамой, которая колдовала на кухне, стараясь не смущать своим присутствием застенчивую гостью.
Катя чувствовала необычайное душевное волнение, ей это показалось странным, как будто это была её собственная свадьба, и как будто ей предстояло встать перед алтарём и произнести клятвенную речь.
Когда начались поздравления, и хлопнула в потолок пробка шампанского, Катя торопливо выбралась из ЗАГСа. Она пересекла небольшую площадь и успела раньше свадебного кортежа войти в полупустой храм.
Растерянно оглядевшись вокруг, встала перед иконой Спасителя. Катя была крещена в детстве, но не была воцерковленным человеком, поэтому почувствовала себя неловко, плохо представляя, как и о чём можно разговаривать с иконой.
Преодолевая внутреннее сопротивление, она подошла поближе и замерла, вдруг почувствовав внутри себя ту самую мелодию, которую ждала столько лет и о которой так тосковала. Это были какие-то неземные, совсем иные звуки, которые доносились не с улицы, а будто бы лились с неба. Катя увидела, что Спаситель с иконы протягивает к ней руки и над его головой искрится венец яркого свечения. И она горячо, по-детски, пополам со слезами, закипавшими в глазах, попросила:
- Господи, помоги мне встретить моего единственного… Помоги, не ошибиться и сразу узнать его… Помоги и ему увидеть этот неземной свет…
В этот момент в храм шумно вошла свадьба, икона опять стала просто иконой, около которой столпились гости, священник начал совершение свадебного обряда, а Катя стояла и тихонько плакала.
В благоговейной тишине, наполнявший храм, где раздавался только голос священника, она услышала довольно ясный шепот у себя за спиной:
- Вот, Тоша, такую бы тебе найти девушку в жёны-то…
Катя даже ещё не осознала, что речь идёт о ней, как почувствовала на своих плечах уверенные и в то же время добрые мужские руки:
- А я уже нашёл, мама…
Катя повернула к нему свое заплаканное лицо и поняла, что она тоже нашла, нашла того, кого ждала все эти годы.
- А как же Лена? – спросила она не столько голосом, сколько взглядом.
- Ленка-то? Ты за неё не переживай, вон, посмотри…
Катя оглянулась в сторону церковного притвора и увидела Лену, которая, никого не стесняясь, целовалась с братом жениха.
С тех памятных событий прошло немало лет, но до сих пор Катя верит и не верит чуду, которое произошло с ней в церкви.
Уже по возвращении в город, в автобусе, она опять увидела Тошу, оказалось, что им по пути, что он работает там же, где она учится, а дома был в отпуске.
Так начались их встречи, ухаживания, разговоры о будущем, а затем поездка и знакомство с родителями, очень похожее на сватовство, которое в конце концов привело к свадьбе.
Доучивалась Катя, уже поджидая своего первенца, но рождение ребёнка не помешало ей с отличием окончить институт и устроиться на хорошую работу. Всё складывалось, и, правда, чудесным образом. Свекровь в невестке души не чаяла, гордясь тем, что отыскала для Тоши хорошую жену. Катя не разубеждала её, хотя сама всегда была уверена, что мужа ей послал Бог.
Но испытания не обошли стороной и их счастливую семью.
В первую чеченскую войну Тошу, служившего в спецназе, отправили в командировку на три месяца, вестей же от него не было целых семь. Катя уверена, что только молитвой и помощью Спасителя она уберегла мужа от беды, которая кралась за ним по пятам.
…Сидел он как-то задумавшись, дом вспоминал, сына и вдруг, будто шепнул кто на ухо, очнулся от забытья и краем зрения заметил блуждающий по стене солнечный зайчик. Молниеносно пригнул голову и, едва подумав о том, что это свет от прицела снайпера, услышал щелчок над головой, посыпались за шиворот кусочки штукатурки.
Потом была ещё одна командировка в Чечню уже в более спокойное время, хотя каждая такая командировка для Кати – это бессонные ночи и упование только на Господа.
Сегодня в их семье всё ладно, Тоша построил дом, посадил около него яблони, Катя родила ему ещё одного сына, который и лицом, и характером – вылитый отец.
Правда, все эти годы совесть Кати, будто червь, точила поганенькая мысль о том, что она взяла себе то, что ей не принадлежало, её беспокоило то, как сложилась судьба Лены.
Когда в доме появился интернет, они начали поиск и вскоре нашли Лену в соседней области.
Теперь она иногда приезжает к ним в гости с мужем и дочкой, они вместе вспоминают ту поездку на свадьбу, которая не только помогла Кате найти своего Тошу, но и Лене своего мужчину, который стал её надёжным спутником. Неисповедимы пути твои, Господи!
Дорогие читатели! Благодарю за лайки, комментарии и репосты!