Если нужно отправить письмо – я еду на эту почту, находящуюся в захолустье. Очередь там бывает редко; есть огромный стол, за которым могут разместиться 3 человека, а начальница отделения – обаятельная молодая женщина. Я писала адрес на конверте, когда услышала голос над собой.
- Вот сделают нам гадость, а потом хотят, чтобы мы за них голосовали! – Женщина лет 60-ти стояла напротив приемного окна. В одной руке ее было письмо, которое она, видимо, только что прочла, другой она держалась за сердце. – Я сейчас отойду, я понимаю, что вам всем мешаю. Я только в себя приду от прочитанного.
- Вы не мешаете, - сказала я. (Другие клиенты заполняли за столом бумаги.)
- Нет, мешаю, дайте мне пару минут прийти в себя и я уйду.
- Хотите, я посмотрю ваше письмо? Я юрист, может, смогу помочь.
- Тут уже ничем не поможешь! Вы не понимаете…
Судя по фамилиям деятелей, о которых в негативном ключе стала отзываться женщина, мы все пришли к выводу, что обидела ее наша соцзащита, яркими воспоминаниями о которой поделились другие клиенты почты. Выяснялось, что, чтобы получить полагающиеся им деньги, людям приходилось слать жалобы 10-ками во все возможные организации, за исключением разве что ООН.
Мне тоже было, что вспомнить. Как-то губернатор Воробьев пообещал всем лицам старше 70 лет дать 5000 р. Пояснил, что заявление для этого писать не надо – выплату вместе с пенсией принесут. Мой отец долго ждал, когда же наступит это событие, пока не выяснилось, что деньги вместо ПФ поступили в соцзащиту. Когда же отец обратился туда, ему сказали, что старый год закончился, а в новом ему его денег уже не дадут. Отец так и не понял, почему, отработав 40 лет на местном заводе, на старости лет он столкнулся с таким отношением…
- Ну с соцзащитой все ясно, - сказала женщина. – У меня все гораздо страшнее.
Похоже, она про нашу местную медицину, о которой у всех посетителей почты были особые воспоминания.
Пошла я намедни в поликлинику прививку сделать. Оба лифта там не работали, что, судя по словам знакомых, в 2021 г. уже норма. Добиралась до 6-ого этажа я долго, т.к. впереди меня по лестнице поднимались к травматологу люди на костылях. Дедушку, который проходил предварительный осмотр до меня, угораздило что-то спросить у врача. Больничные стены к удивлению тех, кто был в очереди, крик доктора выдержали. Дедушка тоже. Видно, он был глуховат. А вот мне не повезло, ибо я шла вслед за ним и юный врач, походу, не доругался. Как выяснилось, он мог похвастаться не только выдающимися голосовыми данными, но и размерами тела. И пока я размышляла, не провалится ли под ним стул или наличие желеобразной субстанции тела минимизирует риски возникновения этого казуса, субстанция заявила, что мой осмотр проводить не будет. Главврач, к которой я пришла, чтобы решить вопрос, смотрела на меня так, будто я ей должна миллион. Но я решила за лучшее не уточнять, когда же заняла, тем более, что было ясно, что вести высокоинтеллектуальную беседу с главврачом, которая за год не сообразила перенести кабинет травматологии на первый этаж, коли уж она не может добиться нормального ремонта лифтов, нет смысла.
– Идешь: все проржавело, прогнило, еще и это!!! - возмущенно добавила женщина.
«Опять деревья в нашем городе вырубили», - предположили мы. Женщина ушла.
Я подошла к окну.
- Честно говоря, я так и не поняла, о чем письмо.
Начальница почтового отделения улыбнулась.
- У меня не было возможности вам подмигнуть – она стояла ко мне лицом и размахивала письмом. Я-то видела, что там было.
- И что?
- Новогоднее поздравление.
- ???
- Да, просто запоздавшее новогоднее поздравление.