Это был первый козлик, родившийся крупным и здоровым у старой Белки. Моим родителям, тогда ещё только начинающим козоводам, кто-то сплавил старую и немолочную Белку.
Дело было в самом начале 90-х годов, в деревне выживали как могли. Де ржали огороды, скотину. В хозяйстве у нас были ручные куры, которых вырастили из суточных цыплят, старая коза, дважды приносившая крохотных козочек, много кроликов. К счастью, в это году родился ладненький и крупный козлик, которого я сразу же назвала Кузей.
Пока Кузьма был маленьким, он выступал постоянным участником наших игр - носился за нами по полянке, весело подпрыгивал, смешно бодался своим безрогим ещё лбом. Так смешно: упрётся задними ножками, выгнется весь и лбом давит в ладонь. Как все малыши, он был очень забавным. Смешно мотал ушастой головой, когда около него летали мошки или комары, быстро крутил сереньким хвостиком, когда ему давали что-то вкусненькое, презабавно скакал боком.
Подростком козлик начал доставлять много хлопот своим хозяевам. Во-первых, он начал убегать. Коза у нас всегда привязанная к колышку гуляла, а Кузя с ней. Теперь же он убегал постоянно- приходилось искать его по всему посёлку. Несложно догадаться, что искать приходилось мне.
Во-вторых, козлик начинал входить в силу, пел свои бесконечных козлиные любовные песни и охотился за старушками. Взрослые козы его не подпускали к себе, больно придавливали рогами к стене, пыряли, отчего Кузька жалобно блеял. Зато он смекнул, что старухи не дадут такого отпора, и смело гонялся за ними.
Идёт в огород Маманечка не спеша или Манюшка, а сзади нагоняет Кузя, начинает петь свою вечную песнь и хватать бабок за подолы платья. Бабки сначала смеялись и трепали разбойника за уши, пока он однажды не повалил миниатюрную бабулю Маманечку и не изглодал и не обслюнявил ей весь подол. С тех пор родители решили, что Кузьма стал большим и пора его привязывать.
Мне было жаль Кузьку. Он с детства не был приучен к ошейнику, поэтому всё время жалобно плакал, путал ноги в верёвке. Но его свободолюбивая натура и ежедневно возрастающая сила и упрямство помогали вырвать металлический колышек из земли и убежать по своим делам. С каждым разом приводить его на место пастьбы было всё труднее. Он сильно упирался, подпрыгивал, норовя выбить верёвку из рук. Однако общественное спокойствие было важнее, и его привязывали.
Но однажды он всё же проявил свой козлиный нрав. А было это так. Козы паслись весь день на улице, только во время сильной жары их переводили с луга в более затенённые места. Одним из таких мест была полянка перед домом моей бабушки. К её соседке Тоне приехали какие-то дальние родственники из Москвы и поставили на эту полянку машину. Мерседес. Тогда это было большой редкостью - увидеть в 91-92-м году вдали от столицы иномарку. Полпосёлка пришло посмотреть на это чудо. Ребятня заглядывала внутрь салона, малышня стояла около машины, ожидая хозяина, чтобы попросить прокатить. Взрослые автолюбители собрались поодаль и делились впечатлениями об иностранной технике. Ну, а Кузьма пытался понять, чем пахнет эта металлическая громада. И вот на виду у всех наш козёл ловко подпрыгнул и оказался на капоте мерседеса, решив, видимо, проверить прочность металла. Зрители ахнули, кто-то засмеялся, кто-то попытался стянуть козла. А он гордо стоял и осматривал публику, даже пытался копытом попробовать гладкость металла.
Кто-то из моих родителей его аккуратно снял, убедился, что машина не пострадала, и воткнул колышек от греха подальше - возле колонки. Публика тоже вскоре потеряла интерес к машине и разошлась, ну, а мы пошли с бабушкой обедать. Выйдя из дома часа в четыре, мы ахнули от удивления - Кузя гордо возлежал на капоте мерседеса, в теньке, и щекотал свой бочок рогом. Колышек с верёвкой, к счастью для нас, валялся на траве у машины. Стянув упрямца и закрыв его в сарае, мы возблагодарили судьбу, что Кузька запрыгнул на капот без штыря и чудом не поцарапал иномарку. Видимо, не понравилось ему, что заняли его полянку.
Вот такой козлик был у нас.