Дочки-матери
Даже если мама - Барби, а папа - Кен... Как бы ни менялись времена и нравы, девочки не перестают играть в "дочки-матери". Это старейшая детская сюжетно-ролевая игра, которая имитирует взрослую семейную жизнь. Инициаторами игры выступают обычно девочки, которые играют иногда и мужские роли, однако порой в игру вовлекаются мальчики. Жестких правил не существует.
После скандальной истории с портретом Сталина бабушка Фрося отправила меня к дяде Юре в Нижнюю Омру. Может, причиной моей ссылки стала другая история. Одной из двух соседок по коммунальному бараку была одинокая женщина неопределенного возраста (про таких в Израиле говорят לכולם -доступная). У нее была дочь примерно моего возраста. В один прекрасный день, когда все жильцы ушли на работу, она пригласила меня в свою комнату. Единственное окно было завешано байковым одеялом, в комнате был полумрак. Девочка предложила мне поиграть в дочки-матери, вернее, я должен был изображать папу, а она - маму. Мы легли на кровать, и она велела мне снять трусы, лечь на нее сверху и двигаться. Сама она была уже без нижнего белья. Я первый раз играл в такую интересную игру и совершенно не знал правил. Как я понял потом, девочка не впервой развлекалась подобным образом. Она направляла мои действия, вернее мой писюн, который от манипуляций с ним стал твёрдым. Эта игра мне очень понравилась, и каждое движение доставляло мне несравнимое ни с чем удовольствие. Это было слаще и вкуснее, чем голая карамель, которой угощала меня бабушка Фрося. Я был очень благодарен соседской девочке, которая научила меня этой игре в дочки-матери. Мы так были увлечены игрой, что не услышали, как вернулась баба Фрося. И тут второй раз в жизни мои ягодицы испытали жесткое прикосновение бабушкиного ремня, которым она подпоясывала фуфайку, когда выходила на улицу. Досталось и моей партнерше по игре. На следующий день баба Фрося собрала мои нехитрые пожитки и отвезла на рейсовом автобусе в Нижнюю Омру, где жил ее сын дядя Юра со своей женой и двумя чудными мальчуганами 5 лет. Близнецами.
Дядя Юра работал художником оформителем в местном клубе, а его жена, очень эффектная женщина то ли бывшая актриса, то ли участница художественной самодеятельности, работала кем-то в том же клубе. Дядя Юра был профессиональным художником. Это я понял сразу, как только он простым карандашом нарисовал мой портрет. С тех пор я пристрастился к рисованию, очень любил рисовать натюрморты со стеклянным кувшином. Кувшин правда получался у меня кривобоким, но интерес к рисованию остался на всю жизнь. Близнецы, казалось бы, не проявляли интереса к рисованию. Но однажды, когда вечером дядя Юра с женой ушли в клуб, в котором крутили новый кинофильм, меня оставили за няньку. В квартире было тепло, на улице было темно и холодно, мальчики тихо играли в свои детские игры, и я не заметил, как уснул. Проснулся я от визгливого крика жены дяди Юры и плача близнецов. К этому времени их родители вернулись из клуба и не узнали свою квартиру. Оказывается, пока я спал мелкие проказники развели порошковую синьку, которой подсинивали белое постельное бельё, и добросовестно покрасили синим цветом всё, до чего могли дотянуться их шаловливые ручки. Стены, мебель, обувь, стекла окон., но не успели покрасить пол - родители вернулись. Жена дяди Юры пыталась обвинить меня в недогляде, но тот остановил ее: какой спрос с няньки чуть старше их детей. Как только открылось судоходство на реке Печоре, меня отправили на первом же пароходе в Комсомольск-на-Печоре, где жила моя мать. Но об этом - другая история.