Найти в Дзене
Егоровна

Малая родина, ты есть. Географически.

Все постперестроечные годы (а живу я на этом свете уже немало, да) доводилось, да и сейчас доводится читать статьи на тему: ахх, реформаторы убили и продолжают убивать деревню вместе с ее традиционным деревенским укладом. Открою страшную тайну: деревня начала умирать гораздо раньше, еще в самый расцвет так называемого "застоя", а может, и еще раньше. В первой половине 70-х прошлого века я была дошкольницей и жила у бабушки в деревне, потому что места в поселковом детсадике, где работали мои родители, мне не нашлось. На тот момент в деревне было 26 дворов. В основном там жили пенсионеры. Исключение - 2 двора. В одном из них жила моя подружка Галка, которую ее мать родила вот прям перед самым наступлением климакса, и Галка была уже третьим ребенком. В другом случае - самая молодая доярка нашей колхозной фермы (на тот момент ей было около 40 и двое детей в анамнезе) приложила все усилия, чтоб завязать отношения с приехавшим по распределению молодым зоотехником. Ей это удалось, родила

Все постперестроечные годы (а живу я на этом свете уже немало, да) доводилось, да и сейчас доводится читать статьи на тему: ахх, реформаторы убили и продолжают убивать деревню вместе с ее традиционным деревенским укладом.

Фото из открытых источников.
Фото из открытых источников.

Открою страшную тайну: деревня начала умирать гораздо раньше, еще в самый расцвет так называемого "застоя", а может, и еще раньше.

В первой половине 70-х прошлого века я была дошкольницей и жила у бабушки в деревне, потому что места в поселковом детсадике, где работали мои родители, мне не нашлось.

На тот момент в деревне было 26 дворов. В основном там жили пенсионеры. Исключение - 2 двора. В одном из них жила моя подружка Галка, которую ее мать родила вот прям перед самым наступлением климакса, и Галка была уже третьим ребенком.

В другом случае - самая молодая доярка нашей колхозной фермы (на тот момент ей было около 40 и двое детей в анамнезе) приложила все усилия, чтоб завязать отношения с приехавшим по распределению молодым зоотехником. Ей это удалось, родила третьего.

Лет 10 назад я попросила мужа заехать на мою малую родину. С горем пополам (дорога была такая, что до сих пор вспомнить жутко) заехали. И... а нету там больше деревни. Мертвая она. На месте бабушкиной усадьбы - осины с березами. Как и по всей территории нашей бывшей деревни.

Фото автора.
Фото автора.

Но при этом увиденные по дороге бывшие колхозные поля обработаны, кто-то что-то там выращивал на продажу. Видимо, какой-то местный фермер.

И это отчасти вселило оптимизм. Да, деревни нет. Нет дома, который я считала и продолжаю считать самым родным. Но земля продолжает служить людям. И на этом поле, с которого во времена моего детства папа периодически воровал колхозную картошку, растет будущий силос. А значит, у кого-то есть коровки, которых этим силосом будут кормить.

Жизнь продолжается.

А у вас есть дом, который вы считаете самым-самым родным? Он сохранился и ждет вас?