"Ты что творишь, подполковник!? Куда ты полез со своими спецназовскими замашками?" - моложавый особист перехватил Васина в коридоре и сверлил его взглядом.
"Разработка Звездина и далее по цепочке - наша работа. Ты практически сорвал нам операцию!"
"Отвали, майор!" - "Комиссар" отстранил в сторону контрразведчика, попытавшегося преградить ему дорогу.
(начало этой истории - здесь)
Тот схватил его за рукав, пытаясь остановить эту махину. Васин бросил многозначительный взгляд на руку майора и тихонько произнёс: "Я тебе сейчас руку сломаю и скажу, что так и было..."
Особист разжал пальцы и поправил замявшийся рукав на обмундировании подполковника. Уже более миролюбиво посетовал: "Вячеслав Степанович, ну нельзя же так! У каждого своя работа. И у нас её не меньше, чем у других спецов. Мы ведь этого...", - майор не договорил, встретившись с тяжелым взглядом Васина.
"Майор, слишком долго... вы этого... Слишком долго реагируете. Мне некогда заниматься поимкой шпионов. Мои ребята в очередной раз попали в котёл. Сколько это может продолжаться? И всё из-за нескольких моральных уродов! И я сейчас даже не знаю, кто хуже - боевик с вытаращенными глазами, обвешанный оружием или как бы свой с бегающим взглядом - где бы чего урвать за свою информацию. Или тот, кто просто изображает деятельность, не выполняя своей, как ты говоришь, работы..."
"Комиссар" из нагрудного кармана извлек диктофон. "Это тебе в помощь! Теперь он твой. А мне к Командующему надо. Может ещё успеем ребят спасти...", - он резко развернулся, чуть было не сбив с ног ещё двоих молодых оперативников, обступивших его, и зашагал размашистой походкой на выход из штаба.
Майор посмотрел вслед этому исполину и пробормотал: "Да прав ты, Васин. Трижды прав, Вячеслав Степанович... Ну, чего стоим? Пошли!" - обратился к своим сотрудникам.
Он подошел к кабинету Звездина и рванул дверь на себя...
За столом сидел посеревший, осунувшийся человек и тяжело дышал. К правому виску он приставил пистолет и изо всех сил давил на спуск. Рука дрожала от напряжения, но выстрела так и не последовало.
Секундное замешательство контрразведчиков сменилось мгновенным броском вперед одного из офицеров. Он перехватил табельное оружие полковника и покачал головой:
"С предохранителя нужно снимать, да патрон в патронник дослать, гражданин ещё полковник, если ты хотел напоследок поступить по-офицерски".
"Полковник Звездин, вы арестованы!" - набатом прогремел голос майора госбезопасности. Он с раздражением и презрением смотрел на этого субъекта, ещё час назад браво шагающего после доклада Командующему и бросающего пренебрежительный взгляд на всех, кто ниже по воинскому званию.
Раздался характерный щелчок наручников, включая таймер обратного отсчета остатка жизни некогда грамотного и подававшего большие надежды офицера...
Звездин в последний раз окинул взглядом свой кабинет и до боли зажмурил глаза, вспоминая тот злополучный день, когда получил тугую пачку купюр в качестве платы за предательство.
Как же обидно, что всего лишь одна ошибка привела его к этому кошмару. Что же дальше? Благо, что смертную казнь отменили. Но измена Родине - это лет 15-20...
"На чём же я прокололся? Откуда этот пресловутый Васин узнал обо всём?" Он на мгновенье остановился, запрокинул голову назад и громко застонал, словно от острой боли.
Страшная догадка пронзила его мозг.
"Не может быть", - прошептал он.
"Может, может!" - голос контрразведчика вернул его в действительность. Бросив взгляд на наручники, он понял - это конец...
. . . . . . . . . . . .
"Ну, что ты меня сверлишь глазами?" - Командующий чувствовал на себе взгляд своего подопечного. Подчинённый - не совсем точное слово. У них за годы совместной службы сложились особые отношения... Негласные. Можно через "Равняйсь...-Смирно! Молчать и бояться! Я здесь командир..."
