Проводя испытания с самыми различными средствами поражения самолетов союзников, в люфтваффе понимали перспективы использования различных видов реактивных снарядов. Сразу укажу, - терминология снаряда и оружия - мина и миномет, в данном случае правильная и осознанно указана, а НУРС- их стали называть в другую эпоху и в другом месте, а тут речь идет о Германии времен ВМВ.
Гауптман Гейер и пилоты E.Kdo 25 (специальная испытательная команда 25) извлекли уроки из испытаний с реактивными снарядами RZ 65, что точно попасть и сбить самолет сложно, но тактическую ценность рассредоточения бомбардировщиков союзников в плотных боевых построениях (Pulks)- оценили, чтобы можно было ослабить их оборонительный огонь и вызвать замешательство в строю, выбить и изолировать отдельные бомбардировщики, заставить их- "раскрыть" строй . В этот момент истребители могли вести более ближний бой не опасаясь концентрированного заградительного огня и эффективно использовать свои пушки и пулеметы, чтобы сбивать отдельные бомбардировщики. Однако же- для этого требовалось более мощное оружие, способное нанести серьезный урон вражескому строю.
Один из вариантов заключался в использовании армейского вооружения, предназначенного для наземных боевых действиях, — 21-сантиметрового реактивного миномета Nebelwerfer 42. В докладе, прочитанном авиа техническому комитету 27 октября 1942 года, полковник штаб-инженер Гюнтер Восс, теоретик авиационного вооружения, объяснил концепцию использования адаптированного миномета большой дальности:
Любое вооружение, позволяющее истребителю нанести удар по большому строю бомбардировщиков с тыла, должно иметь возможность вести огонь из-за пределов эффективной дальности действия оборонительного вооружения противника. Несмотря на это, оно не должно ухудшать летные характеристики самолета из-за чрезмерного веса вооружения или сопротивления. Такое тяжелое вооружение, предназначенное для истребителей, действующих против бомбардировщиков, должно иметь возможность сбрасываться, чтобы в любой момент можно было вступить в бой с истребителями сопровождения используя штатное вооружение истребителя. Эта дальнобойная стрельба также была бы полезна при атаках против больших формирований [вражеских] истребителей, потому что в таком случае не было бы необходимости проходить сквозь плотный строй противника -он будет расстроен. Вследствие этого устраняется опасность и дробления нашего строя.
Первым опытом применения такой системы стали идеи приспособить и использовать армейские 21-сантиметровые реактивные мины.
Поскольку надежды на высокую эффективность RZ 65 в июне 1943 года исчезли, партия из 30 21-сантиметровых минометных орудий вместе с 200 снарядами со склада боеприпасов Вермахта в Любеке, были доставлены в оснащенный Fw 190 I./JG 1 в Схипхоле, Амстердам, а еще 34 ствола и 200 снарядов были отправлены в II./JG 26 во Франции, также летающей на Focke-Wulf, где испытания проходили под наблюдением лейтенанта Отто Хаммеля из 5. Staffel.
Именно в этот момент гауптман Тратт, который в то время был командиром Zerstorerstaffel E.Kdo 25, был временно назначен в I./JG 1, где он сформировал Erprobungskommando/JG 1, оснащенную четырьмя Fw 190A4, специально для проведения войсковых испытаний с минометом. Стрельба велась при перехватах над Северным морем, и уже 13 июня три B-17 были уничтожены минометами над морем, а 22-го числа обер-фельдфебель Ганс Лаун и обер-фельдфебель Гюнтер Фик из I./JG 1 сообщили, что сбили еще два, а два четырехмоторных самолета были повреждены. Эти первоначальные результаты оказались достаточно удовлетворительными для продолжения испытаний с использованием самолетов как JG 1, так и JG 26, а также E.Kdo 25 и центра испытаний оружия в Тарневице.
Командир E.Kdo 25 -Гейер после войны вспоминал:
В отличие от других разрабатываемых ракет, 21 cm Werfer, поступившая к нам из армии, не была оснащена оперением или стабилизаторами. Скорее, это оружие было стабилизировано собственным вращением, которое, в свою очередь, создавалось импульсом от начального зажигания и последующей скорости вращения. 21-сантиметровый снаряд проворачивался два или три раза в секунду после выхода из пусковой трубы, но после этого скорость вращения быстро увеличивалась.
