Испокон веков существуют отведённые периоды и даты, в которые иные миры имеют более сильное влияние на наш. Тёмный мир особенно старательно пытается вмешаться в мирное течение жизни и раскачать хрупкое равновесие бытия. Когда же границы миров возвращают себе прочные и непроницаемые границы, не все порождения тьмы успевают вернуться в своё обиталище.
Канун Sollemnitas Omnium Sanctorum (День Всех Святых, лат. яз.) является как раз тем самым периодом, когда грань между мирами чрезвычайно тонка.
Парочка ребятишек подошли к порогу большого дома. И, если бы не освещённая фонарями площадка, и не свет из окон, то этот дом казался бы настолько чёрным, что в непроглядной темноте ночи был бы почти не заметен. Он словно сам был порождением этой самой ночи...
- Давай, звони! - проворчала Дея, поправляя на себе чёрный костюмчик с белым воротничком и такими же белыми нашивками на рукавах.
- Может, в этот раз ты позвонишь? - прошипел Чип, угрюмо косясь на сестрёнку.
- Ну чего ты начинаешь? Ты же знаешь, что ты выше меня и мне не дотянуться до звонка!
- Ненамного выше, - фыркнул брат, - всего-то на четыре дюйма.
Дея сделала вид, будто не слышит брата. Чип утёр рукавом нос, поправил белый паричок, потянулся к дверному звонку.
Ребятишки были разодеты в карнавальные костюмчики главных героев знаменитой саги. И хотя это был исключительно их выбор, костюмчики были не совсем в пору или не были приспособлены к серьёзным активным действиям, потому как ребята постоянно ёрзали и одёргивали свои наряды.
"Дииин-дооон" - прозвучал протяжный звонок. Ребятишки протянули мешочки для сладостей перед собой и, готовясь в очередной раз пропеть знакомую припевочку, уставились на дверь.
Тишина.
- Давай ещё раз! - немного выждав, приказала Дея, ткнув брата локтем.
- Нуу. - попятился от неё Чип и послушно направился к звонку. Ребята вновь повторили ритуальные действия.
- Смотри, Дей! - Чип дёрнул за рукав сестру. - Что это?
- Чего там ещё? - спросила Дея, оглядываясь на улицу, на которую уставился брат. - Ну и что же? Куда смотреть?
- Слышишь, как тихо?
- Ну и? - ехидно ухмыльнулась Дея, скрестив руки на груди.
- Странно! - протянул братец.
- Конечно странно, дурачок! Сегодня ночь такая! - ухмыльнулась вновь сестричка и отвернулась обратно к двери, в ожидании того, что кто-то вот-вот её откроет.
- Да не это! - возразил Чип, - Нет никого на улице и тишина кругом...
Дея лишь слегка прислушалась и повела головой, но своих истинных опасений и испуга не стала выдавать, возможно, как всегда, не хотела показывать перед братом своих слабостей.
Давай звони ещё! - более грозно, но вполне сдержано проговорила она, поправляя вновь свой костюмчик и чёрные как уголь локоны длинных, слегка вьющихся волос.
Чип, отмахнувшись рукой от пустой улицы, потянул свой маленький пальчик к звонку. После очередного протяжного звонка ребята вновь аккуратно выстроились перед дверью и протянули мешочки. Но, увы, вновь никто не спешил открывать им дверь.
- Может нет никого! - отчаянно выдохнул Чип и повернулся к сестре.
- А свет кому оставили тогда? - проворчала Дея, - Я вроде слышала кого-то!
- Зря только время теряем, могли бы уже два дома пройти!
- Ну и жмоты! - фыркнула Дея и вытянув язык, издала неприличный звук в сторону двери.
Не успели ребята ступить с крыльца, как за их спинами раздалось железное скрежетание. Переглянувшись, они быстро вернулись на крыльцо и заняли свои боевые позиции. Позолоченная дверная ручка, изображающая тонкий стебель, плавно повторяющий контур ладони, медленно вращалась в обе стороны. Казалось, будто кто-то ищет подходящую для неё позицию, при которой дверь сможет отвориться. Наконец, поклонившись в самый пол, дверная ручка замерла. Скрежетание прекратило царапать слух. На смену скрежету пришёл протяжный скрип. Входная дверь стала медленно отворяться. Детишки с изумлением опустили мешочки и, сами того не заметив, пораскрывали рты. За дверью совершенно никого не было. Как они не вглядывались, но ясно видели лишь очертания проходного коридора, которая озарялась светом свечей, выставленных вдоль стен.
"Чок!" - Резкий звук привёл детишек в судорожный испуг, от которого они тут же прикрыли рты. Этим звуком была отпущенная дверная ручка, которую так никто и не касался.
К входной двери из гостиной пробирался более яркий свет и благоухание свежеиспечённых печенюшек и конфет.
Детишки переглянулись, с изумлением вдыхая сладкий аромат, достигший их носиков и улыбнувшись друг другу, медленно зашагали на запах.
Конечно, они поразились мастерству, с каким хозяин дома навёл ужас на гостей. Этого раньше никто не видывал, чтобы двери сами открывались, и без видимых нитей и лесок, и с каким гостеприимством зазывали их внутрь ароматы кондитерских изысков, которым могли бы позавидовать все в округе.
