После окончания средней мореходки дальнейшая жизнь казалась простой и понятной. Поступить на заочное отделение в институт инженеров морского флота, что давало возможность стать в перспективе капитаном дальнего плавания. Никаких других вариантов я даже не рассматривал. Не очень задумывался и о вполне реальной возможности призыва на военный флот. У нас учились несколько ребят, отслуживших в армии. Правда никто из них не служил на флоте. Их рассказы о дедовщине и прочих прелестях армейской жизни особого желания идти служить не вызывали. Было даже убеждение, что служба кроме выброшенных трёх лет ничего не даст. Действительно, чем отличается работа штурмана, механика на судне и корабле? Мы считали, что ничем. К тому же нам предстояло служить не штурманами и механиками, а простыми матросами. Значит, терять квалификацию. Например, о существовании такой специальности, как штурманский электрик, я узнал уже после принятия присяги. И это меня сильно удивило, потому что на судах торгового флота этим хозяйством занимался третий помощник капитана - штурман. Такие же познания были у нас и по другим вопросам службы на военном корабле. В общем, ничего мы не знали.
Время от времени возникали разговоры на эту тему. Кто-то что-то где-то слышал, кто-то кому-то что-то рассказывал о том, что на торговом флоте возможность "откосить" была, хотя и не очень большая, но вполне реальная. Для этого нужно, чтобы во время призывной кампании весной и осенью судно, на котором работаешь, находилось где-то за границей. Лучше подальше от родных берегов. Например, если попадешь на большой зерновоз, рудовоз и пр. Зерновозы в то время уже на постоянной основе возили зерно из США, Канады в Союз. Это не рекламировалось, в газетах писали только о рекордных урожаях пшеницы, особенно в сравнении с 1913 годом.
Ещё лучше было попасть на фрахт, когда судно в течение длительного времени работает на какую-то иностранную фирму. Но в эту группу судов ещё надо было попасть. Желания никто не спрашивал. Как оказалось, самым надежным было наличие хорошей "тяги" в пароходстве или где-то повыше. А такие всегда находились.
Ещё шанс появлялся, если человек хорошо себя зарекомендовал как специалист и просто "вписался" в экипаж. Здесь уже часто включались и капитан и помполит. А они могли сделать многое по своим каналам. За хороших механиков, мотористов, электриков, радистов, штурманов держались обеими руками. Матросы палубной команды, рулевые были в худшем положении - их легко и безболезненно было заменить. Поэтому их "сдавали" в первую очередь, за очень редким исключением.
Ещё один тоже небольшой шанс давало то обстоятельство, что отношения между военкоматами и пароходством были несколько прохладными. Я не знаю реальные цифры, но текучка кадров в пароходстве всегда присутствовала. Кто-то уходил по "залёту" на качественной пьянке, или терял "облико морале". Иногда за границей для этого достаточно было сходить на идейно враждебное кино и не дай бог с элементами порно. А посколько в город ходили исключительно группами по несколько человек во главе со старшим, то рано или поздно информация могла дойти до помполита, а они не дремали. Доставалось всем, но кого-то назначали организатором, которого могли списать на берег в первом же советском порту. Поводов для списания было всегда достаточно, например, когда таможенники начинали по наводке переворачивать всё вверх дном. Не всем удавалось вернуться потом на загранрейсы. Историй таких великое множество.
Ну и, наверное, самое главное. Романтика моря, какие-то материальные блага рано или поздно сталкивались с реалиями морской службы. На самом деле она очень не простая. Оторванность от семьи, от дома иногда на несколько месяцев, ледяной ветер осенью и зимой. И конечно хороший шторм тоже плохо влияет на романтизм. Говорят, что морской болезнью страдают все. Но она у разных людей проявляется по разному. Два моих однокурсника ушли сразу же после первого выхода в море на ялах под парусом. Зрелище, конечно, было "не очень". Некоторые могли спать сутками. У меня, например, появлялся жуткий аппетит на вахте. Но как только вахта заканчивалась, аппетит куда-то исчезал. Об особенностях и приключениях во время приёма пищи, особенно, жидкой можно написать отдельный рассказ.Вообще на вахте, когда занят, шторм переносится легче. Потом ложишься спать и появляется серьёзная проблема - как поспать, одновременно уцепившись руками в кровать, чтобы из неё не вылететь. И вот в такие моменты рано или поздно приходит мысль "на хрена это всё надо". Потом шторм проходит, сияет солнце, чайки за кормой, дельфины сопровождают, шикарная рыбалка где-нибудь на рейде в ожидании разгрузки. И всё забываешь до следующего шторма. Но забывали не все и иногда уходили. Да разве дело только в штормах. На самом деле это тяжёлый хлеб.... Моё пребывание в море тогда ограничилось тремя практиками и тремя месяцами работы после окончания училища.
Что-то я далеко уехал от темы.
Так вот "косить" от службы надо было, если не ошибаюсь, до 27 лет (или до 26, точно не помню). Либо заиметь двоих детей. Наверное это кому-то удавалось. Я из пролетариев, поэтому попал на судно, которое работало на коротких рейсах в Европу и северную Африку. Всё было хорошо до момента, пока мы не пришли в порт приписки (это не так часто бывало). Именно в этом случае возможность "откосить" равнялась нулю. Здесь даже "тяги" не помогали. На следующий день после швартовки я и ещё два матроса получили повестки и через неделю были уже далеко и надолго.
На службе встретил парня из моего призыва, который "загремел" за два месяца до нужного срока. У него был ребёнок, вскоре родился второй. Работал он мотористом на танкере в Новороссийске. Попался так же как и я - в родном порту. Служба у него сложилась хорошо. "Годков" сразу поставил на место. Специалист он был отменный. На втором году сменил мичмана на должности механика корабля, уволился главным корабельным старшиной. И не жалел о потерянных трёх годах. Ему обещали квартиру и золотые горы, чтобы остался, но он вернулся на торговый флот.
И я никогда не жалел. Более того я благодарен тому времени, тем людям которые многому меня научили - жить по совести.
Моряков бывших не бывает. К сожалению, мне не удалось вернуться на торговый флот. Перекрыл мне дорогу один капитан-лейтенант с пристальным взором. Но это уже другая история.
Скоро будет 51 год после последней швартовки на торговом флоте и 48 лет, когда я распрощался с ВМФ. Вроде всё в жизни сложилось, но время от времени приходит мысль, что прожил не так как хотел, всё что было после флота - это не моё, это вопреки.........