Мы заметили, что снаряд летит не прямо к намеченной цели, а скорее по спирали и поэтому часто не попадает в цель. Чтобы преодолеть эту проблему, производитель встроил взрыватель замедленного действия, предназначенный для детонации снаряда в заданное время. Мы обычно стреляли из этого оружия с дальности от 400 м, и по нашему опыту применения мы смогли правильно установить взрыватель, компенсируя, конечно, скорость сближения цели. Однако, чем ближе к цели вы их пускали, тем сильнее был эффект этого оружия на строй бомбардировщиков
Пусковая труба миномета W.Gr.21 представляла собой открытый цилиндр, изготовленный из катаного стального листа, сваренного по всей длине встык. Внешний диаметр 250 мм, длина 1,3 м. Внутри трубы находились три симметрично расположенных направляющих, приклепанных к трубе, экструдированного L-образного сечения, которые выступали внутрь трубы. Направляющие выполняли роль полозьев для снаряда и, одновременно, служили ребрами жесткости.
По одной трубе подвешивалось под каждой нижней поверхностью крыла на Fw 190A-4/R6 с помощью четырех проушин и центрального крюка с подвеской. Три стопорные пружины, расположенные у заднего конца трубы, удерживали 112-килограммовый снаряд с 40-килограммовой боевой частью на месте, а болт, также расположенный на заднем конце трубы, предотвращал выскальзывание снаряда. В аварийной ситуации пусковую трубу можно было сбросить, активировав электрический подрыв заряда взрывчатого вещества, который разрывал центральный крюк.
Управление минометами осуществлялось с панели вооружения кабины, на которой находились два переключателя вооружения и рефлекторный прицел Revi 16B. Два спин-стабилизированных снаряда выстреливались одновременно, когда пилот нажимал кнопку на штурвале. Как утверждает Гейер, минометные снаряды были снабжены взрывателем замедленного действия стандартного временного типа -S 30, способным давать задержку до 30 секунд. Он предварительно устанавливался перед подвеской и впоследствии не корректировался. Таким образом, теоретически дальность стрельбы была разной, но после взлета -неизменной, а низкая скорость полета мины означала, что для того, чтобы быть эффективным, оно должно быть наведено на 60 м выше цели, а снаряд должен взорваться в пределах 30 метров от бомбардировщика.
Новое оружие, или «дымоход/печная труба», как прозвали его немцы, впервые были использованы в больших количествах в боевых действиях 28 июля 1943 года во время рейдов 8-х ВВС США на Кассель и Ошерслебен, и результаты были приемлемыми, поскольку взрывная волны и осколки от взрыва действительно разбили строй бомбардировщиков, и некоторые из них были заявлены как косвенно уничтоженные. В отчете, подготовленном в конце августа 1943 года, штаб Восьмого бомбардировочного командования США предупредил, что миномет оказался «самым опасным препятствием на пути наступления наших бомбардировщиков».
Из-за ограничений базирования в Витмундхафене E.Kdo 25 перебазировалась на 150 км южнее в Ахмер в начале октября 1943 года, и оттуда Гейер одержал еще одну победу с Командой 25, когда он сбил B-24 из группы, принадлежащей к 2-й бомбардировочной дивизии 8-х ВВС между Мюнстером и Оснабрюком 8-го числа. Когда вражеский строй B-24 возвращался из налета на Вегезак, Гейер вылетел из Ахмера, возглавляя звено из трех Fw 190, каждый из которых был оснащен двумя минометами WGr.21. Атакуя «Освободителей» с тыла, Гейер выстрелил из своих минометов по одному бомбардировщику, но понял, что сработала только одна из его пусковых труб.
Сбросив обе трубы, он заметил что B-24 отклонился от своего строя и начал снижаться. Гейер преследовал его и выпустил несколько длинных очередей из своих 20-мм пушек MG 151/20, после чего заметил:
. . . значительные повреждения киля и сильное задымление внутреннего двигателя правого крыла. Но тут же на нас внезапно накинулись несколько «Тандерболтов», и я дал команду уклоняться. Одному из моих ведомых также удалось сбить B-24 из своих минометов.