Когда ребята вошли через коридор в светлую и просторную гостиную, они вновь и так же незаметно для себя пораскрывали рты. Эта большая комната была украшена множеством фонариков, изображавших тыковки со страшными мордочками, силуэтами надгробий и прочей атрибутики, присущей в день Хэллоуина. Повсюду горели свечи, особенно много их было на камине у дальней стены гостиной. Посреди комнаты стоял большой длинный стол с чёрной скатертью, на которой громоздилось изобилие кондитерской мысли: всевозможные вариации печенья, пряников, конфет, кексов и пирожных, от которых веяло теплом и сладчайшим ароматом.
- Ничего себе! - изумился Чип.
- Да - протянула Дея, пытаясь быть сдержанной, хотя была восхищена увиденным не меньше брата.
- И что теперь? - взглянув на сестру спросил Чип и сглотнул слюну.
- И правда, - подумав сказала Дея, - Где хозяева?
Ребята немного осмотрелись, но с места не сходили.
- Есть кто-нибудь дома? - Громко и отчётливо вопросила Дея.
Тишина. Немного постояв и прислушиваясь, ребятишки так и не дождались ни ответа, ни шагов из соседних комнат, ничего, кроме потрескивания дровишек в камине, не отзывалось их ожиданию.
- Нам же открыли дверь, - протянул братец, не сводя глаз с лакомств, — Значит, пригласили к столу!
- Но кто нам открыл дверь? - спросила Дея, с трудом оторвавши взгляд от кексов, и ещё раз оглянулась к коридору.
- Давай хотя бы попробуем? - сказал Чип и стал медленно шагать к столу. Сестра не стала возражать и молча пошла за братом.
Подойдя к сладостям, каждый взял то, на что смотрел в секунды ожидания. Дея взяла кексик с белой глазурью, изображавший череп, а Чип взял печенье в виде человечка с ножом. Пожевав немного, ребята переглянулись и одобрительно покивали друг другу, издав протяжное "Мммммм" - что могло означать только то, что лакомства были не только аппетитными на вид, но и таяли во рту. Увлекшись вкусной выпечкой, ребята совсем забылись, стали пробовать всё подряд, и пичкать в рот очередной кондитерский шедевр, не прожевав как следует предыдущий. Вкусовая палитра пьянила и завораживала. Сами того не заметив, они выпустили из рук свои мешочки. Теперь ничто не мешало им держать горсти сладостей в обеих руках. К потрескиванию камина присоединился звук чавкающих ребятишек. Они забылись вконец, им казалось, что весь вечер, и чудесные сладости, и уют освещённой свечами гостиной с камином, принадлежит только им двоим. Будто всё это только для них, как сюрприз ко дню рождения. Они вкушали этот момент, даже не задумываясь ни на миг, кто мог устроить им этот сюрприз. Они наслаждались этими дарами и не думали ни о чём.
"Бооооом!" - прозвучал звонкий колокольчик в настенных часах. Ребятишки вздрогнули, перестали жевать и посмотрели на часы, стрелки которых утверждали, что время уже довольно позднее для таких визитов. Тут же где-то наверху, из одной из комнат послышался громкий и отчётливый смех. Судя по всему, смеялась женщина. Ребят охватило лёгкое оцепенение. Переглянувшись, и увидев измазанные физиономии друг дружки, они, почувствовав себя неловко, стали медленно класть горсти сладостей обратно в тарелки. Чип стал вытирать рот рукавом, а Дея аккуратно достала белый платочек и протерев им лицо, протянула его брату.
- Пойдём отсюда – проговорил Чип, поднимая свой мешочек с пола.
- Вот так сразу? - удивилась Дея. - Не будь свиньёй! Это неприлично! Надо поблагодарить…эм… хозяйку, за угощения.
- Почему она сама не пришла сюда? - спросил Чип.
- Может она не может.
- Что, не может ходить? - Чип покосился на сестру.
- Может, и ходить, - задумчиво произнесла Дея. – Может, занятая очень, поднялась к себе по своим делам, и заработалась.
- Ну да, - фыркнул брат, - пошли и мы тогда по своим делам.
- Нет, дурачок! - произнесла Дея и изобразив важность на лице, вновь скрестила руки на груди, подражая героине своего сегодняшнего образа. Её чёрно-белый наряд слегка зашуршал, а её украшение в виде обсидиановой звезды, зловеще сверкнуло на её тоненькой шее. - Мы обязаны быть вежливыми.
- Ну так ведь нет никого.
- Наверху есть женщина. И не говори, что ты её не слышал!
- Слышал. - тихо произнёс Чип, сглотнув слюну.
- Ну так вот пойдём к ней.
- Зачем?
- Ну как же, поблагодарим за угощения и пойдём дальше.
- А ты можешь сама сходить наверх? - Спросил Чип и стал поправлять на себе костюмчик, изображавший лёгкое подобие накидной брони. - А я тебя здесь подожду.
- Да ты никак струсил? - Ухмыльнулась Дея, стряхнув чёрные локоны, спадавшие ей на лицо.
- Нет, - тут же прыснул братец. - Я просто не хочу подниматься.
- Да ладно тебе, трусишка. - Дея потрепала брата за плечо. - Представь, что это твой очередной заказ. Ну? Что скажешь, белоголовый?
