Голос Левитана, пробирающий до дрожи: "От Советского информбюро...", стихи Берггольц, согревающие в лютую стужу блокадной зимы - выдающиеся образцы идейной пропаганды, психологического воздействия в беспощадной информационной войны. Она и сегодня ведётся, но как бездарно и не технологично. Ведь гибридная война это ещё и соревнование технологий. И тут есть - выдающиеся советские примеры.
КАК ЛЕВИТАН ПОДЫТОЖИЛ РЕЧЬ ГЕББЕЛЬСА
Как известно, Геббельс объявил Левитана личным врагом, назначил награду за его голову, посылал диверсионную группу для физического устранения, но она была уничтожена народным ополчением. Немецкие самолёты, которые прорывались к Москве, пытались бомбить Кремль, Мавзолей, здание ГУМа, где был радиокомитет и вещал Левитан. Но неповторимый голос с нужной информацией - сам пришёл к ним. В 1942 году берлинские жители ахнули, когда из уличных репродукторов громко зазвучал размеренный голос Левитана. Тот самый - "От советского информбюро", "Работают все радиостанции Советского Союза!".
Чтобы это стало возможным напряженно работала группа талантливого советского радиофизика, военного конструктора Бориса Асеева. Борис Павлович родился в Рязани, где родился и мой отец, с детства увлекся радиоприемниками, день и ночь пропадал в местном радиокружке. За свою плодотворную научную жизнь Борис Павлович создаст множество уникальных радио-приборов.
Его портативную рацию весом всего два килограмма с большой благодарностью вспоминали полевые связисты и корректировщики огня. Мы постоянно видим её в хроникальных и художественных фильмах. Ничего подобного тогда не было ни у нас, ни у немцев. За свои выдающиеся военные разработки по связи и радиолокации конструктор Асеев был представлен к званию генерал-майора. Для кабинетного конструктора - вещь неслыханная.
В книге “Радио в дни войны”, 1982 г. подробно написано и о разработке того самого устройства, что позволило СССР выступить в Берлине дуэтом с германскими пропагандистами. В 1942 году группа конструкторов под руководством Асеева разработала электромеханическое реле, позволявшее согласовывать колебания в двух контурах с точностью до фазы. По простому говоря - радиостанции с таким реле могли перехватить любую волну и вещать вместо нее на этой же частоте. По личному приказу Сталина была проведена берлинская радио-операция. Было крайне важно показать немцам, что их хваленое превосходство в области военной связи превзойдено на целую голову.
В обстановке совершенной секретности НИИ, в котором работал Асеев, было разработано устройство, позволяющее настраиваться на радиоволны официальных германских трансляций. Командующему авиацией дальнего действия Голованову была поставлена задача доставить устройство самолетом на территорию Германии, чтобы мощности хватило перебить немецкую передачу. Советский тяжелый бомбардировщик ночью пересек линию фронта и закружил недалеко от германской столицы. Трансляцию предполагалось проводить прямо с воздуха, с борта бомбардировщика.
Настало время очередного выступления главного фашистского пропагандиста - доктора Геббельса. По обыкновению, Геббельс был многоречив и вещал о том как доблестные немецкие солдаты героически бьются с "красными ордами". Сравнивал их "подвиги" с фермопильским походом царя Леонида. Говорил, что немецкие солдаты превзойдут в веках славу трехсот спартанцев, остановивших "Бессмертных" - личную гвардию царя персов.
Едва отзвучала последняя пафосная фраза германского пропагандиста, берлинские радиоприемники снова ожили. Миллионы германских граждан услышали четкий, с легким славянским выговором по-немецки, голос Левитана:
- Раз в семь секунд на советских фронтах получает свою пулю германский солдат или офицер. Господин Геббельс выступал почти полчаса. За время его речи в боях с Красной Армией погибло двести пятьдесят немецких агрессоров. В рядах этих убитых борцов за интересы кучки германских империалистов могли оказаться Ваши мужья, братья, сыновья.
Убийственная и продуманная информация для немцев, любящих считать!
Изумление и бессильную ярость нацистских чиновников было невозможно передать. Кроме унижения всей пафосной нацистской пропаганды, немецкие руководители ярко и выпукло осознали - эпоха нацистского технического превосходства в радиосвязи закончилась.
Вручая конструкторам группы Асеева заслуженную Сталинскую премию Первой степени, Верховный скажет так:
- То, что Вы совершили, товарищи, гораздо важнее создания любого, даже столь замечательного прибора. Вы показали всему миру, что советские инженеры, советские ученые достигли и превзошли вершины достижений самой передовой технологии. Нет таких преград, которые не могли бы преодолеть всеми вместе советские люди. В этом - главное значение Ваших открытий!
(Цитата по книге “Радио в дни войны”, 1982 г.)
А ТЕПЕРЬ...
Много лет я проработал в это Доме радио, и по прямым включениям радиослушателей понимал, как доверяют люди этому СМИ, если это не современная болтовня в эфире по 6 часов, а продуманная программа. В частности, я рассказывал и о радийном подвиге Ольги Берггольц, которая, как многие литераторы и журналисты, буквально переезжает в “гранитное зданье” радиокомитета и наполняет не эфир, а изможденные сердца надеждой и мужеством. На мемориальной доске Дома радио выбиты на граните строки:
Отсюда передачи шли на город -
стихи и сводки,
и о хлебе весть.
Здесь жили дикторы и репортеры,
поэт, артистки...
Всех не перечесть.
И, спаяны сильней, чем кровью рода,
родней, чем дети одного отца,
сюда зимой сорок второго года
сошлись - сопротивляться до конца.
В ее архиве, как рассказывала сестра, сохранилось более шести тысяч писем благодарных слушателей и читателей тех страшных военных и исполненных оптимизма послевоенных лет. В 1951 году Ольга Берггольц становится лауреатом Государственной премии, а позднее ленинградцы высекают ее крылатую строку “Никто не забыт, ничто не забыто” на Пискаревском кладбище.
Какие традиции! Какие достижения! А что теперь? Мне кажется, что нынешние во власти совсем потеряли квалификацию. А кто вообще отвечает за информационную войну - комментирующий всё подряд пресс-секретарь Дмитрий Песков? Или Максуд Шадаев - нетелегеничный министр Минцифры? Просто никто!
Легко издеваться над замшелым идеологом Сусловым в ЦК, а сегодня - даже издеваться не над кем!