Николай Михайлов
От одних этих слов уровень адреналина у любого поисковика экспедиция
подскочит на несколько порядков. Однако этот день был значительно "слабее предыдущего.
Мы, конечно, отыскали еще одно монетное скопление. В шестидесяти метрах от основного "гнезда" отыскалось одиннадцать штук исключительно екатерининских рублей.
Были они с выходами вкраплений зеленой окиси меди, и явно лежали в других условиях, чем первые находки, что дало повод к спорам - считать ли это месторождение" еще одним кладом или нет.
Еще через час мы наткнулись на скопление серебряной "мелочи" - полтины, по нескольку двугривенных, пятачков, гривенников. И снова - огромное количество медяков.
Медные монеты мы собирали и на следующий день. Хотя, конечно, не только. На известных уже местах отыскали еще четыре рубля, с десяток пятаков, три елизаветинских гривенника " в облаках".
Пора было сделать перерыв. Перерыв сделали, но короткий, на несколько дней. И снова не утерпели, созвонились - и поехали. Трава за это время поднялась по щиколотку.
Кое-как между рядами зеленых сочных кустов прошли по всем пяти уже знакомым … местам, в надежде уловить хотя "двойной звук и берясь за лопату самых сомнительных ситуациях. Пусто. Как то получилось, что сошлись на первом же месте,на пятаках".
Покурили, оглядывая свои же старые ямки, соображая что делать - пустыми с этого поля уходить не хотелось. Мы в общем-то понимали, что стоим в буквальном смысле этого слова на монетах. Но пробить траву и слой глины излучением наших аппаратов никак не удавалось.
Тогда наиболее рьяный из нас решительно отбросил сигарету и взялся за лопату. За пять минут он выкопал неглубокую, но широкую канаву и сунул туда тарелку металлоискателя.
А аппарат отозвался чистым, хотя и не очень сильным монетным звуком. Выкопали один пятак, рядом лежал другой, чуть поглубже - третий.
Взяли чуть в сторону - еще семь штук сразу прибавилось. Попробовали копнуть в стороне - опять монеты. За полчаса собрали штук пятьдесят и сели отдышаться, оглядываясь на вывороченную нами землю.
Верхний слой земли мы разворотили на площади метров двадцать, безнадежно погубив посевы ( с управляющим местного колхоза потом договорились, в претензиях колхоз во всяком случае не остался).
Под пахотным слоем обнажились остатки кирпичного фундамента какого-то небольшого строения. И отбрасывая последний ком земли я вдруг увидел под ним лежащую прямо в кирпичах желтую монетку. Сердце екнуло, но уже через минуту я вспомнил все ругательства, какие заучил с детства, ибо монета оказалось советским пятаком 1930 года.
Зато вдоль фундамента мы отыскали еще шесть рублей Павла I и Александра I, а также советский полтинник со звездой, что окончательно поставило нас в тупик. Общий итог мая-июня был таков: семьдесят один серебряный рубль с 1712 до 1803 года, четыре полтины, двенадцать монет мелкого номинала, около четырехсот пятаков.
В денежном выражении - это один из наиболее значимых кладов восемнадцатого века в Подмосковье. Поле по-прежнему влекло к себе, но поднявшаяся трава уже не давала искать.
Кроме серебря и пятаков мы собрали около тысячи медных монет 18-19 веков, однако 99 процентов из них оказались съеденными , с десяток чешуек от Ивана Гро Грозного, два медных образка, редкой формы поздний серебряный крест-тельник, множество разной бытовой мелочи из медных сплавов, среди которых обнаружилась непонятная, но явно ранняя бляшка не бляшка, фибула, не фибула, а какая-то круглая штуковина с изображением дракона, кусающего свой хвост. И кроме того - два массивных свинцовых кастета и свинцовый кистень каплевидной формы.
Начало
Продолжение