Последние слова Деи подействовали на Чипа ободрительно. В его глазах загорелся озорной огонёк, и слегка наивная улыбочка расползлась у него по щекам.
- Ну вот, другое дело, - Произнесла Дея, улыбнувшись ему в ответ и слегка поморщила свой маленький курносый носик. - Идём?
- Пошли. - Уверено произнёс Чип, поправляя висевшие за его спиной два пластиковых меча и маленький, абсолютно белый, как молоко, паричок, завязанный в хвостик на затылке.
Лестница, ведущая наверх находилась в коридоре прямо напротив входной двери, она прилегала к одной стене, а по другую сторону имела высокие резные перила. Ступени облачал едва пушистый белый ковёр. По краям ступеней, по канону атмосферы, стояли небольшие, но толстенькие свечки. Ребятишки вышагивали аккуратно, всё боясь опрокинуть хоть одну свечу, случайно одёрнутым ковром, но свечи стояли неподвижно, ковёр плотно прилегал к ступеням и был также неподвижен. В конце лестница расходилась на коридор, ведущий в разные стороны. Не успели ребята добраться до самой верхней ступени, как у них за спинами что-то жутко заскрипело. Звук был громким и неприятным, но они уже слышали его раньше. Совсем недавно. Быстро обернувшись назад, они увидели только дверь. Никого не было. Одинокая, входная дверь медленно закрывалась. Чип чуть было не сорвался с места и не рванул на улицу, но, ступив лишь на одну ступень ниже, тут же остановился. Он быстро сообразил, кем мог бы прослыть в глазах сестры. Она бы потом долго припоминала ему этот случай. «А с другой стороны, это обычный сквозняк. Чего тут такого?» - подумал он.
Дверь медленно пошатнулась на распашку и тут же, с резким рывком и громким стуком, захлопнулась. Детишки испугано дёрнули плечами и с изумлённым и испуганными лицами замерли на мгновение, не отрывая глаз от двери. Чип медленно шагнул задом обратно к сестре, на ступень выше, и оглянулся. Её лицо тоже изображало испуг и изумление. Не находя слов, они так и стояли, глядя друг на друга. Это было ненадолго. Раздался ещё один страшный и громкий звук, от которого у них по спинам пробежали мурашки. Это был смех. Тот же самый смех, который они слышали, находясь ещё в гостиной. Но этот смех был гораздо громче и ближе. Этот пронзительный и зловещий смех теперь звучал в их головах, даже тогда, когда уши уже не улавливали ничего.
Ребята взялись за руки, которые стиснули друг другу так сильно, как будто пытаясь удержать друг друга на краю пропасти.
- Ну что теперь? - спросила Дея, немного отдышавшись.
- Пойдём отсюда! - заканючил брат. - Я не хочу больше… идти дальше.
- Давай, только быстро, иди за мной! - прыснула сестра, будто не слышала брата. - Быстро постучим, скажем спасибо за всё и уйдём. Мне тоже уже не хочется здесь находится.
Чип быстро кивнул головой. Слова сестры его успокоили. Они быстро зашагали наверх. Поднявшись, они услышали громкое шипение, которое будто приближалось за ними по лестнице. Они быстро оглянулись, но никого не увидели. Яркая вспышка ослепила их. Она была короткой, и они тут же открыли глаза. Абсолютно все свечи издали шипение. От них вверх заклубились чёрные тучки как от маленьких взрывов, а огонь стал намного тусклее и источал уже не желтоватый, а зеленоватый, ядовитый оттенок, которым тут же окрасились стены.
Дея одёрнула брата за руку, увлёкши его поближе к себе. Она знала, что ему очень страшно, потому что и ей было очень страшно, но она старалась этого не выдавать изо всех сил. "Потом!" - думала она. "Только не сейчас!"
В стене коридора было несколько дверей, и только под одной из них пробивался тусклый свет. Дея, заметив это, быстро направилась к ней, ведя брата, крепко держа его за руку. Подойдя к двери, она глубоко вздохнула и уверено постучала в неё.
Тишина. Она постучала ещё раз. "Возможно, хозяйка глухая" - промелькнуло у неё в голове. Она постучала третий раз. Снова тишина. Дея не выдержала ожидания и стала крутить ручку. Ручка вращалась легко, но дверь была как вкопанная и не поддавалась. Дея вращала её во все стороны и до упора. Вдруг она опустила ручку и попятилась от двери. Чип не сразу понял, отчего она так резко отошла, но тут же увидел, что дверная ручка продолжила хаотично вращаться сама по себе и делала это всё быстрее и быстрее, издавая громкий шум. Затем ручка резко замерла и дверь стала отворяться.
Дея набрала воздух в лёгкие и приготовилась произнести заготовленные слова благодарности, но так и не встретила лица оппонента. Ничьего лица она так не встретила. Очередная дверь распахнулась сама собой и за ней снова не было никого.
***
В слабоосвещённой комнате не было мебели, за исключение пары узких и невысоких столиков, на которых стояли маленькие пробирки, наполненные жутковатым на вид веществом болотного цвета, источающим лёгкую туманку. На стенах висели узкие и продолговатые полки, обставленные толстыми свечками. Свободные от полок стены были увешаны старинными ветхими тряпицами. На полу в небольшую кучку были набросаны шкурки мелких зверьков. Запах в комнате был, мягко говоря, терпким.
