Мангышлак, или Мангистау - это полуостров на Каспийском море на юго-западе Казахстана. Здесь добывается большая часть казахстанской нефти и регулярно вспыхивают беспорядки. Два его названия - от того, что испокон веков полуостров делили казахи и туркмены.
С туркменской эпохой Мангышлака связано большинство святынь: в Средние века по пустыням ходили странствующие суфии, ученики важнейшего тюркского святого Ахмеда Ясави в нескольких поколениях, обращали воинственных кочевников в ислам, а потом умирали, и честью для новообращённых было самим найти покой рядом со своими наставниками.
Вокруг суфийских могил росли некрополи, к ним шли паломники попросить "отца" о счастье или воздать ему хвалу, а значит здесь же появлялись торги и караван-сараи... Так возник древний "костяк" Мангышлак - 360 некрополей, и хотя само это число мне кажется сомнительным (смысл его, думаю, "все за год не обойти!"), большая часть указателей в степь с мангышлакских дорог по сей день заканчивается словом "-Ата" ("-Отец"):
Но в 17 веке туркмены ушли, и Мангышлак опять стал Мангистау. Новым его хозяином сделались адайцы. Или адаевцы - я видел оба варианта написания, но первый короче и звучнее. По легенде, их общим предком был Адай, младший сын Лакбыбая из племени Байулы, в наследство от умершего отца получивший лишь коня и саблю.
И вот, совместив эти два предмета, он отправился в дикие земли искать там лучшей доли, а за ним - и все прочие казахские бедняки да бродяги, изгои да батраки-шаруа. Адайцы - своего рода казахи-казаки (пардон за тавтологию!). К концу 18 века у мангышласких переселенцев появился и свой "духовный отец" Бекет Мирзагул-улы (1750-1813), суфий родом из показанных в прошлой части Кульсар на Эмбе, в ханской Хиве закончивший медресе Шергази-хана, где традиционно учились кочевники.
На Мангистау он, как те древние суфии, сам учил кочевников-изгоев, но только был не из абстрактных предков, а из того же роду-племени, что "сыновья Адая", и потому стал самым чтимым в этих краях святым.
Культ могил, мавзолеи на сельских кладбищах, грандиозные некрополи типа каракалпакского Миздакхана - всё это в Среднюю Азию пришло именно от кочевников Великой Степи, лишь после смерти обретавших постоянный дом. Поэтому главное наследие большей части казахских и каракалпакских степей - это именно кладбища.
Но Мангышлак тут отличился благодаря своей природе, а именно - обилию доступного камня да сухому климату, позволяющему многовековым постройкам стоять как новенькими, так что и не скажешь на глаз, кто в них покоится - древний батыр или советский преседатель колхоза. На кадре выше - всё разнообразие местных кладбищ: собственно мавзолеи с круглыми куполами и шпилями, саганатамы (мавзолеи без крыш) да стелы и надгробия разных видов.
Самые простые стелы - обычные менгиры, едва отёснные длинные камни, выглядящие так, будто им тысячи лет:
Общеказахская особенность - кулпытасы, "антропоморфные стелы" с характерными круглыми "головами", какие можно видеть и где-нибудь под Оренбургом:
Уштасы и бештасы ("троекамни" и "пятикамни") - мини-"зиккураты", называющиеся по числу ступеней. На заднем плане мавзолей и несколько саганатам:
Сандыктасы (сунудк-камни) - каменные "ящики" из плоских плит, и стоящие на них "койтасы" - в переводе "каменные бараны", со временем упростившиеся до абстрактных фигур скульптуры (!) баранов на могилах чабанов (последний "настоящий" койтас сохранился на некрополе Кошкар-Ата близ Актау):
А несколько некрополей, как города среди сёл, выделяются среди прочих уникальными памятникам - подземными мечетями, вырубленными давно-давно в останцах и обрывах. Две из этих мечетей "посвящены" Бекет-Ата - в Старом Бейнеу, видимо отмечая начало адаевских кочевий:
И на чинке Огланды, у его могилы:
По дороге к Бекет-Ата (так вторая мечеть называется "по умолчанию") - некрополь Шопан-Ата, ученика Ахмада Ясави, которого Бекет (разумеется, не пересекавшийся с ним по времени) считал своим духовным учителем:
Ещё две мечети стоят на Тюб-Карагане близ устий каньонов, и в них молились, думается, не чабаны перед уходом на дальние перекочёвки, а балыкши - рыбаки перед выходом в страшное море. Султан-Эпе:
И Шакпак-Ата:
Последнюю я бы назвал самой красивой из мангышлакских мечетей, и про каждую из этих пяти, с окрестными некрополями да историями и легендами прошлого, впору делать по отдельному посту. Ещё знаю (но не посещал сам) про подземные мечети Караман-Ата в центрельных районах полуострова и заброшенную Уйтоллы-Ата в горах Мангистау, но вполне может быть, что и с ними список не полон.
А на мечетях, надгробиях, скалах Мангышлака обильно начертаны петроглифы разных эпох, попавших даже на герб Мангистауской области. Немало тут доисторических наскальных рисунков, и говорят, лучше всего их искать в Долине Замков Айракты... да только даже по одной горе это будет сродни поискам иголки в стоге сена. Эпоха кочевников же оставила на камнях многочисленные тамги - родовые знаки, прототипы тех же флагов и гербов, отмечавшие, чья земля начинается дальше. Такие петроглифы (сверху - древяняя сцена охоты, снизу - тамги) я видел разве что на валуне в музее Форта-Шевченко:
Раскрытые ладони на камнях - суфийский знак эпохи становления ислама:
А здесь - во-первых адаевская тамга, похожая на кажущую в небо стрелку, а во-вторых - схематично нарисованные непропорционально длинные кони со всадниками и без. Эти кони - чисто адаевский знак, и на Мангышлаке вне городов их можно видеть на любой поверхности - стене мавзолея или мечети, могильном камне, скале...
Причём не все из них - исторические, и даже на современных могилах можно найти выцарпанные лица и фигурки людей, а вместо сабель или топоров (как на одном из прошлых кадров) - пистолеты и автоматы: