— Ну всё, хватит себя изводить! — Димка отодвинул в сторону компьютер и легонько толкнул в плечо. — Мозгу нужна подпитка, и, хотя ты не любишь Олю, она наверняка что-нибудь съедобное сварганила к возвращению предков. Пахнет волшебно.
начало рассказа-триллера: "Семейный секрет Горюновых" (21) ... (назад к 20)
От его слов оцепенение спало и живот скрутило от голода — не могу вспомнить, когда я вообще ела в последний раз.
— Ой, точно! А как же Маша? Мы же её не покормили? — захлопала ресницами, поздновато спохватившись, что вроде как должна заботиться не только о себе.
— Не переживай, у нас же есть Аня. Золотой человек! — Димка подмигнул и склонился в дурашливом полупоклоне, приглашая присоединиться. — Ваше высочество, извольте отобедать, и, пожалуйста, не ссорьтесь с моей несносной младшей сестрой, а то я вас отшлёпаю. Лады?
Дима скорчил рожицу и вдруг набросился, шутливо повалив на кровать и каким-то чудом умудряясь щекотать стопы, хотя брыкалась я зверски. В конце концов, я швырнула в него все доступные подушки и спаслась бегством. Мы вместе ввалились на кухню, хохоча и держась за руки, и наткнулись на всё семейство разом.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Сквозь арку в столовую я видела их, сидящих за отменно сервированным обеденным столом и поднявших на нас одинаково прекрасные, безупречные лица, но взгляд застыл на Иване Горюнове, больше всего похожем на сказочного царевича, заколдованного быть властным и жестоким, настолько не вязалось холодное выражение глаз с обманчиво добродушной внешностью. Горюнов насмешливо наблюдал за нашей вознёй, как смотрят на разыгравшихся щенят, случайно напрудивших лужу на старом ковре. Ковёр-тоне жалко, но вот шалости спускать нельзя.
— Что, голубки, всё-таки вышли из комнаты? А я уж думал, вы там до утра уединились, — в тоне читались раздражение и усталость и я почувствовала болезненный укол — моё присутствие явно не ко двору. Не то, что бы я жаждала им всем понравиться, но ведь родные вышвырнули меня, отправив именно сюда, так что выходит не очень-то радостно.
— И-извините, — выдавила еле слышно, а Димка удивлённо встряхнул меня и потащил за стол.
— Ну и что у нас тут вкусного? — он приподнял крышку красивой супницы и шумно принюхался. — Оль, твоих рук дело? Да за такое сразу прощаю, что ты опять цепляла мою любимую женушку, но тебе всё равно стоит извиниться.
Оля лишь фыркнула и закатила глаза, а вот Аня смущённо зарделась и тихо произнесла:
— Это я.
— Аня, ты чудо! — Дима щедро налил себе и мне по тарелке.
— Просто я знаю, что вы это любите, — Аня уже искренне, от души улыбалась, а я вдруг поняла, что все, включая мою маленькую дочку, нежно и с благодарностью смотрят на няню. Её взгляд споткнулся на мне, но она тут же заботливо наклонилась к Маше, предлагая добавку.
Горюнова кашлянула и немного искусственно похлопала меня по плечу.
— Милая, тебе не за что извиняться. Мы так рады, что ты с нами. Правда, Ваня? — она требовательно повернулась к мужу.
— Разумеется. Что бы мы без нашей Полины делали! Боюсь представить, — Горюнов многозначительно шевельнул бровями и я не смогла определить, это был сарказм или просто намёк на известную всем историю. Всем, кроме меня.
После ужина Маша подбежала, чтобы крепко обнять и пожелать спокойной ночи, и испарилась прежде, чем я задумалась, не нужно ли мне купать её или читать сказки перед сном . Все незаметно разбрелись, оставив главу семейства в одиночестве у фальшивого камина. Не знаю, как набралась храбрости, но прошмыгнула туда и села в соседнее кресло.
— Я вам не нравлюсь, — даже не спросила, а с грустью сообщила ему.
— Я бы так не сказал, — Иван Горюнов с любопытством уставился на меня, словно заново оценивая, — ты храбрая. И сильная. Ты в полном порядке.
— Но вы мне не рады. Нет, я не удивлена, кто же захочет женить сына на психованной барышне. Тогда почему я тут? Неужели не смогли помешать?
— В отличие от всех остальных, я не считаю, что тебе нужно врать и беречь психику, так что скажу откровенно. Твой отец замял тот случай и мы ему безмерно благодарны. В итоге все даже выиграли, разве не так? Кроме ребёнка. Девочка заслуживала нормальную мать, а не такое посмешище, как ты. Когда ты в последний раз вела себя, как положено? Сомневаюсь, что ты это вспомнишь, так что не трудись давить на жалость. Почему бы не вернуться к тому, что тебе по-настоящему по душе — развлекать моего сына? Быть любезной совсем не обязательно.