Дея медленно вошла в комнату, но брата она больше не тянула за собой. Переступив порожек, она стала осматриваться и негромко произнесла: "Эй? Здесь есть кто-нибудь?". Она продолжала шагать в глубь комнаты, аккуратно обступая шкурки. Чип с необычайным волнением наблюдал за смелостью сестры, но не решался идти за ней. Его внимание отвлекло что-то в стороне. Из глубины мрачного коридора что-то медленно приближалось к нему. Глаза, уже привыкшие к полумраку, могли хорошо видеть очертания коридора, дверей и лестничного пролёта, но они никак не могли видеть очертания того высокого смутного силуэта, который был как чёрная дымка и двигался едва заметно, как туман. Через мгновение он услышал еле уловимые поскрипывания. Скрипел пол под чёрным силуэтом. Теперь Чип отчётливо понял, что кто-то действительно направляется прямо на него. Он быстро рванул к сестре, но дверь захлопнулась перед ним, и он шлёпнулся раскрытыми ладошками о холодное дерево двери так, будто упал на него. Он стал колотить по ней кулачками и приговаривать: "Дей, открой! Открой скорей!". Но тут его охватил ужас, от которого он попятился назад. Он услышал пронзительный визг сестры. Из всех щелей двери ударил яркий свет. Из-под двери пошёл густой туман. Свет погас и наступила тишина.
Чип быстро подбежал к двери и быстрым оборотом ручки открыл её. Сам того не ожидая, он чуть было не упал, но удержался за ручку. По комнате кружил и растворялся туман. Его сестры нигде не было.
- Дея!? Ты где? - Шёпотом проговорил Чип и согнувшись как старичок, он быстро стал ходить вдоль стены и ощупывать тряпки, в надежде, что за ними есть что-то вроде лазейки. Ничего. Но в самом дальнем углу он наткнулся на кучу тряпок. Ощупав и её, он понял, что в ней никто не прячется. Он сам сел в угол и присыпал ноги этими тряпками. Висевшими лохмотьями он заслонил себя, оставив лишь небольшой зазор с краю, чтобы одним глазком можно было осматриваться. От ветхих тряпок пахло вековой сыростью и плесенью. Ему вспомнился чердак у себя дома, на который они с сестрой иногда лазали. "Но куда она могла деться?" - задался вопросом Чип. - "Ведь больше некуда прятаться".
В открытом проёме двери он заметил силуэт, который привёл его в оцепенение и лёгкий ужас. Силуэт напоминал сутулую женщину в чёрном балахоне. Из-под капюшона свисали седые волосы. Она медленно подошла к открытой двери и замерла в проёме. Лица не было видно, но Чипу казалось, что она смотрит прямо на него. Ему стало жутко. Он почувствовал, как холодеют пальцы на руках и ногах. Как можно медленнее и незаметнее он отслонил голову в сторону и полностью скрылся за маскирующую его ветошь. Через несколько секунд он услышал странное и хрипловатое шипение с стороны двери. Он понял, что, когда ничего не видит, ему становится намного страшнее. Выглянув одним глазом, он успел заметить, как чёрный балахон скрывается дальше по коридору. "Но куда она?" - спросил себя Чип. "Там дальше нет ничего. Тупик и окно". Всё затихло. Чип как мог старался не выдавать себя. Ему казалось, что в абсолютной тишине он громко дышит, а иной раз, что он слишком уж громко думает, и он попытался заставить свои мысли умолкнуть.
Больше ничего не происходило. Казалось, что он сидит там уже вечность. Он собрался с мыслями и стал продумывать план побега. " В конце концов - это просто женщина…, пожилая женщина, …старая женщина! Старуха!" - Завершил он своё умозаключение. "Что она мне сделает? Я вырвусь и убегу, даже если она меня поймает!" Чип стал дышать чаще и сжал кулаки. "Потом быстро приведу кого-нибудь на помощь и спасу сестру! Кого угодно! Позову прохожих! …Всё!" Он наконец решился и быстро начал сбрасывать с себя тряпки.
- Всё! - произнёс он вслух уверено, но не громко. Поднявшись с пола, он попытался быстро проскользнуть к дверному проёму, но его ноги будто стал сковывать электрический ток. Онемение парализовало его движение. Он как будто увяз в большом муравейнике. Превозмогая отёк в ногах, он шагал к двери. Остановившись у двери, он опёрся на стену рукой и медленно выглянул в сторону окна, куда направлялась женщина, но там действительно никого не было. Он повернул голову в другую сторону и убедился, что коридор полностью свободен. Выждав немного, пока отёк немного не спадет, уверено и бодро зашагал к лестнице. Но не успел.