Возможно, миномет был использован с самой большей эффективностью против печально известной американской миссии в Швайнфурте 14 октября 1943 года, когда было сбито 62 бомбардировщика, многие из которых были выбиты из строя с помощью миномета.
«Печные трубы» также устанавливались на Bf 109G-6 в IV./JG 3, I., II. и III./JG 53, I. и III./JG 77 и I./JG 5, и использовались с разной эффективностью на Средиземноморье и в Румынии с августа 1943 до начала 1944 года. Другие Bf 109 из 7./JG 3 , 5./JG 11, 2./JG 27 и 6./JG 51, оснащенные таким образом, эксплуатировались в ПВО Рейха (Reichsluftverteidigung), а также некоторое количество Bf 110G-2/R.3 из ZG 76 и Me 410A из ZG 26 несли пары спаренных минометных установок, специально собранных Maschinenfabrik в Донауворте, в дополнение к множеству пушек и пулеметов, чтобы действовать как тяжеловооруженные разрушители строя бомбардировщиков, в данном случае их определение "дестроеров"( Zerstörer)- было буквальным.
10 октября майор Карл Бем-Теттельбах повел Bf 110 из ZG 76 вместе с Me 410 из III./ZG 1 против строя B-17 во время атаки на сортировочные станции в Мюнстере. 3-я бомбардировочная дивизия покинула Англию без сопровождения истребителей из-за плохой погоды и была растерзана одномоторными истребителями, но 14-я бомбардировочная группа особенно сильно пострадал под Мюнстером, когда «дестроеры», вооруженный минометами, предпринял массированную атаку с тыла, нанеся значительный урон. Как записано в американском отчете о миссии:
Истребители, казалось, держались вне досягаемости, Me 110 стреляли по строю из дальнобойных орудий, подвешенных под каждым крылом, и. . . атаковали с 800–1000 ярдов, стреляя ракетами из-под каждого крыла (с каждого было видно по два отчетливых орудия). Их построение напоминало наше оборонительное построение.
Кроме того, было указано, что Bf 110:
. . . попал ракетой в B-17, хвост оторвался, самолет разломился надвое. Затем он столкнулся с другим B-17 возле Саербека. Оба пошли вниз. Никаких парашютов.
Во время рейда на Мюнстер также было потеряно не менее девяти Zerstorer, но это было исключительным случаем. Потери обычно составляли от 5 до 10 процентов за вылет, а уровень успеха считался хорошим не только в том случае, если бомбардировщики были сбиты, но и в тех случаях, когда соединения были рассеяны и дезорганизованы, оставляя их жертвами подразделений одномоторных истребителей.
Самолеты E.Kdo 25 поднимались в воздухе, отвечая на налет ВВС США на Бремен 29 ноября 1943 года, когда 154 B-17 сбросили на город 410 тонн бомб. Были задействованы два Bf 110 Zerstorerstaffel, каждый самолет из которых был оснащен четырьмя 21-сантиметровыми минометами. Успех был очень скромным, и 1 декабря по результатам испытаний командование E.Kdo 25 сообщило Мильху и Галланду:
На сегодняшний день в операциях было показано, что операции с использованием специального оружия бесполезны, когда они проводятся силой Шварма, поскольку более мелкие подразделения становятся непригодными для разрушения сильной обороны противника.
Однако, хотя дальнейшие интенсивные испытания продолжались в E.Kdo 25 до середины 1944 года с целью улучшения характеристик W.Gr.21 с точки зрения точности, веса, функциональности и эксплуатационной надежности, в конечном итоге было обнаружено, что пусковые трубы гробили немецкие истребители, - особенно более тяжелые двухмоторные - из-за существенного снижения их характеристик и сделал их уязвимыми для истребителей союзников. Старшие командиры истребительной авиации Люфтваффе осознавали психологическое воздействие минометов на экипажи бомбардировщиков, но в равной степени и то, что при установке на Fw 190 была потеря скорости на 40–50 км/ч, а также потеря потолка и маневренности.
Также не были решены проблемы точного определения дистанции и прицеливания для строевых пилотов, следовательно, невозможность контроля точки подрыва, единичные успехи- были достигнуты немногими лучшими пилотами , в том числе испытателями.
