– Что вы знаете о Кючук Кайнарджийском мирном договоре?
– Ничего! Уверен, что так на этот вопрос ответит абсолютное большинство читателей. Как и на вопрос о Ништадском мирном договоре, который был заключён пятьюдесятью тремя годами раньше. Как и об остальных мирных договорах, которые заключало Российское государство на протяжении последних четырёх с половиной веков. При том, что все договоры были «мирными», это были очень разные по своему содержанию договоры. По условиям одних, территории российского государства расширялись, по условиям других – сужались. По одним, кто-то платил <контрибуции> России, по другим – она платила <их> кому-то. Есть обстоятельство, объединяющее все эти мирные договоры: во всех случаях их заключению предшествовали войны.
Войны, тоже, были разные, как по масштабу, так и по последствиям. Но во всех случаях, платой за мир была кровь граждан договаривающихся сторон. А редкие исключения, такие как Договор о ненападении, заключённый 23 августа 1939 года между Германским рейхом (нем. Deutsches Reich) и СССР лишь подтверждают правило: «Не бывает мира без войны, а войн – без мира». Даже разработке Договора о нераспространении ядерного оружия предшествовала война. Война, получившая название «Карибский кризис», государства – участники которой, только чудом удержались от перехода к горячей фазе конфликта.
Договор между США и СССР о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1), от 30-31 июля 1991 года и Лиссабонский протокол от 23 мая 1992 года были подписаны сторонами, также, по итогам войны. Холодной войны, победителем, из которой вышли США и им союзники. Вскоре после подписания договора СНВ-1, побеждённая сторона в лице – СССР прекратила своё существование, в полном соответствии с изречением «Горе – побеждённым» (лат. Vae victis).
После чего, вот уже тридцать лет, люди во всем мире, кто с искренней горечью, а кто с плохо скрываемым злорадством наблюдали, как победители, то мягко и дипломатично, а чаще – в грубой унизительной форме диктуют свою волю правопреемнику побеждённого государства. А правопреемник пятится и пятится назад, то жалобно скуля от обиды, а чаще – делая вид, что не заметил очередную оплеуху победителя…
Немногочисленные случаи непослушания, такие как: разворот над Атлантикой и бросок на Приштину (1999 г.), принуждение Грузии к миру и признание Южной Осетии и Абхазии (2008 г.), присоединение Крыма (2014 г.) и начало военной операции в САР (2015 г.), всякий раз преподносились внутреннему потребителю, как свидетельства возвращения Российской Федерацией своей субъектности в большой мировой геополитике, а у оппонентов вызывали жгучее желание отстегать негодников и сделать им больно. Что они каждый раз и проделывали умело и с удовольствием…
И вот, когда, казалось бы, что русский медведь обложен и изранен, политическое руководство Российской Федерации решает усадить своих заклятых партнёров за стол переговоров. И не каких-нибудь переговоров о смягчении санкционного давления или, о восстановлении межгосударственного дипломатического взаимодействия с США, а сразу о гарантиях взаимной безопасности, да ещё и с альянсом НАТО… По сути, предложения, сделанные Российской Федерацией коллективному Западу – это предложение установить, ни много – ни мало, новый мировой порядок. Порядок, в котором за Российской Федерацией должен быть закреплён не просто какой-то недискриминационный статус, а статус равноправного партнёра. По сути, это должны быть новые Хельсинкские соглашения...
Тут и возникает главный вопрос: Так что же такого случилось в 2021 году? Какие обстоятельства позволили политическому руководству Российской Федерации рассчитывать на то, что их предложения будут, если не приняты, то хотя бы рассмотрены? Прошедшие на этой неделе три раунда переговоров по гарантиям взаимной безопасности напомнили мне эпизод замечательного советского мультфильма «Вовка в тридевятом царстве» (Режиссёр Борис Степанцев. Студия «Союзмультфильм» 1965 г.). Помните, диалог незадачливого бездельника Вовки и Золотой Рыбки:
– Эй, Златая Рыбка! Я хочу, чтобы Ты…
– А ты сплёл невод? А ты его трижды закинул в море? А ты меня поймал? Палец о палец не ударил, а туда же – Я хочу…
Примерно в том же ключе на предложения РФ могли бы ответить и партнёры по переговорам:
– А вы уже объявили кому-нибудь из нас войну? А вы уже кого-нибудь из нас победили? Палец о палец не ударили, а туда же – Я хочу…
Contra spem spero (лат.). Снова, как когда-то в четырнадцатом, надеюсь вопреки ожиданию... Надеюсь, что, инициируя переговоры о гарантиях безопасности, российское политическое руководство ориентировалось на модели поведения других сказочных героев. Например таких, как Иван Царевич, который, прежде чем потребовать чего-то от Кащея Бессмертного выполнил целый ряд подготовительных мероприятий:
нашёл ларец, поймал зайца, сбил утку, заполучил яйцо и только достав из него волшебную иглу, начал переговоры с Кащеем…