***
Не успел он подойти к лестнице, как свечи вновь вспыхнули маленькими чуть шипящими взрывами и погасли совсем. Наступила кромешная темнота. Чип замер и прислушался. Он не хотел себя выдавать и шёл очень тихо, насколько позволял ковёр. Тишина. Он продолжил идти, придерживаясь стены. Наконец, она кончилась лестничным пролётом. Аккуратно нащупав первую ступень ногой, он стал медленно переваливать на неё свой вес, как вдруг она предательски заскрипела. Чип снова замер и прислушался. На этот раз он услышал тихий шорох за спиной. Шорох одежды. Затем какое-то короткое и невнятное чавканье прямо за его головой. Затем шорох прекратился, и над самой макушкой головы Чипа прозвучал громкий щелчок, будто кто-то клацнул зубами. Чип, не желая больше скрипеть ступенями, стал медленно разворачиваться корпусом. В непроглядной темноте он не мог вообще ничего видеть. Как вдруг, недалеко от него, на расстоянии вытянутой руки, перед ним открылись большие глаза и загорелись ядовито зелёным светом. Они смотрели прямо на него и будто пронизывали его. По спине пробежал холод. Зелёные глаза быстро моргнули и стали приближаться. Чип снова услышал клацанье зубов.
-Ааааа - закричал он и молниеносно сбежал вниз по лестнице. Его порадовало то, что он не споткнулся ни об одну ступень и сумел удержать равновесие. Но радоваться было рано. Он тут же споткнулся о что-то и распластался на полу. "Но что это было?" - подумал он. Свечу бы он легко и сам сбил ногой. Из маленьких окошек у двери пробивался тусклый свет от уличных фонарей. Он быстро перевернулся на спину и приподнялся на локти. За ним никто не гнался. Он снова прислушался. Пол вокруг него стал поскрипывать, а ковёр внезапно пошёл маленькими волнами, будто плавал на воде и тут же со страшным звуком стал рваться в клочья. Из разрывов в ковре стали вылезать чёрные и мохнатые лапы с длинными пальцами и хватать Чипа за всё, за что можно ухватится. Он дико испугался и попятился назад на локтях, но лапы были везде и хватали его за руки, и окончательно повалили на спину. Лапы были сильны и Чип едва мог пошевелиться. От отчаянья он вскрикнул. Затем ещё сильнее в надежде, что кто-нибудь с улицы его услышит, затем и вовсе закричал во всё горло. Одна из лап опоясала ему рот и прижала его голову к полу, заставив умолкнуть. Ему казалось, что если лапы сожмут его ещё сильнее, то его голова лопнет как переспелый помидор. С потолка к нему медленно спустился чёрный силуэт. Из капюшона выглянула большая морда страшного существа. Склонившись перед его лицом, морда, продемонстрировав свои большие зубы, открыла большие зелёные глаза.
***
Когда дверь с грохотом закрылась, Дея не на шутку испугалась и завизжала. Оглянувшись, она увидела вспышку света, пробивающегося сквозь щели двери из коридора и лёгкий туман стал укутывать пол, заплывая в комнату. Не понимая, что могло случится с братом, она тут же подбежала к двери и попыталась её отворить, но тщетно. Дверь снова не поддавалась ей. Затем и вовсе стала источать странный звук. Кто-то скребся когтями по двери, сначала прямо напротив её головы, а затем и вся дверь зашуршала так, будто её грызли тысячи мышей. Она отступилась. Затем шум утих и за дверью раздалось тяжёлое и хрипловатое дыхание. Это не было дыханием человека. Дея медленно попятилась назад к центру комнаты. Дыхание за дверью затихло, затем возобновилось, только уже не за дверью, а прямо у неё за спиной. Ужас – как кубик льда, скользнул по спине, и Дея, взвизгнув отскочила, оглянувшись. Но в комнате кроме неё не было никого. Вновь воцарилась глухая, давящая тишина.
Отдышавшись, Дея решила взять себя в руки и сосредоточится. "Нужно воспользоваться этим затишьем" – подумала она. Плавно и грациозно, словно кошка, она беззвучно начала двигалась к двери. Ступала настолько мягко, что казалось, будто она вовсе не касается пола. Дверь поддалась легко и без единого скрипа отворилась. Тихо и темно. От окна светил очень слабый, еле заметный свет.
- Чип! - шепнула она, - Ты здесь?
Тишина. Брата не было в коридоре. Она выскользнула из комнаты и медленно, как капля мёда по банке, потекла по стене вдоль коридора. Аккуратно водя ладонью, она словно рисовала волны на чуть шершавых обоях. И вот очередная волна, несущая её ладонь, плеснула о деревянное полотно и утихла. К тактильному изучению рисунка присоединилась вторая маленькая ручка. Рисунок был большим. Что он изображал, Дея никак не могла понять. Выпуклый орнамент напоминал ей змей, черепа и звёзды. Больше она ничего не смогла угадать. Пройдя немного дальше, она нащупала дверную ручку. "Значит, это большая дверь " - Подумала она. " Но что это за странная ручка? Она же не удобная." Ручка и правда была необычной. Проведя по всей рукояти кончиками пальцев, она с ужасом поняла, что это, и одёрнула руку. "Кость! " - Почти вырвалось из её уст, но она сдержалась. "Не хочу даже знать чья она, куриная, собачья или может… Нет… Не хочу знать, фу!"
Дея продолжила изучать слегка шершавые обои стен и вскоре она вновь наткнулась на деревянный выступ. Изучив и его, она поняла, что это небольшое закрытое окошечко. Окошечко в маленькую шахту для белья, ведущую в подвал через первый этаж. Отворив ставни, она нащупала и саму крошечную корзину этого лифта. Сам же лифт был зафиксирован на противовесе, и что бы в нём ни лежало, либо он вовсе был пуст, он был неподвижен. Хитрый механизм был устроен так, что лифт можно было спускать и поднимать только благодаря двум верёвочкам, висевшим рядом с корзиной. Дея быстро сообразила, что этот лифт поможет ей спустится на первый этаж, минуя скрипучую лестницу и возможные нежелательные встречи на ней.