Глупо и примитивно... А можно и по-другому. Как в разведке... Когда в самой сложной ситуации есть право слова у каждого. Не сомнение, а взгляд на ситуацию. И ничего общего с треклятой демократией это не имеет. Разведка не бывает главная и второстепенная. Порой взгляд простого солдата или местного жителя может решить исход не то что боя, а целой операции...
А может и всё погубить. Стоит только поддаться эмоциям... И как тут принять единственно верное решение?
Военная наука тем и отличается от остальных. Ошибка командира стоит человеческих жизней. И не когда-нибудь потом..., (может быть)..., а прямо сейчас...
Офицеры понимали, что в штабе Объединенной группировки войск (сил) менять план операции уже не станут. С точки зрения человеческо-обывательской - неправильно. С точки зрения военной - приказ есть приказ. И армия - не клуб по интересам...
"Почему я должен тебе объяснять? Не бывает войн без жертв. Не бывает... Ты сам всё это прекрасно знаешь. Мы сами выбрали такую профессию - уходить в бой и побеждать...
А жив ты остался или нет - это уже второстепенно... Победил и выжил - тебе слава! Победил и погиб - вечная слава...
Да, это жестоко, но если мы не пожертвуем ротой сейчас - потеряем целую дивизию потом... А может быть - и не одну. И не в дивизии сейчас дело. А тем паче - не в роте.
Не уничтожь боевиков сейчас и здесь - умоются кровью те, кто к этому совсем не причастен! И это наше мирное население в Москве, Воронеже, Ленинграде... Теракты попросту захлестнут наши города... И вот здесь лично я - буду бессилен. Да и ты тоже..."
Командир полка не перебивал Командующего. Это была по сути исповедь командира...
Он очень уважал этого отважного человека... и не по причине своей подчинённости ему, а за особое отношение к своим воинам...
Ни разу он не принимал бездумных решений. Всякий раз старался действовать нестандартно, исключая шаблон и повторение. Но приказ сверху, порою, словно удав, сковывал по рукам и ногам, не позволяя в корне изменить ситуацию...
А что тут такого? Ну, не учли..., не удосужились некоторые военные деятели разобраться в стремительно меняющейся обстановке. Дело, как говорится, - житейское...
"Гладко было на бумаге, да позабыли про овраги...", - комполка быстрым шагом направился к пункту управления. Навстречу ему выскочил дежурный офицер...
"Товарищ командир! Сомов доложил, что позиции заняли. Разведка обнаружила несколько отрядов по 300-400 человек"...
"Началось", - мелькнуло в голове.
"Василёк, я Шторм. Доложи обстановку!"
Через несколько секунд зловещего эфирного шипения раздался, как всегда, бодрый голос командира роты:
"Квадрат 38, по улитке 4 - головной отряд. В девятом - основные силы, в единице - замыкающие. Всего порядка трёхсот хулиганов...
Квадрат 40, по улитке шесть и три (Улитка - принятая кодировка, когда квадрат делится на девять одинаковых малых квадратов, начиная с левого верхнего, который идет под номером 1, далее 2, 3... центральный квадрат - под номером 9 - примечание автора) отряд 200 - 400 хулиганов.
Квадрат 39, по улитке 2, 6 и 9 - более 400 голов с тяжелым вооружением.
Готовы встретить, но нужна будет поддержка авиации и артиллерии. Как поняли?"
"Понял тебя, Держись, Василек..."
Командир полка на секунду замер, понимая, что самые плохие прогнозы оправдались, и на роту Сомова сейчас направляется три смертоносных потока общей численностью более тысячи головорезов. И до ближайших позиций десантников остается немногим более километра...
Через 10-20 минут боевики окажутся на расстоянии прямого выстрела.
"Командующего мне!" - комполка прижал трубку телефона к уху.
"Слушаю"...
"Товарищ Командующий! Группа Сомова вышла на связь. К ним направляется..."
