Предыдущая часть
Бекманн еще сильнее ускорил шаг. Ноги привели его в знакомую чайхону, куда чаще всего ходили завтракать немцы, как военные, так и гражданские.
Посетителей было не много: турецкий офицер за низким столиком со скрещенными ногами и двое штатских, по виду немцы. Нужно аккуратно выяснить, что произошло в городе за последние дни? Но для этого придется рассказывать всю историю от начала до конца, а этого совсем не хотелось. Поэтому он не стал подсаживаться к посетителям, а выбрал отдельный столик. На корабль долетали разные отрывочные слухи о партизанах и об ограблении банка, но он не воспринимал их серьезно. В закрытом пространстве корабля нередко слухи были всего лишь чьей-то фантазией. К тому же все внимание его сосредоточилось на Иоле и малыше.
- Доброе утро, господин офицер! – толстый чайханщик наклонил к нему свою лоснящуюся улыбку.
- Доброе утро! Гренки, молоко, кофе, яичницу из трех яиц.
- Одно мгновение! – чайханщик скрылся за тканью и кому-то быстро проговорил на турецком заказ.
- Эй, уважаемый! – майор позвал чайханщика.
Посетители подняли головы. Но их интерес длился не более двух секунд.
- Да, господин майор!
- Скажите! – майор говорил на турецком с едва уловимым акцентом. – Я провалялся на корабле с инфлюэнцией и ничего не знаю о последних событиях.
- О, да как вам сказать. В общем, ничего хорошего. Как давно вы заболели?
- Да десять дней точно!
- Ну тогда нужно начать с того, как кюмакам Шахин покарал неверных одного села. Они не хотели давать людей для амеле тамбуру. – чайханщик замялся. – Или не заплатили откупные. Одним словом, он их покарал, после того, как они оказали сопротивление. Справедливый и мудрый визирь просто так никого бы не стал наказывать. Но эти собаки ушли в горы к партизану Василеосу Анфополусу. Люди говорят, - чайханщик низко наклонившись, зашептал, - не обошлось без колдовских чар. Турецкий летчик попал под воздействие некоей Марии и стал воевать против нас. Мы понесли большие потери и вынуждены были отступить. Но ведь немецкие инженеры придумают, как сбить этот самолет?
- Придумают. – кивнул Бекманн. И бросил на стол монету.
- А здесь, в городе, произошло ограбление Тукиш-тревел. Так до сих пор не понятно, кто эти грабители! Одни говорят, что видели, как из банка последним выходил разносчик с корзиной на голове, другие уверяют, что какой-то немецкий офицер гонялся за турецкими пехотинцами. Или они все вместе за кем-то гонялися. Поди там разбери.
- Разносчика допросили?
- Кого же допрашивать, господин майор? Его нашли мертвым неподалеку от гостиницы «Понт». Парень еще тот: сильно переживал по поводу своей заячьей губы, поэтому всегда носил на лице платок. Перед этим его видели. Он избил какую-то женщину, а та везла на телеге детей. Вроде их покалечили албанцы во время той операции кюмакама Шахина. Но не берусь утверждать.
Бекманн крутнул на столе вторую серебряную монету.
- И да, - тут же продолжил чайханщик, - кюмакам Шахин пошел за подкреплением, поскольку в Амисе дислоцируется целый полк, но оставил капрала Калыча защищать лагерь. Так вот, капрал пришел весь израненный с шестерыми солдатами. Весь их лагерь забросал минами тот летчик, что перебежал. Уж не знаю, правда или нет, но люди говорят, Калыч пообещал отомстить Шахину, поэтому обратился к албанцам. В ту же ночь особняк визиря подожгли. Сгорел дотла. Такой красавец! И куда Аллах смотрит!
- Продолжайте! – Бекманн достал третью монету.
- Карадюмак Шахин пришел в ярость и велел найти и казнить поджигателей. Сержант Бурхан Кучук и его жандармы быстро смекнули что к чему и схватили Калыча. В ту же ночь их расстреляли. А на завтра назначен большой пир по случаю, опять же, говорят, примирения албанца Гюрхана Далмы и кюмакама Шахина. На нем даже будет присутствовать сам санджак-бей Озтюрк Саид.