Аккуратно разместившись в корзине лифта, Дея медленно прикрыла за собой ставни окошка. Она уже почти привыкла к темноте. Не то, чтобы она что-то могла видеть, но она быстро ориентировалась в пространстве, а ее руки оказывали ей огромную поддержку, заменяя глаза.
Корзина оказалась не совсем удобной, но управлять ей было совсем не трудно. Дея спускалась не спеша и почти беззвучно. За пределами шахты действительно никто бы не услышал тихого шуршания. Спустившись уже где-то на метр, Дея стала аккуратно ощупывать стенку шахты, не желая пропустить свою остановку, как вдруг лифт замер и перестал слушаться её. «Возможно, узел на верёвке, или она за что-то зацепилась» - Подумала она и попробовала предпринять большие усилия. Но напрасно, лифт не поддавался. Тогда она попробовала приподняться обратно и, нащупав соседнюю верёвку, потянула за неё. Ничто не помогало, лифт был непослушен. Страх замкнутого пространства стал укутывать её, как вечерний туман укутывает поля и озёра. Она стала ощупывать стенку в надежде на то, что эта остановка на нужном этаже и лифт зафиксировался автоматически, но и это было напрасным. Её окружали холодные стены. Снизу было деревянное дно корзины, а сверху металлический, паутинообразный каркас, на котором висела сама корзина. Дея почувствовала абсолютную беспомощность и отчаяние. Она опустила свои маленькие ручки на колени и опустив голову на ручки, была готова зарыдать, потому как боялась даже крикнуть.
Резкий рывок вырвал её из плена отчаянья. Что-то резко дёрнуло корзину. На миг она чуть не закричала от того, что не поняла, что произошло. Сверху послышался скрежет ставней от окошка, через которое она залезла в эту корзину. «Может, это Чип» - пронеслось у неё в мыслях, - «Может, он видел, как я сюда залезла?»
- Чип? – прошептала она дрожащим голосом, - Это ты?
И снова корзину встряхнуло. Дея ухватилась за каркас корзины мёртвой хваткой. Снова страх охватил её. Затем корзину встряхнуло ещё раз и ещё. Дея стиснула зубы. Кто-то или что-то явно дёргал за трос, на котором висела корзина. Затем рывки усилились и стали больше похожи на потуги вытащить корзину. Затем совсем утихли. Наступила тишина и Дея посмотрела наверх, но это было бесполезно, всё равно что закрытыми глазами глядеть в непроглядную темноту ночи. Затишье было не долгим, корзина совершила значительный рывок вверх и замерла на месте, затем снова рывок и замерла. Теперь корзину дёргали не за трос, на котором она висела, а за подъёмную верёвку. Рывки были резкими и сильными. Дея поняла, что её кто-то достаёт из шахты и не с целью подружиться. Она попыталась схватить верёвку, что опускает лифт, но не успела хорошенько её нащупать, как очередной рывок вырвал её из ладони. Теперь ей не просто было страшно, она понимала, что нет смысла скрываться от обнаружения и закричала что есть сил. Акустическая возможность шахты и её визг подействовали эффектно и на мгновение оглушили даже её саму. Всё утихло. И снова ненадолго.
Корзина была уже в двух рывках до окошка и очередной рывок заставил Дею взвизгнуть ещё раз. После чего она услышала протяжный хрип, словно кому-то стало плохо. Она прислушалась. Вновь наступившая тишина длилась не долго. Хрип сменился рыком, и он не был похож на человеческий. Протяжный и хриплый, он будто предупреждал, что не вынесет ещё одного крика и стал затихать и отдаляться. Дея без промедления воспользовалась моментом и быстро нащупав нужную верёвку, стала быстро опускать корзину вниз. Чем дальше она была от открытого окошка, тем больше страх отступал от неё. Добравшись наконец до первого этажа, она распахнула ставни окошка и, уперев руки о дно корзины, приготовилась вылезти наружу, как вдруг она услышала громкий щелчок, похожий на клацанье зубов, сверху, и корзина вместе с ней моментально устремилась вниз со страшным скрежетом…
2
Корзина с Деей приземлилась на что-то мягкое, как раз напротив подвального окошка. Несмотря на мягкую посадку, маленькую девочку изрядно встряхнуло. У неё слегка закружилась голова. Вдохнув пару раз, она вытянула руки вперёд, изучая обстановку. Окошко подвала, где находилась прачечная, было распахнуто. Запах в этом помещении был непередаваемо неприятен. Дышать было не просто невыносимо, а вообще невозможно. В воздухе напрочь отсутствовал кислород, как химический элемент. Дея тут же зажмурилась и закрыла лицо рукавом, а затем и вовсе накинула воротничок своего костюмчика на носик. Приоткрыв лишь немного глаза, она, прищурившись, стала вглядываться во мрак. На удивление, в подвале было слабое освещение. Свет шёл в подвал из дверной арки. Сама дверь отсутствовала вовсе. Жёлтое мрачное сияние источала обычная лампочка.
