Други мои, искренние мои! Пишите, подайте голос за эту бедную, грязную чернь! За этого поруганного, бессловесного смерда.
Т. Шевченко.
Эпиграфом к своей работе, я не случайно выбрал слова классика литературы.
Меняется всё: время, действия, конъюнктура бытности и умовоззрений. Но неизменной константой всех времён и действий, расплёсканных на полях исторического пергамента, остаются - обездоленность и невыносимые чаяния простого народа, людей, коих абсолютное большинство, но чьи судьбы так и не стали предметом даже мизерного внимания для сильных мира сего.
Писать об этом и говорить, что толку?! Но и молчать невозможно!
Я счастливый человек, правда - я владею словом. Но тем не менее индивидуум, читающий эти строки, может и усмехнуться, и разозлиться может, отбросив сие письмена в сторону с презрительным замечанием: " - Куда ж тебе до слова и овладеванием столь великим даром человечеству, самого Господа Бога!
Безусловно так - куда же мне?! Мне, захудалому писаке, неучу, из какого-то заскорузлого захолустья безымянного района N-ской области далёкой Сибири. Для чего мне вообще писать на сознательно острые, а порою и совсем "невозможные" темы? Для кого...?
И что я могу в своей писанине поведать нового, а тем более - донести?
Может быть и так...
Но с раннего детства, как только окунулся в волшебный и святой мир книги - у меня появилась душа, цельная, взаправдашняя, с непоколебимой верой в людей. Этот мир приподнял для меня тяжелый занавес тысячелетий, а в их лабиринтах я узрел историю целых цивилизаций, с полнокровными народами и отдельными личностями - представителями сих.
Так же скажу одно и совершенно точно: сколько бы веков, народностей, поколений и событий не мелькало пред моим взором со страниц гениального изобретения человечества (книги) - всегда и везде, невыносимо тяжёлой мантией нескончаемого шлейфа, тянутся невообразимые тяготы и лишения обычных и простых людей (рабочей-крестьянского слоя), обездоленного большинства. Не писать и не страдать за это - не могу. Я целиком и полностью на стороне отвергнутых, обиженных и затёртых в "дьявольских жерновах" несправедливой жестокости к себе подобным со стороны власть имущих.
О, и как же остро я чувствую это состояние моих современников! Я и сам - ярчайший представитель низов. Вся моя жизнь, с ранней молодости и до сего момента - череда мытарств, порою безнадёжных и безумных, но грузом тревог и могучего опыта осевших на моём сердце. И как говорил великий художник еврейского происхождения Хаим Сутин: "Художник не имеет права, не должен быть благополучным, иначе он потеряет способность ощущать беды и тревоги других людей, бедняков, униженных и обездоленных, которых на свете гораздо больше, чем сытых и довольных". От себя добавлю: одарённый художник, страдает и невыносимо мучается, созерцая истинную несправедливость к своим братьям - людям. Овладев словом, пусть даже в ничтожной степени - я изо всех сил буду бороться с мракобесием двадцать первого века, на всех фронтах. Иначе нельзя. Иначе просто не могу.