- Примирение – это правильный путь! – протянул майор, задумчиво глядя за плечо чайханщика.
- Вы о чем-то задумались, господин майор? – чайханщик жалостливо повесил голову.
- Да. Интересная история!
- Примирится нужно обязательно. – закивал турок. – Мы одной веры с албанцами. Много веков вместе сражаемся против общего врага. И, если, ийя-ллах, албанцы покинут нас, то мы сильно ослабеем. Их нужно удержать любой ценой.
- И последний вопрос. – в тонких сильных пальцах майора блеснула еще одна серебряная монета.
- Весь во внимании?
- Не приходилось ли вам видеть за последнее время странных людей в вашем заведении?
- Что вы имеете в виду?
- Ну может необычное поведение? Или странность в одежде и во внешнем облике? Может, - Бекманн бросил взгляд на дорогу, по которой хромал старый мул - животные?
Чайханщик задумался. И хлопнул себя по лбу.
- Вроде и странные, а вроде обычные. Но скорее первое. Заходил тут ко мне один немецкий майор в сопровождении двух пехотинцев. Вот и бакенбарды у него такие же, только один всегда отклеивался. – чайханщик хохотнул. – А у вас настоящие?
- Можете подергать!
- Э, ну зачем же так, господин майор. Мне ли дергать за волосы иностранного гостя!
- Продолжайте.
- Ну да. Видок у них был, надо сказать, затрапезный. Пехотинцы чумазые и форма, как будто они в грязи вывалялись. Сам офицер тоже смешной – мало того, что бакенбард отклеивался, так он вообще какой-то смуглый. Я даже часом подумал, уж не восточный ли он человек. И еще, чайханщик опять захихикал, - коляска у них самая что ни на есть деревенская, вся грязью заляпана и лошадь худая и не породистая. Вот не знаю, странно это или нет?
- Да в общем ничего особенного! – майор сделал вид, что не удивился. Но сам все больше приходил к мысли о том, что этих троих надо обязательно получше рассмотреть. Хотя! Ведь ничего не видел в ту ночь: ни лиц, ни одежды, ни фигур. Только голос, прохрипевший фразу: «Падайте. Вы сражены!»
- Значит, говорите, повозка деревенская?
- Да. Обычно господа иностранцы выбирают получше. Но потом они ко мне приезжали на другой коляске. И я подумал, наверно ездили по делам на той деревенской, мало бывает!
- Вы совершенно правильно подумали. Скорее всего офицер занимался на выезде каким-нибудь инженерными работами. А обратно добрался, что называется, на чем подвернулось. Вы не обратили внимания, какие у него были петлицы? – Бекманн отогнул воротник на кителе.
- Конечно, обратил. Я всегда обращаю на петлицы внимание. Очень ведь интересно, кто к нам и за какой надобностью приезжает. Вот в точности такие, как у вас.
- Угу. – протянул Бекманн. – Тогда точно ничего необычного. Это петлицы инженерных войск.
- Да-да. – закивал чайханщик.
- Наверно, мотались куда-нибудь за город по причине сооружений. – сердце Бекманна екнуло. Из представителей инженерных войск он был единственным. Но турки об этом знать не могли.
- Само собой, господин майор! Но я с вами неприлично долго задержался. Мне пора.
- Последний вопрос?
- Какой? – турок суетливо поглядывал на заведение, переминаясь с ноги на ногу.
- А где живет сейчас Карадюмак Шахин? Вы говорили, в отеле? А, если точно?
- У меня нет времени, уважаемый господин. Нет времени.
Но в пальцах Бекманна сверкнула монета с изображением Мехмеда V, выпущенная в честь его восшествия на престол. Монета являла собой сплав золота самой высокой пробы и дорогого кувейтского серебра.
Чайханщик нервно сглотнул. И, наклонившись, прошептал на ухо майора:
- Отель «Понт», третий этаж. Номера комнаты не знаю. Похоже, что весь этаж.
- Хорошо. Благодарю вас.
- Завсегда к вашим услугам! – турок несколько раз раскланялся и заспешил на кухню. После такого подарка, несколько дней вполне можно было не работать.
Продолжение