Немного осмотревшись, она стала улавливать очертания прачечной. А когда голова перестала кружиться, она стала замечать силуэт бельевой корзины и увидела, что самой корзине от падения повезло меньше. Паутинообразный каркас, который примыкал к основанию, был вывернут почти наизнанку. Возможно, он послужил тормозом при падении, скрежеща собой о стены, он замедлил падение. Дея едва коснулась своей крохотной ручонкой измятых останков своего спасителя, как вдруг он тут же завалился на бок в отведённое пространство в шахте, издав протяжный тихий скрип, как прощальный предсмертный вздох.
Через пару мгновений она услышала настоящие вздохи, точнее тихое дыхание, исходящее где-то неподалёку. Взглянув через проём окна, она стала замечать, как посреди дверной арки клубится чёрный дымок. Она ясно видела весь проём двери, но на полу не было абсолютно ничего, что могло источать этот дым. Затем он и вовсе пропал. Дея протёрла кулачками глаза и сменила руку. Теперь другой воротничок служил ей дыхательной маской. Она не знала, что делать, ведь подвал не входил в её планы, даже как самый крайний вариант, даже в случае жизненной необходимости.
В коридоре послышались гулкие и медленные постукивания, очень похожие на шаги, но в дверях так никто и не появился. Постукивания продолжались и стали действовать на Дею пугающе и раздражающе. Затем в проёме из ниоткуда снова замаячил тёмный дымок. Приглядевшись повнимательнее, Дея поняла, что это вовсе не дымок, а силуэт чьей-то фигуры. Силуэт стоял прямо посреди проёма и увеличивался в размерах, вместе с размерами он становился всё отчётливее. Чёрный, как дым от резины, он медленно двигался, будто покачивался, но не сходил с места. Он медленно мерцал, как тень от свечи, но так и не становился отчётливее. Дверная арка напоминала портал, а постукивания походили на ритуальные барабаны. Дее стало не по себе. Ей становилось всё страшнее и страшнее. При этом она стала ощущать слабость. Кто-то высасывал из неё жизненные силы и питался её страхом. Мерцание и покачивания силуэта становились всё более энергичными, а гулкий стук более громким и отчётливым. Затем раздалось протяжное шипение и с громким хлопком лопнула та самая, единственная горящая в доме лампочка. Непроглядная темнота вновь окружила Дею.
***
Из темноты она услышала тихое рычание. Её сердце чуть не выскочило из груди. Она взвизгнула и быстро подскочила с места. Упираясь ногами о стенки шахты, стала подтягиваться наверх, держась за тросы и верёвки, попавшиеся под руки. Через несколько шагов по отвесным стенам шахты, она услышала, как по основанию корзины, в которой она только что находилась, что-то ударило и заскрежетало. Она не оглядывалась. В темноте всё равно ничего не было видно, но она вообразила себе большую лапу с длинными когтями, но никак не могла представить, какому животному она могла принадлежать. Затем снова прозвучал тихий рык. Дея очень ловко взобралась до окошка, и так же ловко вылезла через окошко на первый этаж.
Коридор на первом этаже всё так же освещался светом свечей, но теперь он был необычным, искажённым, как в отражении кривого зеркала, он представлял собой мрачный вид. Будто всё вокруг было сделано не из дерева, а из воска, потёкшего от жаркого пламени, и вновь застывшего от ночного холода. На стенах отчётливо проступали молнии трещин. Прокравшись по извилистому коридору, Дея нырнула на свет, в невысокое отверстие в стене и оказалась в гостиной. Выйдя прямо из-за шкафа, она стала осматриваться. Вроде та же гостиная, куда они с братом недавно входили, только она уже не светилась от праздничных огоньков и стол был накрыт старой скатертью, на которой ничего не стояло, кроме старой вазы. В камине едва мерцал огонёк, лишь изредка яркими волнами пробегая по тлеющим поленцам. Гостиная была мрачная и также искажена, как и коридор. Теперь всё было искажено. Дея подумала, что очутилась в совершенно другом доме, но прокрутив в голове, весь свой недавний маршрут поняла, что ошибки быть не может. «Но что же случилось?» - Подумала она.
За три маленьких шажочка она подошла к столу и аккуратно погладила скатерть. «Недавно он был полон сладостей» - подумала она и погладила старую вазу. В коридоре вдруг послышался скрип, она тут же присела на корточки, спрятавшись за столом. Затем из коридора послышались шаги, которые также внезапно перешли на бег, затем короткий топот завершился громким и гулким ударом. «Что за громила, бегает по дому?» - спросила она себя, - «Огромный монстр с большими лапами и страшным рыком, который пытается меня схватить?». Любопытство победило страх, и она аккуратно выглянула, слегка приподнявший носик над скатертью.
В коридоре, уткнувшись лицом в пол, лежал маленький мальчик.
- Чип! - шёпотом протянула она, - Я здесь!
Мальчик быстро приподнял голову и повернулся. Но повернулся не на призыв сестры, а в сторону лестницы. Видимо он не услышал её. Через мгновение огонь в камине вспыхнул и загорелся большим ядовито-зелёным пламенем. От неожиданности Дея снова быстро спряталась за стол, но, недолго думая, она на четвереньках проползла к теневой стороне стола. Она видела, как коридор тоже осветился зелёным светом, как её маленького брата, хватают чёрные лапы, появившиеся из ниоткуда, прямо из ковра. Она увидела большой чёрный силуэт, парящий в воздухе над братом. Взявшись также из ниоткуда, словно призрак, в развивающимся балахоне, он быстро опустился к маленькому мальчику. Глаза его загорелись зелёным огнём у самого лица Чипа.