"Отставить, Пётр Васильевич! Не по телефону..."
Полковник Ларионов стремглав выскочил из палатки и устремился к Командующему. По стечению обстоятельств их командные пункты оказались неподалеку.
Командующий напевал "Расплескалась синева, расплескалась...". Один из его разведчиков родного 350-го парашютно-десантного полка исполнил эту песню еще в Афгане. Запала в душу...
"Ну, удиви меня, Пётр Васильевич! Надеюсь, в дивизию не докладывал?"
"Никак нет! Только с Вами связался..."
"Правильно. Завелась где-то дрянь в виде крысы. И не удается вычислить. Докладывай..."
Выслушав командира полка, генерал чисто механически спросил: "Ошибки быть не может?"
Да какая там ошибка? И группа Васина докладывала и полковая разведка - не сопливые мальчишки, у которых глаза от страха выпадают из орбит. Всякого уже насмотрелись на этой войне...
"Командир, нужно срочно выводить авиацию и артиллерию на цели..."
Авиация сможет нанести удар через два часа, в лучшем случае. Артиллерия вот эти две колонны накрыть не смогут. Прикрываются моджахеды склонами. Всю нашу дислокацию знают. Вопрос - откуда? Ладно. Потом выясним..."
Командующий на несколько секунд застыл над картой и хлопнул по ней ладонью.
"Пётр Васильевич, готовься тремя группами к броску в направлении этих двух высот. Даст Бог, Сомов свою удержит и тут мы подоспеем. Не дай выйти из ущелья. Выполнять!"
Проводив взглядом Ларионова, генерал поднял трубку: "Мне сто первого. Срочно!"
"Вместо ожидаемого голоса Командующего группировкой прозвучал рык генерала Чижова: "Да, слушаю. Докладывай..."
Через несколько секунд, словно мантра, звучало: "Не может этого быть. Прекратите панику, генерал. этого не может быть! Разведчики доложили, что там могут находиться отряды по 20-40 человек. Где ты там тысячу увидел? Не может быть там такого скопления!
Да и эмэр летал (Су-24МР - самолет-разведчик. Примечание автора) в тот район. Ждем результатов дешифровки снимков. Но визуально лётчики ничего подобного не обнаружили. Несколько разрозненных групп по десятку человек, да две отары овец по тысяче голов. Или твои разведчики с перепугу баранов с бандюками перепутали? Гвардейцы, мать ити..."
"Товарищ генерал! Мне некогда выслушивать очередной бред и предположения. Мне нужен командующий!"
"Генерал Савельев, ты ничего там не перепутал? Ты с кем разговариваешь? Да я тебя..., под трибунал! Я начальник штаба, а не..."
Савельев не дал договорить Чижову: "Под трибунал пойдем вместе, если немедленно не поднимем авиацию и не нанесём удар..., авиационный и артиллерийский..."
"Авиации не будет! Буду я поднимать самолёты, чтобы погонять баранов по ущельям. Да..., вот... мне доставили снимки по вашим квадратам. Нет там таких сил. Ты слышишь? Нету! А огонь артиллерии не открывать! Ловушки должны захлопнуться. У меня всё!"
Генерал слишком спокойно положил трубку на рычаги. Жаль, что он сейчас не один. Приходится сдерживаться, чтобы не сказать пару ласковых...
Не знал ни он, ни Чижов, что время и район, где выполнял разведку Су-24МР боевики узнали от Звездина...
А к указанному времени основные силы попросту скрылись в "зелёнке" ("зелёнка" - лесистая местность, густой кустарник - примечание автора), оставив на виду для пущей убедительности несколько групп по 10-12 человек...
Рота Сомова оказалась в "клещах"...
Продолжение следует - здесь
Если история Вам интересна - можете поставить лайк, буду признателен Вашим комментариям. При желании подписывайтесь на канал и рекомендуйте другим читателям. Всем мира и добра!
#рассказы и повести #война #люди и судьбы #армия и спецслужбы #лихие 90-е