"Повествование о событиях подчас не имеет ничего общего с тем, что было на самом деле. Человек, повествующий о том, что с ним происходило, уже не тот, каким он был, когда испытывал происходящее на собственной шкуре. В переписывании жизни неизбежны искажения. Однако в их основе лежит бессознательное стремление докопаться до сути".
Генри Миллер. Из новеллы с эпатирующим названием. Каким? Да какая разница. У Генри Миллера все произведения "про это", но обязательно вот с такими бриллиантами внутри. Ради этих бриллиантов взрослый человек берётся за чтиво, которое хорошо бы "зашло" от восемнадцати до тридцати.
Находишь что-нибудь подобное и думаешь, вот-вот, я также смотрю на ситуацию, но пока не сформулировал в хорошую фразу, а вот автор сформулировал, и уж я ею попользуюсь в полное удовольствие.
Мы как-то говорили с одной поэтессой, талантливой и умеющей хорошо привлекать внимание. Кто-то, как всегда задал неуместный вопрос: "Зачем мы пишем стихи"? Поэтесса сразу: "Чтобы точно выразить мысль".
Я тогда отрицательно завертел головой. "Не только. Хорошо выразить мысль – обязательно. Стихи больше для того, чтобы поймать эмоцию, -- говорю. - Запечатлеть эмоцию, которая была только что".
Правы, конечно, оба. Да и каждый ещё может добавить от себя что-нибудь до бесконечности. Я не об этом. Чтобы вот так, с лёту добавить замечание, за которое не стыдно, чтобы в моей голове это было как дважды два, я должен был прочесть ранее вот ту фразу у Миллера в новелле со стыдным названием. Сюжет новеллы забыл напрочь, а то, что нужно, несу с собой и не выбрасываю.
"Главное в моём сочинительстве не фактическая сторона событий, а сиюминутное впечатление от них и ситуаций, в которых они происходили".