Строевые же пилоты были не в восторге от нового оружия. Над итальянским фронтом 30 января 1944 г. гауптман Армин Колер из 2./JG 77, летая на Bf 109, записал, как во время одного вылета против американских бомбардировщиков над Удине: «Я получаю попадания в правое крыло и [W .Gr.21] труба не отстрелилась". На следующий день, когда бомбардировщики союзников вернулись, Колер пожаловался, что «минометы стреляют мимо».
Независимо от того, что происходило на Средиземноморье, еще в Рейхе Хорст Гайер руководил другой разработкой W.Gr.21 — версией, стреляющей назад. В феврале 1944 г. по предложению штаб-инженера Reyle из технического отдела Мин авиации Гейер отметил, что первоначальные наземные испытания с минометом, стреляющим назад, дали «положительные результаты», хотя дальнейшие, предположительно воздушные, испытания еще предстояло провести. «Эта установка готова к работе, — записал он, — и ожидается, что с небольшими усилиями W.Gr.21, использованный таким образом, будет гораздо более выгодным по сравнению с использовавшимися ранее методами атаки».
Намерение состояло в том, чтобы пилот стрелял из миномета, известного как Krebsgerat (Крабовое устройство), после того, как он совершил огневой проход с использованием штатного вооружения против группы бомбардировщиков и находился в процессе прохождения через вражеский Пулк. Взрыватель должен был быть настроен на детонацию через 1,5–2 секунды после выстрела, что давало достаточно времени для того, чтобы истребитель-носитель мог пролететь вперед и выйти из зоны поражения. Был план сделать трубу выбрасываемой после выстрела, но нет данных, что это когда-либо было реализовано. Была надежда, что миномет, стреляющий назад, добьется внезапности и большей эффективности.
В мае 1944 года Галланд приказал, чтобы 20 Fw 190A-8 были оснащены Krebsgerat, в то время как оберст Ханнес Траутлофт, инспектор дневных истребителей, требовал, чтобы один Me 410 был оснащен минометом, стреляющим назад, для испытаний с Zerstorerstaffel. E.Kdo 25. В одном случае из орудия произошел выстрел, с сильным воздействием на крыло Me 410, кабина заполнилась густым дымом, а его гидравлическая система была сильно повреждена.
Несмотря на это, к 15 июля планировалось подготовить 60 Krebsgerate для установки на Fw 190, а к 15 августа 16 истребителей E.Kdo 25 были полностью укомплектованы. Компания Hugo Schneider Aktiengesellschaft Metallwarenfabrik (HASAG) в Лейпциге также работала над новым автоматическим стреляющим механизмом с фотоэлементами, известным как Wurzen. Однако к концу августа Гейер зафиксировал, что только один Fw 190 был оснащен автоматическим устройством стрельбы.
В начале февраля 1944 года по крайней мере один Me 410, предположительно являвшийся вариантом B-1 с Wk.Nr 420416, был испытан в Тарневице с вращающимся комплектом из шести 21-сантиметровых пусковых установок. Трубчатая «батарея» устанавливалась в нижней части носового отсека «Мессершмитта», обычно предназначенного для пушек. Однако испытательные стрельбы оказались неудачными, когда планер получил значительные повреждения, и от этой идеи отказались.
Тем временем 19 мая 1944 года, пилоты 12./JG 3 оснащенного Fw 190A-8, некоторое время базируясь в Барте, попытались провести испытания с одной 21-сантиметровой минометной трубой, стреляющей назад. Всего на четырех самолетах штаффеля была установлена Krebsgerate, установленная под их центральными секциями, но механически они оказались ненадежными. Дополнительная броня, уже добавленная к Fw 190A-8 Sturmjager, повлияла на характеристики, и по крайней мере один пилот, испытавший это оружие в бою, унтер-офицер Вилли Унгер, сообщил, что Krebsgerat просто вызвал дальнейшее ухудшение скорости и маневренности истребителя. К концу сентября испытания как в E.Kdo 25, так и других боевых подразделениях, похоже, сошли на нет.
