Десятки тысяч побывавших в плену после освобождения перекочевали в наши советские лагеря. Многие из них вели себя героически на поле боя и в немецких застенках, но приказ был одинаково беспощаден ко всем: пленный — значит предатель. Напомню только один широкоизвестный пример, подтверждающий это. Майор Гаврилов Пётр Михайлович, командир 44-го стрелкового полка, руководил обороной Восточного форта Брестской крепости с 22 июня 1941 года; 23 июля 1941 года был ранен и контужен взрывом снаряда, попал в плен в бессознательном состоянии. Освобождён советскими войсками в мае 1945 года. После этого 10 лет отсидел в советском лагере и только благодаря усилиям писателя С. С. Смирнова, написавшего правду о героических делах Петра Михайловича Гаврилова, ему в 1957 году было присвоено звание Героя Советского Союза.
«Маршал Жуков, его соратники и противники в годы войны и мира»,1989 г.
Карпов не мог не читать книгу Сергея Смирнова «Брестская крепость», где о Гаврилове было написано совсем иное.
«Все эти годы вражеской неволи Гаврилов вёл себя, как подобает коммунисту и советскому гражданину, и ничем не унизился перед врагом. Он легко прошёл государственную проверку, был восстановлен в звании майора и осенью 1945 года получил новое назначение. Оно выглядело несколько неожиданным. Этот человек, который только что перенёс страшный, истребительный режим гитлеровских лагерей и испытал на себе все бесчеловечные издевательства врага над людьми, оказавшимися в его власти, сейчас был назначен начальником советского лагеря для японских военнопленных в Сибири. Казалось бы, человек мог ожесточиться там, в плену, и теперь в какой-то мере вымещать всё, что он пережил, на прямых союзниках врага. Но Гаврилов и здесь остался настоящим коммунистом и советским человеком. Он сумел с исключительной гуманностью, образцово поставить дело содержания пленных в лагере. Он предотвратил эпидемию тифа среди японцев, ликвидировал злоупотребления со стороны японских офицеров, через которых снабжались пленные солдаты. Я видел у него документы с выражением благодарности по службе за хорошую постановку дела в лагере. Однако служить в армии ему пришлось недолго — Вооружённые Силы после войны быстро сокращались прежде всего за счёт бывших военнопленных, и он был уволен в отставку, на пенсию. Пенсию ему определили небольшую — в то время бывшим пленным не засчитывали годы войны в срок армейской службы, и жить на эти средства было нелегко. Вместе со своей второй женой Гаврилов переехал в Краснодар, где долго служил в довоенные годы, и там, отказывая себе во многом, построил на окраине города маленький скромный домик. Впрочем, материальные лишения не пугали его. Было другое обстоятельство, гораздо больше тяготившее Гаврилова всё это время. Дело в том, что он не был восстановлен в рядах партии после возвращения из плена. Он поднимал об этом вопрос, но ему ответили, что он потерял свой партийный билет и, следовательно, должен вступить в партию снова, на общих основаниях. Для него, человека, который с молодых лет связал свою судьбу с партией коммунистов и всегда вёл себя, как подобает большевику, такое решение было бесконечно горьким. Он поделился со мной этим своим горем, и я обещал ему помочь по приезде в Москву».
Смирнов обещание выполнил и помог исправить несправедливость. Его стараниями Пётр Михайлович был восстановлен в партии. Ему присвоили звание Героя Советского Союза, увеличили пенсию и затем избрали депутатом Верховного Совета СССР. Однако после начала Перестройки в ряды незаслуженно репрессированных в 1920–1950-е гг. стали записывать тех, кто пострадал именно за то, что совершил, или вовсе не был осуждён. Вот и Гаврилова до сих пор посмертно отправляют в лагеря. Первым эту фальшивку запустил диссидент Пётр Григоренко, потом подхватил Карпов, а в наши дни развивают создатели фильма «Брестская крепость» и сын Сергея Смирнова, режиссёр Андрей Смирнов.
Одновременно Григоренко, Карпов, Смирнов-младший и многие другие лгали, что все советские военнопленные после освобождения из гитлеровских лагерей отправились в ГУЛАГ. Только большинство разумно не называли конкретных цифр, а Карпов ляпнул про «десятки тысяч» посаженных и разоблачил самого себя. Потому что, на самом деле в распоряжение НКВД было передано 226 127 из 1 539 475 репатриированных пленных и 46 740 гражданских лиц (ГАРФ. Ф.9526. Оп.3. Д.53. Л.175; Оп.4а. Д.1. Л.62, 70, 223). Больше половины их получили 6 лет ссылки или вовсе отделались лёгким испугом. Неудивительно, что Карпов, который на склоне лет снова бескорыстно возлюбил Сталина и написал его апологетическую двухтомную биографию «Генералиссимус», от темы отошёл.