Порой она задумывалась: кому по жизни было легче — рыжеволосой славянке или ей, и не могла найти ответа. С одной стороны — матери Селима судьба подарила любовь султана. Именно это чувство и позволило ей творить чудеса. Но с другой стороны — она во всем была первой.
Ей удалось родить сразу пятерых сыновей, нарушив тем самым правило: одна наложница, один шехзаде. Она не поехала за своим сыном в санджак; она правила страной в отсутствии султана и ставила свою подпись на важных документах...
А уж когда Хюррем-султан стала законной женой султана, чего не случалось на протяжении ста лет, все вокруг навсегда замолчали ибо понимали — великой силой обладает эта зеленоглазая женщина. Впрочем, те, кто поумнее понимали — султан просто желает показать Европе, что они не варвары и не дикари, и у него, как и у европейских правителей есть своя королева, да еще какая! Мало кто из правителей мог похвастаться столь образованной спутницей жизни.
Лично сама Нурбану-султан даже сказать не могла, кто бы мог встать с ее свекровью на одну ступень. Никто из женщин даже в Европе не обладал властью, что султан дал своей супруге. Отправляясь в поход, мог быть спокоен — страна в надежных руках...
Нурбану всегда с трудом проглатывала завистливый комок в горле, когда видела подписанные рукой хасеки султан документы. Ей подобное даже не снилось…
Все и всегда подписывал только султан Селим, а ей, даже став его законной женой, приходилось довольствоваться малым. Хорошо еще, что повелитель и его сестра разрешали вести переписку с разными высокопоставленными особами и порой принимать послов. Но последнее случалось крайне редко. Михримах-султан почему-то была уверена — ничего хорошего из этого не получится. Вроде, как не умеет себя вести супруга ее брата.
Она, вообще, была невысокого мнения о способностях Нурбану-султан. Ей каждый раз приходилось доказывать, что кое-что значит в этой жизни. Хотя сделать это было довольно сложно. Поэтому всегда удивлялась, как все легко и непринужденно получалось у Госпожи Босфора. Как-то слабо вериться, что секрет ее неограниченной власти скрывался только в любви султана.
Однажды верная служанка хасеки Берку-хатун, видимо, почувствовав, как переживает венецианка, предложила заниматься самообразованием. Венецианка жутко вспылила. Времени у Нурбану-султан на книги просто не хватало. Да и откуда ему взяться, когда у тебя столько детей и муж, который требует внимания! Правда, злая калфа на это привела свой довод: можно подумать, у султанши забот меньше! Нурбану тогда даже зафырчала от злости. Она честно не понимала, как у хасеки все получается.
А вдруг и правда правы были те, кто утверждал, что Роксолана — ведьма? Как объяснить ее прозорливость, дар убеждения, умение найти общий язык со всеми? А ее таланты к рукоделию? Мало кто из мастериц могли с ней сравниться в умении вышивать и шить. А какие нежные стихи она писала своему повелителю... Да разве все ее таланты перечислишь! А вот у нее ничего не получалось…
Она даже не смогла сама устроить удачные браки своим дочерям, хорошо, что об этом еще при жизни обеспокоилась Госпожа Босфора и предложила варианты, которые, как сказала, обезопасят Нурбану в будущем.
— Когда ты станешь хасеки, — серьезно промолвила Хюррем-султан, — тебе будут нужны верные люди. Но еще больше они станут тебе нужны, когда Селим объявит наследника. Здесь следует быть очень осторожной и внимательной. Шаг влево, шаг вправо — и твоего Мурада не станет.
Эти страшные слова Нурбану-султан всегда вспоминала, когда смотрела на толпы маленьких шехзаде, бегающих по гарему.
Публикация по теме: Страх Нурбану-султан. Часть 36
Продолжение по ссылке