Витька идиот свято поверил в то, что все прошло удачно, посчитал это разрешением на запой и помчался в магазин. Запой мне тоже не нравился, это растянется дней на семь, Витька не будет ходить на работу, будут сплошные скандалы, интриги, расследования, но выбора то у меня особо не было. Но была идея на сегодняшний вечер, посидеть рядом с Пашкой. Именно посидеть. Потому что все у меня внутри болело от Витькиной любви! А сколько таких тупых мужиков по свету ходит, которые женщину не ласкают, а рвут на куски? Да ещё гордятся своей тыкалкой! Отрубить бы её на фиг, чтобы разочарования не было!
Пришёл он счастливый, с тремя бутылками водки. Время был обед, поэтому терпеть мне его ещё в лучшем случае, часов семь, а в худшем до утра, а потом, с выпученными глазами идти кидать шкурки. Но у меня был работающий вариант усыпления этого монстра. Надо было в водку добавить снотворного. После того, как выйдет из запоя, он будет рассуждать о том, какая была мерзкая водка, голова у него какая то чудная. Зато для меня этот запой проходил более-менее спокойно. Вместо 10 оплеух я получала две, и меня не успевали погонять ножом или топором.
И я пошла искать у мамы снотворное. Нашла. Димедрол. Взяла упаковку и пошла дробить, на малюсенькие кусочки, ведь подсыпать это можно будет только тогда, когда он хотя бы слегка опьянеет, и ему, в его хлебало можно будет быстро залить пару рюмок. Димедрол делал водку мутной, и это на трезвую голову было заметно. Да и он на свою пьяную голову тоже бы заметил, поэтому требовалось применить фантазию, и как то влить в него водку со снотворным. И у меня получалось, ведь от этого зависело моё спокойствие.
Нет, мне не было стыдно, я не боялась, что он может сдохнуть от этой адской смеси. Мне не понятно сейчас одно. Зачем я с ним жила. Это был не человек. Я говорю это обдуманно, поверьте мне. Если мужчина может ударить беременную женщину, он одномоментно лишается этого статуса. И я это понимала. Но никаких попыток расстаться с ним почему то не делала. Я терпела его пьянки, скандалы, безденежье, но все равно позволяла жить ему рядом, почему? Нет ответа на этот вопрос, ни тогда, ни сейчас.
В, общем, я расстаралась, и залила в него две рюмки с димедролом, в них было таблеток пять димедрола ,лошадиная доза. И я сильно надеялась на то, что эта доза его срубит. А сама пошла заниматься домашними делами. У меня до сих пор на улице стоял бак с постиранным бельём, которое я не успела повешать из за Витьки. Каково же было моё удивление, когда я увидела, что все белье разрешено, а бак висит на столбе от забора. Я догадывалась, кто мне помог. Взяла бак и увидела, что в одной из ручек торчит записка.
Конечно её туда поместил Пашка. Слов было мало:"Освободишься, сядь на лавочке перед нашим кухонным окном". Понятно, Пашка завёлся. Но это был не тот завод. Мы классно провели сутки, и даже с учётом нашей молодости, нам не нужно было ещё чего то. Но я это пойму позже. Пойму почему люди бегут налево, почему не хотят идти домой, почему не хотят видеть родителей. А тогда я поняла одно, Пашке плохо, и ему нужна поддержка. Да я и сама постоянно нуждалась в поддержке, поэтому и бегала по чужим койкам.
Но в данный момент, я не могла пойти ни на какую лавочку. Я не знала, в каком состоянии Витька, дома не было мамы, не на кого было оставить Ольгу, и на улице было светло, а до сумерек было часа три-четыре. Поэтому я выбросила записку в подвальный люк и пошла домой. Ну пошла так, как обозначила выше, как на расстрел. Дома пока все было хорошо, да и не было меня всего 5 минут. Ольга спала, Витька пил и закусывал. Ничего не изменилось. Состояние Витьки тоже. А может еще добавить таблеточек?