Розово-голубое июньское утро застало меня в Бредгейте, глядя от отеля «Гриффин» над гладким морем к маяку на песках Кока, который казался размером с буй-колокол. В паре миль южнее и гораздо ближе к берегу стоял на якоре небольшой эсминец. Скейф, человек Макгилливрея, служивший во флоте, знал эту лодку и назвал мне ее имя и имя командира, так что я отправил телеграмму сэру Уолтеру.
После завтрака Скейф получил от агента по продаже домов ключ от ворот лестницы на Ерш. Я прошел с ним по пескам и сел в уголке утесов, пока он исследовал их полдюжины. Я не хотел, чтобы меня видели, но место в этот час было совершенно пустынным, и все время, что я был на этом берегу, я не видел ничего, кроме чаек.
Ему потребовалось больше часа, чтобы проделать эту работу, и когда я увидел, как он идет ко мне, переворачивая клочок бумаги, я могу сказать вам, что мое сердце было в моем рту. Видите ли, все зависело от того, окажется ли моя догадка верной.
Он прочитал вслух количество ступенек на разных лестницах. «Тридцать четыре, тридцать пять, тридцать девять, сорок два, сорок семь» и «двадцать один», где скалы становились ниже. Я чуть не встал и закричал.
Мы поспешили обратно в город и отправили телеграмму Макгилливрею. Мне нужно было полдюжины мужчин, и я приказал им распределиться по разным отелям. Затем Скейф отправился осматривать дом в начале тридцати девяти ступенек.
