Старая баба Нюра совсем не боялась смерти. А чего ее бояться? Пожила, слава Богу, на белом свете. Девятый десяток уже.
Смерти-то баба Нюра не боялась, а вот умереть зимой боялась очень. Ей было жалко людей, которые ради нее будут долбить мерзлую землю. Поэтому, пережив очередную зиму, она встречала весну с большой радостью. Скоро снег совсем сойдет и баба Нюра пойдет трудиться на свой любимый огород. Огородница она была знатная: и на огороде, и в саду у нее всегда полный порядок. Баба Нюра с самого детства к земле привыкшая. Дети и внуки сколько раз говорили ей, чтобы она не мучилась, не надрывалась над своими грядками. Привезут они ей из города и морковки, и картошки сколько ей надо.
Но баба Нюра считала позором жить в деревне и есть магазинную картошку. Да и не вкусная она совсем. Мылом пахнет. На сплошной химии выращена. А у бабы Нюры на ее огороде все натуральное, химикатов она сроду не использовала. Натурального навоза было сколько хочешь. Всего только пару лет баба Нюра скотину свою не держит. А так кого только у нее не было: корова, коза, поросенок, куры, утки, гуси и кролики. А сейчас только куры одни остались да петух с ними. А еще кошка с собакой. Внукам летом развлечение. Внуков у бабы Нюры целых восемь. Четыре девочки и четыре мальчика. Есть даже уже один пятилетний правнук Женечка.
Баба Нюра вышла на крыльцо, вдохнула свежего весеннего воздуха и решила посидеть на лавочке у своей калитки. Что-то неможется бабе Нюре какой уже день. Даже вставать сегодня утром ей совсем не хотелось. А на нее это не похоже. Она – ранняя пташка, привыкла вставать с петухами.
Баба Нюра присела на лавочку и тяжело вздохнула. Лавочку эту еще муж ее покойный специально для нее сколотил. Хороший он был человек, если бы не пил. А как напьется, так драться всегда на бабу Нюру кидался. Утром проспится и не верит, когда ему рассказывают, что он вчера по пьянке натворил. Больше всего бабе Нюре доставалось. За себя она не боялась никогда – перетерпит. А вот за детей переживала очень. Когда пьяный муж бил ее, беременную, она все живот свой руками от его кулаков прикрывала. Детей еще в животе своем защищала. Но Бог миловал. И дочка, и сыночек родились здоровыми. Оба выучились, сейчас в городе живут. Все бабу Нюру к себе зовут. А она ни в какую из своего дома уезжать не хочет. Вон Веруньку из дома напротив дети в город увезли, так она там через пару месяцев и померла. А Верунька была моложе бабы Нюры на целых два года. Жила бы себе в деревне – и ничего бы с ней не случилось. Дом Веруньки с забитыми окнами сейчас стоит как слепой…
Баба Нюра подняла голову вверх. Голубое весеннее небо с белыми барашками облаков показалось ей на что-то похожим. Она вдруг вспомнила, что у ее мамы был такой платок – голубой с белыми облаками. Мама часто им голову покрывала. Ох и певунья она была! А какая добрая, а веселая, а работящая! Баба Нюра улыбнулась. Она никогда не плакала, когда вспоминала свою маму. Баба Нюра с самого детства знала, что, когда человек умирает, он улетает куда-то высоко-высоко. Даже выше, чем само небо. То ли бабушка когда-то ей об этом рассказала, то ли мама, то ли кто-то еще – этого уже баба Нюра не помнила.
Ей вдруг стало как-то зябко. Она поежилась, хотела встать, пойти в дом согреться – и не смогла встать. Ноги онемели, но баба Нюра вдруг ясно почувствовала, что она летит куда-то высоко-высоко. Намного выше, чем небо. Баба Нюра никогда в жизни не летала на самолете, но ей почему-то было совсем не страшно…
Маленький правнук бабы Нюры, Женечка, очень любил свою прабабушку, но на ее похоронах он совсем не плакал. Взрослые ему объяснили, что баба Нюра не умерла, а просто улетела от них. И сейчас она где-то там высоко-высоко. Намного выше, чем небо…