Дея не могла позволить, что бы с братом что-либо случилось. Она быстро встала в полный рост и, схватив со стола маленькую старую вазочку, швырнула её что было сил в чёрного монстра. На удивление, маленькая ваза оказалась довольно увесистой для маленькой девчонки, и траектория полёта вышла не такой, какой вообразила себе Дея. Пролетая над столом, ваза задела хрустальные подвески на большой люстре, которые тут же откликнулись переливами маленьких колокольчиков, и громко разлетелась на множество маленьких осколков, ударившись об угол прихожей.
3
Чёрный силуэт быстро повернулся. Зелёные огни глаз вспыхнули ярким пламенем. Заревев свирепым рыком, вытянув жуткие лапища, монстр полетел прямо на Дею. Сильно перепугавшись, она упала на пол и нырнула под стол. Огромный чёрный балахон, развиваясь во все стороны, пролетел над столом и со страшным грохотом и ветром, от которых задрожали стены и покосились картины, влетел в стену. Чёрные лапы, опутывающие её брата, испарились в воздухе. Камин погас и в гостиной стало значительно темнее. Воцарилась тишина. Медленно приподняв край скатерти, Дея выглянула в сторону коридора.
На полу кряхтя и посапывая, оправлялся от минувшего удушья Чип.
- Как ты? - Спросил он её шёпотом.
- Нормально, а ты?
- Теперь нормально. - продолжал Чип, - Давай скорее убежим отсюда?
- Давай - согласилась Дея.
Пока Чип поднимался на ноги и отряхивался, сестра довольно прытко вылезла из-под стола, быстро и бесшумно, как она уже научилась. Проходя мимо брата, она потянула его за руку к входной двери. Подойдя к ней, она стала крутить ручку. Безрезультатно. Она схватилась обеими ручонками и крутила до упора в обе стороны.
- Да что ж такое! - буркнул Чип и стал толкать дверь двумя руками. - Как отсюда выйти?
- Не мешай, - выпалила Дея, - Дверь внутрь открывается, не толкай её!
Ребятишки не сразу заметили, а когда заметили, застыли в изумлении и, отойдя от двери, затаили дыхание. Всё вокруг пришло в движение, точнее, в мелкое колебание. Вибрировало всё, даже пол под ногами. Дребезжали окна, скрипела мебель, гудели стены. Дрожь продолжала усиливаться. В узком коридорчике, за стеной, в которую влетел призрак, раздался громкий вой. Очень громкий и нечёткий, похожий на рычащий крик. Никто не смог бы точно сказать, на что это было похоже. Он был настолько гулким и громким, что казалось будто это от него дребезжат окна. Кто-то приближался.
Детишки быстро схватили друг друга за руки и побежали от двери по коридору. Чип бежал прямиком в сторону лестницы, а Дея приметила открытую дверь, дальше по коридору. Отдёрнув брата, она уволокла его за собой в эту дверь. Быстро закрыв за собой щеколду, они отбежали в дальний угол. Неведомый и громкий вой повторился, на этот раз из гостиной.
Дея быстро одёрнула штору и увидела, что окошко приоткрыто.
- Скорей сюда! - негромко выкрикнула она, дёрнув брата за плечо. Потянувшись к окну, она обеими руками стала поднимать его вверх, окно поддалось легко и застыло в оставленном положении.
Стены задрожали от третьего воя, исходящего уже где-то недалеко за дверью.
- Скорее, - крикнула она, заскакивая на подоконник, опираясь двумя руками она встала на одно колено, наклонилась в окно, как вдруг Чип дёрнул её за свисавшую ногу.
- Ну, что ты де… - взвизгнула она, оборачиваясь и тут же замолчала. Неподвижно и молча, Чип держал её за ногу и молча глядел зелёными огоньками глаз.
- Нет! Чип, нет! Только не ты!
Он медленно потянул её за ногу.
- Нет! - громко крикнула она и уперлась свободной ногой ему в плечо, - Нет!
Кто-то сильный ударил в дверь, которая с громким треском взорвалась. По комнате разлетелись щепки. Из образовавшийся дыры в комнату стал просачиваться чёрный дым. Дея оттолкнулась от Чипа что было сил и выпала в окно. Быстро вскочив на ноги, она взглянула через окно на брата в последний раз. Он медленно подошёл к окну, держа в руках её маленький башмачок.
- Прости меня. - проговорила она, утирая слезу, - Прости Чип.
Дея побежала через кусты в сторону дороги. Выскочив на тротуар, она услышала протяжный детский визг, доносящийся из дома. Что-то сильно защемило у неё в груди и слёзы наперегонки побежали по щекам. Она не стала останавливаться и прислушиваться, она бежала по пустынной и безлюдной улице. Фонари в тумане светили тускло, а горизонт едва заалелся восходом. Она бежала в одном башмачке по тротуару вдоль дороги и утирала слёзы. «Прости меня», - шептала она, утирая слёзы.