Закончив обучение, Вирт от всей души поблагодарил старого мастера и ушел в большой мир, иначе говоря — Ногастр, как называли аборигены несколько постоянно воюющих между собой стран, расположенных на небольшом материке посреди океана.
Мореплавание в этом мире еще не развилось как следует, только рыбаки пользовались примитивными долбленками, не рискуя отплывать от берега дальше, чем на триста шагов. Поэтому о других материках планеты люди понятия не имели, считая мир ограниченным размерами Ногастра.
За следующие несколько лет Вирт обошел практически весь материк, нанимаясь охранником в купеческие караваны. Участвовал в бесчисленных стычках и даже войнах. Атаковал и оборонял города. Находил друзей, любил и ненавидел. В общем, просто жил, как жилось.
Одно только настораживало бывшего археолога — он не старел. Вообще не старел! Годы шли, а Вирт оставался таким же, каким прибыл в этот мир.
И еще одно заставляло задуматься — собственная невероятная удачливость. Ни в одной стычке его ни разу не ранили! О чем речь, даже разбойники на него не нападали, если Вирт встречал их, путешествуя в одиночку.
Стаи голодных лургов, местного подобия волков, обходили путника стороной. Все это не могло не настораживать.
Постепенно минуло пятнадцать лет, и Вирт впервые ощутил симптомы приближающего перехода. Начало тошнить, по телу пробегал то жар, то холод, терялась ориентация.
Быший археолог поначалу решил, что подхватил какую-то местную лихорадку, но это оказалось не так. Еще через несколько часов в его глазах потемнело, земля ушла из-под ног и… он снова оказался в другом мире.
Совершенно не таком, как предыдущий — на Ротаэни люди уже придумали первые паровые машины.