В отчете, подготовленном для союзников после войны, один бывший немецкий инженер-баллистик, работавший с E.Kdo 25 над разработкой W.Gr.21, высказал свое мнение:
Первая экспериментальная атака из минометов увенчалась успехом. Но это было разовое, удачное, прямое попадание в бомбардировщик, которое, вероятно, привело к взрыву его бомбовой нагрузки, что, в свою очередь, привело к потери двух других бомбардировщиков, летевших рядом с ним. Ободренное этим случайным успехом, Erprobungskommando рекомендовало установку минометов. Несмотря на неоднократные предупреждения Технического департамента о преждевременном оптимизме в отношении развития и возможностей успеха, OKL приказала их установить. Многие истребительные части устанавливали их своими силами. Но в следующий раз, когда эскадрильи использовали их, не было сообщений о дальнейшем успехе. Опыт пилотов и личный опыт автора этого доклада с истребительными частями можно резюмировать следующим образом в отношении установки 21-см миномета:
Успешные сбития были возможны только при случайном прямом попадании. Снаряд, разорвавшийся на расстоянии десяти метров от бомбардировщика, редко давал прямой эффект. Установка была в целом отвергнута летчиками-истребителями, поскольку ее применение было безуспешным. Кроме того, наши истребители гораздо больше подвергались атакам истребителей сопровождения противника из-за потери летно-технических характеристик. Только разработка специальной ракеты R4M развеяла опасения Technisches Amt и эскадрилий.
В то время как рассеивание вызывало трудности с W.Gr.21, основная ошибка заключалась в том, что стрельба обычно велась на гораздо большую дальность, чем та, на которую был установлен временной взрыватель, т.е. 2000–3000 м вместо номинальной дальности 1200 м.
В своем докладе в октябре 1944 года оберст Восс раскритиковал использование 21-сантиметрового миномета, а также признал его ценность для разработки ракетного оружия в будущем:
Этот эксперимент был обречен на провал, потому что он был проведен совершенно недостаточными средствами, не говоря уже о том, что осколочно-фугасные снаряды большого калибра с взрывателями замедленного действия в принципе считаются непригодными для борьбы с воздушными целями и будут мало успешны, даже если эффективно доставлены к цели. Тем не менее эти опыты доказали, что борьба с воздушными целями ракетами большого калибра, запускаемыми с самолетов, в принципе возможна и что от такого вооружения можно ожидать успеха при соответствующей конструкции таких ракет.
Летом 1944 года фирма Arado изучила возможность установки револьверных батарей из четырех 21 cm Werfer Granate, получивших название Werferrohren, на свои новые реактивные самолеты Ar 234. Батареи должны были размещаться в обтекаемых гондолах, напоминающих бомбы или дополнительные баки. Было предложено выпускать снаряды поодиночке или залпами, но, никаких опытно-конструкторских работ, выходящих за рамки чертежной доски, не проводилось.
К концу 1944 года W.Gr.21 практически исчез из употребления, хотя в марте 1945 года небольшое количество реактивных истребителей Me 262A-1a штабного штаффеля и III./JG 7 были оснащены минометами в ходе краткого и в конечном итоге бесплодного эксперимента.
#самолеты #авиация #ракеты #наука #вторая мировая война #история #интересные проекты
Источники данных и изображений: Caldwell, Donald and Muller, Richard, The Luftwaffe over Germany – Defense of the Reich,(Greenhill Books, London, 2007), LUFTWAFFE SPECIAL WEAPONS1942–45. ROBERT FORSYTH. (Osprey Publishing Ltd 2021),Hoffschmidt, Edward J., German Aircraft Guns World World War 2, WE Inc., Old Greenwich.
Другие мои материалы проектов и немецких средств борьбы с авиацией :
КАБЕЛЬНЫЕ БОМБЫ. Оригинальные немецкие методы борьбы с авиацией. Часть III.
Как "разбомбить" стратегические бомбардировщики ? Немецкие оригинальные методы борьбы с авиацией.-Часть II.
Оригинальные немецкие средства борьбы с бомбардировщиками. Часть I.
О E.Kdo 25 Причины и создание штурмовых авиационных соединений Люфтваффе.
Самолет, как оружие тарана. Зондеркоманда "Эльба" идет на таран.